Мой бесполезный жених оказался притворщиком. Том 2

Глава 59

Пока Вестница судьбоносной скорби успешно скрывалась от Вестника неизбежного ужаса, а сам Вестник неизбежного ужаса — от уплаты налогов (после создания Ордена химерийских охотников орденом больше всего заинтересовались вовсе не боги и духи, а всевозможные администрации больших и малых империй и королевств, которые, оперативно подсчитав численность предполагаемых служащих ордена, которую химеры не только с готовностью озвучивали любому желающему, но еще и — преувеличивали, и придя к выводу, что она отвечает некоторым стандартам, а также смекнув, что все эти ужасающие охоты на нечисть проводятся плюс-минус регулярно, потирали руки и безо всякого священного трепета перед древними силами ожидали скорого поступления весьма значительных сумм налогов на профессиональную деятельность в свою казну, и благодаря тому, что никакого юридического адреса у ордена не было, такая казна была практически в каждом государстве), Аврора спала на дне глубокого озера, погруженная в волшебный сон, но происходящие в мире события ей снились.

Это было заклинание, которое однажды она наложила на Бурияра, чтобы сдержать неспокойную, вероломную натуру бога штормов.

Сон оказался весьма неспокойным.

Потому что, пускай, отчалив на поиски Вестницы судьбоносной скорби и более-менее сносного адвоката или — хотя бы юридического справочника, написанного без ошибок, Вестник неизбежного ужаса запечатал волшебное убежище, чтобы никто не мог сбежать из него, и чтобы никто не мог пробраться внутрь, некоторым все же — удавалось просочиться.

Людям определенного склада.

Скажем так.

Девушкам, желающим погадать на суженого.

— Если венок без труда переплывет озеро, в этом году мне не суждено выйти замуж, а, если сразу утонет, то суждено.

— Ты к нему камень привязала. Это разве не жульничество?

— Это судьба.

— Ага, осталось только кого-нибудь уговорить. К слову, меня-то ты зачем с собой позвала? Звала бы кого-нибудь из подружек.

— Потому что в этом году я выйду замуж именно за тебя.

— Неужели?

— Да. Я хотела, чтобы ты увидел этот камень и сделал правильный вывод. Камень ведь можно привязать не только к венку.

Мудрецам, пытающимся пропихнуть своих протеже во власть.

— О, великая хозяйка озера, даруй нам свое благословение, чтобы оно открыло всякому глаза на то, кто должен стать старостой курса в этом году!

— Дед Степан, не хотел тебе говорить, но ты зря стараешься, я даже не пытался поступать в университет.

И — парсийцам.

— Великая госпожа, мы слышали, что ты владеешь чашей. Очень большой чашей. С горящей водой. Может, даже и не чашей. А целой бочкой. Так передай же ее нам, чтобы мы распили ее в твою честь и прославили тебя в легендах!

Аврора хотела бы знать, кто отправлял сюда всех этих самоуверенных типчиков. А еще она не могла не надеяться на то, что однажды среди них окажется и Эфа. Даже если это было тем, чего она с самого начала хотела избежать, это было и тем, чего бы ей больше всего хотелось.

Но годы шли и шли, а она так и не смогла увидеть Эфу.

Зато вдоволь налюбовалась на его потомков.

— А вот здесь мы поставим целлюлознобумажную фабрику. А лучше две.

— Эм, я слышал, что придворный эколог заплатил наемному убийце. Чтобы тот вас убил.

— Я тоже заплатил тому убийце, причем намного больше, он не станет меня убивать.

И это были еще даже не худшие из них!

Им очень повезло, что Аврора могла лишь сердито пускать пузыри.

Но ни одно заклинание не может быть вечным. Рано или поздно сила любого магического плетения ослабнет или вовсе иссякнет. Созданное Авророй озеро забвения не имело никакого якоря после того, как его связь с ней была разорвана из-за подмены, совершенной Вестницей судьбоносной скорби. Печать Вестника неизбежного ужаса тоже со временем стала ослабевать. Кто знает, почему он так и не вернулся, чтобы разобраться в происходящем. Все еще сидел в очереди в одной из городских администраций? Может быть. В любом случае, прошло время, и отыскать озеро было уже несложно даже случайному путнику. Заглянуть в его воды. Набрать в ладони воды и с удивлением обнаружить, что она — ядовита. Духи волшебного убежища тоже разбрелись кто куда. Теперь, когда сила дерева желаний больше не защищала их, не было смысла оставаться на месте. Ведь они были всего лишь духами растений. Легкой добычей для тварей посильнее.

Однажды Аврора наконец распахнула глаза, очнувшись от долгого сна.

В тот день на затянутом льдом озере гремело сражение.

Вооруженный хорошо знакомым Авроре громовым копьем, которое считалось утерянным, мужчина с холодными голубыми глазами и темными волосами планомерно топил парсийцев, которых Аврора тоже весьма недолюбливала и потому первым делом подумала — какой молодец. Но потом произошло кое-что перевернувшее ее оценку вверх ногами. Потому что с тоскливым бульканьем, пронзенный громовым копьем мимо нее камнем проплыл ко дну Вестник безнадежных битв в рогатом шлеме. Пусть при Авроре больше и не было волшебных глаз, но всякое место сражения считалось храмом богини войны, а в храме боги и духи могли увидеть всякую душу и нить судьбы. Это совершенно точно был он! И с его смертью где-то высоко словно завыла вьюга.

Один из замков на стихийно двери воды со щелчком открылся.

Потому что кто-то только что сдержал обещание, данное в слезах.