Мой чужой король

ГЛАВА 2

Младенцем меня спасли боги…

Так все говорили.

Но я, когда подросла, решила, что это ложь. Боги? Им и дела нет до людей. Собственные интриги и пиры интересуют асов больше, чем радости и горести нижних земель. А те, кто населял соседние с нами миры, слишком заняты своими стихиями, чтобы вникать еще и в наши распри.

Нет, меня спасла старая Нья, нашедшая меня на улице  и ставшая мне матерью и нянькой на восемь лет. И записка, которую настоящая мать положила в корзинку, оставленную холодной ночью на рассвете на пороге королевской крепости.

«Эсме - твоя дочь, Бранд Асвальдсон. Мне она не нужна. Но если ты не воспитаешь ее как собственную дочь, то я прокляну тебя. Или проклянет она, когда войдет в силу».

Так все узнали, что король Бранд, плодивший не только родных детей, но  и бастардов - некоторые из них оставались при нем воинами - спутался еще и с чернокнижницей. Черной колдуньей, которая предпочла свою общину жизни в замке, и оставить дочь чужой семье, чем растить свое подобие.

- Ты должна благодарить богов и мое милосердие за то, что мы оставилась в живых и о тебе было кому позаботится, - шипела мне мачеха раз за разом. Особенно громко тогда, когда я удирала из-под надзора или разбивала нос её сыночку, своему сводному брату.

- Я должна благодарить лишь доброту простой женщины и ваш страх перед проклятьем, - однажды ответила ей дерзко, за что получила пощечину. Но это была последняя её пощечина - с того дня я пообещала себе, что никому не позволю унижать себя.  И сдержала обещание.

Постепенно кюне Хлив пришлось смириться с моим присутствием. И хотя она не  упускала случая меня уколоть, с каждым годом это удавалось ей все меньше. Я мало чем дорожила, потому и сложно было управлять мной, угрожая лишить этого.  

Что у меня было, кроме собственного имени и судьбы?

Верность Дага.

Настороженное одобрение отца, который разглядел во мне способности и интерес к общему укладу и военным ремеслам.

Возможность тренироваться и уходить за пределы крепости, когда мне вздумается.

Но без этого я смогла бы прожить. Я вообще, как оказалось, мало что оценивала высоко.

Собственную жизнь?

Теперь и её потребовали в уплату.

Хотя разве не к этому я стремилась? Чтобы меня ценили также, как прочих воинов?  А те по первому приказу готовы были умереть за своего короля.

- Как же я могу это сделать, отец?  - получилось хрипло и неуверенно.

Дай сил мне и злости, Фрейя, потому что сейчас мне действительно страшно.

- Подобраться к нему… и усмирить.

Дрогнула, еще до конца не осознавая весь его план, но понимая, что он имеет в виду.  Ведь усмиряли или воины диких жеребцов, или женщины - мужчин.  А у черных колдуний именно так и проявлялась сила.

С первой ночью и новой луной.

Я обвела взглядом стоявших кругом ярлов, но ни у одного не увидела сомнений в этом предложении. Или сожалений. Каждый готов был отдать жизнь за крепость, земли или свои владения, даже мой трусливый младший брат. И они пребывали в полной уверенности, что и я должна так поступить. Но великий Ингви, милостивый бог солнечного света… Одно дело ворваться на поле боя, размахивая мечом  - я даже представляла себя в этой роли, хотя меч и был слишком тяжел для меня - и совсем другое - вот так!

- Вы хотите, чтобы я добралась до него… И принудила? И когда клеймо проявится…

- Сплела заклятие, - подтвердил отец. - И я бы не говорил о принуждении в твоем случае.

Он окинул взглядом мою фигуру, а я постаралась не заметить этого.

Прикусила губу и пробормотала растерянно, утыкаясь взглядом в каменный пол:

 - Но я же не знаю ничего… Ничего из заклятий. Меня никто не учил, и дочерью колдуньи я называюсь лишь по рождению. Для тебя я всегда была дочерью рассвета…

Эсме Грайдоттир.

«Изумрудная» - за мои зеленые с рождения глаза.

И «Рассветная», потому что никто не знал имени моей матери.

- Я предоставлю тебе ту, что знает.

Вскинулась. 

- Чернокнижницу?

На наших землях черных колдуний не боялись особо, но и не привечали. Потому и те обходили крепости стороной. Неужели кто-то из них - себя я к ним не могла причислить, не готова была! -  добровольно согласился помогать ярлам и королю?

- Мы поймали одну недавно, - пояснил ярл Торрод, усмехнувшись тонкими губами, почти незаметными за неопрятной бородой.

Мне не понравилось, как он это сказал. И, как всегда, неудовольствие и злость помогли мне взять себя в руки. Права была мачеха, назвав меня отродьем Фрейи.

- Поймали? Как дикого зверя в силки? Она творила непотребства в крепости? - уточнила холодно.

- Бродила в лесу со своими травками.

- И что в этом плохого?

- Я защищаю своих людей от дурного влияния.