Мой босс - дракон или Безумный Новый год

1 глава

- Э-э-эй, девушка-а-а-а! - слышу как будто бы сквозь сон чей-то писклявый голосок.

Голос незнаком, неприятен и назойлив, как надоедливая муха. Самим фактом своего наличия он как бы намекает, что мне нужно бы открыть глаза. Я и пытаюсь, но что-то не позволяет мне этого сделать.

Неловко взмахиваю руками, потому что мне вдруг чудится, будто у меня на лице лежит что-то мокрое. Но руки, как это бывает во сне, подниматься не желают. Так и лежат, как плети, рядом.

И тут вдруг где-то вверху, высоко надо мной, раздаётся голос моего босса. Не узнать его я даже во сне не могу:

-Анжелика, ты что, убила мою бухгалтершу?!

Я не Анжелика. Но даже мне вдруг становится страшно от того, КАК он это говорит! Как будто сам сейчас кого-нибудь убьет.

-Да она сама грохнулась! Я тут вообще ни при чем! Я только сказала ей...

-Что общего у тебя и моей бухгалтерши? - перебивает, негодуя, босс. - Что ты могла сказать ей? По чем нынче продается краска для волос или на что мажут твой хайлайтер?

"А и правда, на что мажут хайлайтер? - внезапно зависает мой мозг. - И что это, вообще, такое?"

- Она хоть считать умеет. А ты только губы красить и видосики снимать, - мне кажется, я впервые за три года работы в его фирме слышу, пусть несколько опосредованный, но тем не менее все равно комплимент от шефа в свою сторону!

В другой момент, если бы не лежала тут, конечно, я бы, наверное, сошла с ума от счастья.

-Папа, я всего-то сказала ей правду про меня и...

Она почему-то замолкает.

А в следующее мгновение я чувствую, как кто-то берёт меня за руку и сжимает горячими пальцами запястье. Я даже подумать не смею о том, что это может быть ОН!

-Помолчи лучше. Я пульс ищу. Вдруг ты её реально убила.

Обдумываю.

Такое ощущение, как будто бы у меня случился провал в памяти и я помню... не всё из последних событий. Сильно не всё.

Например, я не помню абсолютно, как случилось так, что я оказалась в одном помещении со своим шефом и какой-то писклявой девицей. Почему я, в принципе, лежу?

В одной комнате с нашим шефом не то, что лежать, сесть далеко не каждый из моих коллег решится!

За глаза его вообще никто не зовет по имени-отчеству, то есть Кириллом Ивановичем. Новые прозвища появляются постоянно, по пять штук в сутки. То он у нас - Кирилл Драконович Огнев. То просто - Дракон Огненный. То - Драко Трехглавый. А бывает даже Кирилл Горелый. Короче, креативим, как можем... Ну, в общем, шефа у нас в коллективе "любят", это ясно.

Мне вдруг кажется, что язык у меня во рту сейчас способен подчиниться мне гораздо лучше, чем руки. И я силюсь сказать этим двоим, что жива вообще-то. Но язык запоздало выдает именно то, что думает сейчас мозг:

-Др-ракон..., - внезапно произношу я.

-О, да она жива, - мрачно комментирует шеф. - Даже вспомнила, как называет меня наедине с другими бездельниками.

О, Боже! Я сказала это при нём? Мамочки! Он живьём меня сожрет! Поджарит своим огненным дыханием и сожрет!

Резко сажусь. В процессе поднимания тела из горизонтального положения в вертикальное, с лица падает какая-то тряпка.

И я вижу потрясающую картину.

Я лежу на полу. Ну, точнее, уже теперь сижу на полу.

А надо мной склонился Кирилл Иванович Огнев, шеф всея Руси, и какая-то деваха в костюме розовой зайчихи с длинными ушками, закрепленными на ободке. А еще у нее очень неприличный корсет, из которого пышно торчат немалого размера... пятёрочки, не меньше.

Ну, ладно. Признаю.

Зачем-то я успеваю ее разглядеть очень даже хорошо. И то, что вижу, почему-то мне неприятно. У девицы всё по высшему стандарту - волосы, лицо, губы, фигура, рост, корсет, уши заячьи, ноги в три километра... Выглядит она так, словно три минуты назад сошла с обложки какого-нибудь бьюти-журнала.

-Кхм, - напоминает о себе босс.

И я, конечно, сразу вспоминаю, что сейчас важнее не его подружку разглядывать, а извиниться перед начальством!

-Кирилл Иванович, я не имела в виду, что вы... Что вас так зовут! Я... То есть. Хотела сказать!

-Светлана... Как вас там? - перебивает он и щелкает в воздухе пальцами, требуя подсказать.

-Николаевна, - робко подсказываю я.

-Светлана Николаевна, что у вас тут произошло? - спрашивает шеф хмуро.

Когда он хмурится, на лбу собираются складочки. А широкие брови, по которым давно плачет пинцет, сводятся к переносице. Глаза из-под них сверкают таким жутким светом, что так и чудится, будто сейчас откроется его рот и оттуда извергнется пламя.

Заставляю себя отвести взгляд в сторону.

У нас так давно заведено. Если наш Драконович устраивает разнос - лучше не смотреть на него. Потому что от одного его взгляда у простого неподготовленного человека сердце может остановиться.

Пожимаю плечами.

-Я не помню. Может, когда падала, головой ударилась?

Переводит свой огнедышащий взгляд на деваху.

- Анжелика, я слушаю твою версию.

Она, в отличие от двухсот человек, работающих под началом нашего босса, похоже, никакого страха перед ним не испытывает. И смотрит на него, скорее, с раздражением, чем с благоговейным ужасом.

-Па! Ну, я же уже тебе рассказала! Ну, что мне, снова всё повторить?

-Будь так добра, повтори для Крошкиной.

Когда Дракон Иванович говорит кому-то из наших сотрудников "будь добра" или "будь добр", это обычно синоним слова "уволен". А значит, пора начинать плакать.

Но Анжелика Драконовна явно плакать не собирается.

Странное.

Подождите! Она сказала ему "ПА"?

Да ладно!

Это - его дочка?

Чувствую, как неконтролируемо отвисает нижняя челюсть.

Я, конечно, слышала, что она - инстаграммная красотка, но не думала, что вот такая! Да я, если честно, вообще, раньше о ней ничего не думала - не за чем было мне думать о дочке нашего босса.

- Я жду, - напоминает Кирилл Драконович.

-Ну, что же? - вздыхает Анжелочка. - Повторяю специально для Крошкиной.