Мой (бывший) миллиардер. Встреча выпускников

4.

4.

Басы давят на перепонки. Приглушенный свет, как кажется не скрывает, а только подсвечивает мою неуверенность в себе.

Я приперлась в числе первых. Совсем забыла про эту нашу дурацкую местную черту вечно везде опаздывать, потому что все знают: вовремя никто не придет. В Москве время- деньги, и потому от такой привычки быстро избавляешься, если только ты не очень важный и можешь позволить себе опоздать.

Сжимаю в руках высокую ножку бокала с белым вином. Наверняка какое-то дорогущее, если Стас организовывал. А на вкус всё та же кислятина… Видимо, не создана я для дорогого и элитного, как ни крути… И даже Золушкой притвориться не получится.

На месте Славка и Игорь, которые умудрились зачем-то притащить своих жен. Жуть каких ревнивых, как оказалось: вы бы видели, как они весь вечер охраняли коршунами своих оболтусов-мужей. Те, оказывается, общаются по жизни. И потому их жены на меня и на Веру Портнову- скромную тихую девушку с последней парты, выросшую в не менее скромную тихую учительницу начальных классов, не обращают совершенно никакого внимания, взахлеб общаясь между собой. Перекинулись с ней парой фраз и каждая ушла в себя, не найдя больше ни точек соприкосновения, ни желания говорить дальше. Я написала уже сотое гневное сообщение Гальке, спрашивая, где она зависла, понимая с каждой минутой, что решение сюда припереться было ошибкой…

-Прокофьева!!!-слышу визг у уха сбоку и тут же чувствую, как мою шею обвивают крепкие холодные руки,- сто лет-сто зим! Я тебя сразу и не узнала!

-Привет, Лиз,- отвечаю я, проморгавшись от неожиданности закадычной подруге школьных лет, искренне радуясь ее появлению. Не знаю почему, но мы потеряли друг друга из виду. Какое-то время общались, а потом интересы разошлись. Лизка выскочила замуж сразу после школы, тут же родила- и потому в годы, когда мы были вовлечены в студенческие страсти, она занималась мамскими делами.

-Как жизнь столичная?!- тараторит она с энтузиазмом,- ты ж в Москве, да? Сложно у вас там, наверное… Цены везде вон какие! Мы с моим влезли кое-как в ипотеку, теперь пояса затянули… Пришла в старом платье потому. Как думаешь, ничего смотрится?

-Ты что, классно смотрится,- отмираю я от ее словесного потока и спешу сделать комплимент, который явно от меня ждут.

- Ты так изменилась, Лен! Я даже не узнала тебя сразу! Такая статная стала! Фигура прям сок! Сразу видно, южанка! Все-таки гены взяли свое! А то была доской настоящей, а сейчас прям Памела Андерсон. Что, замужем, да? Детишки? Сколько?

На лице замирает гримаса улыбки от Лизкиной тяжелой артиллерии из триггерных тем, которыми она меня с ходу закидала.

Я пропускаю несколько вздохов и сильнее сжимаю бокал в руках, пытаясь придумать, что ответить, как вдруг рядом слышится другой голос из прошлого…

-Здравствуй, Оленёнок,- перевожу взгляд, смотрим друг на друга… Господи, это мой Стас… МОЙ СТАС! Его глаза- такие же пряные, как корица с зеленым отливом, такие же глубокие и выразительные. Его скромная улыбка, которая, видимо, вовсе и не скромная, а просто небрежная, а я тогда неправильно ее трактовала. Его острые скулы…

Мир останавливается. В ушах гудит, в висках пульсирует, а я нагло, беззастенчиво его рассматриваю.

Ему идет легкая щетина. Идет спортивное поджарое телосложение. Стас стал шире в плечах, набрал массу. Теперь с его ростом он больше не казался щуплым мальчишкой. Это был умопомрачительный мужчина. Возле меня в моей реальной жизни такие даже и не ходили вовсе, а существовали только в воображении в отдельном отсеке «нереальных красавцев», которых сейчас научилась генерировать нейронка.

-Здравствуй, Стас,- пытаюсь собрать себя, растекшуюся слаймом по полу ресторана. Как бы мне хотелось вернуть так присущие мне раньше сарказм, отстраненность и вечную иронию. Годы поменяли наши роли. Рядом с Таким уже не получается быть надменной.

-Хорошо выглядишь,- чувствую, как внутри все екает, когда он стекает взрослым мужским взглядом по моим губам, открытым плечам, груди…

Усмехается презрительно-торжествующе про себя, наверное? Чувствует превосходство и удовлетворение, что я стала простой бабой под тридцать, а он…

-Это ты хорошо выглядишь,- не жеманничаю. Почему-то сейчас не хочется ни притворяться, ни кокетничать,- а я делаю вид, как и все здесь…

Мы автоматически в унисон переводим глаза на зал- ребят за последние полчаса пришло уже много, все нон-стопом перетекают от одного кружка к другому, здороваясь. Видимо, эскапады Лизы так выбили меня из реала, что я даже и не заметила, что творится вокруг и когда здесь появился Стас…

Он тоже смотрит на оживленную толпу, слегка кривит рот. Присутствующие то и дело выискивают глазами его в толпе, перешептываются, украдкой косятся с интересом. Я и сама чувствую, что Стас заставляет робеть. Меня тоже. Мы все напряжены, все хотим выглядеть перед ним лучше, чем есть на самом деле. Это желание так отчетливо ощущается в воздухе, что даже приобретает конкретный запах- кальянного дыма с вишней, бьющегося в неравной схватке с навязчивой какофонией парфюмов, которыми щедро облили себя присутствующие перед выходом.

Я теряюсь, когда снова перевожу глаза на него, а он меня рассматривает.

-И тебе не хворать, Стас,- привлекает внимание однокашника все это время стоящая рядом Лиза,- спасибо за подгон! Не хотела идти, но раз такое мажорство, банкет за твой счет…