Мой босс: Искушение соблазном

Глава 5.

Последний гудок внутреннего телефона прозвучал ровно без пятнадцати пять. Вольский бросил ей через порог кабинета, даже не глядя:

— Отчет по звонкам на столе к семи утра. Полная расшифровка, с анализом по приоритетам.

После этого дверь захлопнулась, оставив Ариану в гробовой тишине опустевшего этажа.

Рабочий день закончился так же хаотично, как и начался. Ариана сидела за своим столом, уставясь в потемневший монитор, в котором отражалось ее бледное, изможденное лицо. Тело ныло от непривычного напряжения — каждая мышца кричала о протесте после почти почти десяти часов беспрерывного бега, унижений и сверхконцентрации. Казалось, сам воздух в офисе этого козла был густым и тяжелым, им будто невозможно было надышаться.

Она медленно, словно лунатик, собрала вещи в свою потрепаную сумку. Ощущение было странным: она не чувствовала себя сотрудником престижного холдинга, скорее, испытуемым, которого весь день подвергали немыслимым нагрузкам, наблюдая, когда же он сорвется и побежит к выходу. Спускаясь на лифте, она ловила на себе быстрые взгляды других задержавшихся сотрудников. Они видели все: как она выбегала из его кабинета с пылающими щеками, как пыталась скрыть дрожь в руках, неся очередную стопку испорченных, по его мнению, документов. В их глазах читалось не сочувствие, а холодное любопытство и смутное превосходство: "Очередная. Долго продержится? Неделя? Две?"

Ариана раздражалась на свою реакцию — раньше ей было плевать на коллег. А теперь… Она успокаивала себя тем, что это внимание тоже было частью игры.

На улице уже вовсю сгущались сумерки, но город не умолкал ни на секунду. Мир за стенами офиса жил своей яркой, шумной, беззаботной жизнью. Люди смеялись, заходили в бары, а Ариана шла по оживленному тротуару, не чувствуя под ногами асфальта, не слыша городского гула. В ее ушах, словно на повторе, звучал его голос, отточенный и безжалостный: "Ложь... Неспособность к элементарной концентрации... Это не опечатка, это... Позор!"

Каждое слово впивалось в сознание ядовитыми занозами, укореняя мысль о том, что она ничтожество.

Уже у дома Ариана зашла в ближайший супермаркет и набрала еды на скорую руку. Руки сами тянулись к самому дешевому. Даже здесь, подсознательно, она продолжала экономить. Ее небольшая квартира, куда Ариана, наконец, добралась, показалась удивительно тихой и пустой после грохочущего, насыщенного адреналином дня в "Вольск Групп". Она включила свет, поставила сумку на пол в прихожей и прислонилась спиной к входной двери, закрыв глаза, пыталась отгородиться от всего мира. От того, что ждало ее завтра.

Мысленно она снова и снова, как заезженную пластинку, прокручивала самые унизительные моменты дня. Его холодное, абсолютно бесстрастное лицо, когда он ставил ей на вид ошибку, которую не заметил бы ни один нормальный человек. Его формулировки, словно скальпель рассекающие не только ее работу, но и ее самооценку.

Он не просто отдавал приказы — теперь, после приступа тревожности, которое Ариана называла анализом, она была уверена: Вольский проводил над ней эксперимент, изучая реакции и выискивая малейшие бреши в ее психике.

Зазвонил телефон — это была Ленка. Ариана посмотрела на подсвеченный экран, на веселое селфи на аватарке, и сбросила вызов. Она не могла сейчас говорить, не могла излить душу, расписаться в своем бессилии. Любая жалоба, любое слово сочувствия стали бы для нее признанием поражения. А она не могла себе этого позволить. Не после полного унижений дня.

Вместо этого Ариана, быстро сварив упаковку пельменей, села за кухонный стол, хотя совсем не хотела есть. Медленно жуя, она открыла свой блокнот с заметками. Пора было вносить изменения.

Она размашистым почерком вывела заголовок "Марк Вольский. Наблюдения. День 1” и начала записывать все, что успела заметить, отбросив эмоции, как он, и оставив лишь голые факты.

1) Контроль до фанатизма: опоздание = неуважение = профнепригодность. ФАНАТИК!
Ошибка в детали = тотальный провал всей работы. Нарцисс?

2) Ему необходимо доминировать. Чувствовать, что каждая тварь дрожащая в его империи действует именно так, как он повелел. Мои ошибки это не просто ошибки, а бунт, вызов его власти.

КТО ЗАДЕЛ ЕГО ЭГО?

3) Объяснения, причины, личные обстоятельства — мусор. Почему считает людей за людей? Не позволяет себе эмоций?

4) Никакого панибратства, личных тем, намеков на человеческие слабости. Да даже уважения!! Он — функция, машина для принятия решений. И требует того же от окружающих.

Затем она перешла к стратегии. Холодный, аналитический разбор.

1)Чего он хочет? Сломать меня. Проверить на прочность. Выяснить предел. Возможно, так он поступает со всеми новичками, чтобы отсеять слабых. Возможно, у него личные причины именно для меня. Вопрос: КАКИЕ?

ГЛАВНОЕ: Что я могу сделать?

а) Изучить его бизнес, его проекты, его конкурентов так, как не знает никто другой. Нужно доказать, что моя компетентность перевешивает его желание меня сломать.

b) Убить в себе эмоции. Хочет робота? Он его получит! Никаких вспышек гнева. Его провокации — это проверка. Нужно стать бесчувственным, идеально отлаженным механизмом. Стать такой же каменной статуей, как он.

Ариана подумала, что может надеть маску идиотки — улыбаться, быть милой — но тут же отсеяла этот вариант: Вольский нахальный гад, он точно оскорбится этим и наснет давить на неё ещё сильнеей.

Вопрос: зачем он взял на работу именно её?

Она писала долго, пока пальцы не начали неметь от усталости, а строчки не поплыли перед глазами. Но по мере того как страницы заполнялись, Ариана словила умиротвореняющее спокойствие. Хаос, паника и унижение медленно, но верно превращались в четкий, пусть и суровый, план действий. Ее унижение становилось топливом для ее решимости — в конце концов, ее “план выживания” оказался вполне правильным. Она знала, что будет сложно.

Правда, не смогла предсказать, что Марк Вольский не видит в ней человека.