Мой дикий ангелочек

Глава 11

Лето окончательно вступило в свои права. За окнами дома буйствовала зелень, цветы на клумбах радовали глаз, воздух был пропитан теплом и ароматами созревающих яблок. Я просыпалась каждое утро с солнцем, завтракала одна, занималась делами, гуляла в парке, готовила ужин.

Илья появлялся в доме все реже. Утром – быстро, почти не глядя, съедал завтрак и уезжал. Вечером мог вернуться за полночь, а мог не вернуться вообще. Иногда я оставляла ему ужин в холодильнике с запиской, а утром находила пустую тарелку в раковине – единственный знак того, что он был.

Он оставался все таким же – холодным, неприступным, недосягаемым. На мои вопросы отвечал односложно, на попытки заговорить о чем-то, кроме быта, уходил в кабинет. Между нами словно выросла стена, и я не знала, как ее разрушить.

Может, он просто устал? Может, работа? Может, я ему надоела?

Мысли эти кружились в голове, особенно по вечерам, когда я сидела одна в огромной гостиной и смотрела на закат.

Но я больше не плакала. Я взяла за правило: каждый день делать что-то для себя. Красиво одеваться – даже если просто гулять в парке. Делать легкий макияж - даже если никто не увидит. Укладывать волосы, следить за кожей, читать книги о беременности и уходе за собой.

Маленькая жизнь внутри напоминала о себе все чаще. Я разговаривала с малышкой (почему-то я уверена, что это девочка), рассказывала ей о деревьях, о птицах, о том, какой красивый мир ее ждет.

- Твой папа был самым лучшим, - шептала я, поглаживая живот. – Он бы тебя обожал. А здесь… здесь мы пока в гостях. У очень странного, очень молчаливого, но очень хорошего человека. Наверное, он просто устал. Наверное, ему тяжело. Мы не будем ему мешать, ладно?

***

Августовский вечер застал меня на скамейке в парке. Солнце клонилось к закату, золотя кроны деревьев, воздух был теплым и густым, пахло увядающей травой и приближающейся осенью. Я сидела, откинувшись на спинку скамейки, положив руку на заметно округлившийся живот, и думала.

Думала о Диме – как бы он сейчас радовался, видел бы, как я ношу его дочку. Думала об Илье – почему он так отдалился, не передумал ли держать меня здесь. Думала о будущем – что будет через полгода, когда родится малышка, смогу ли я работать, где мы будем жить.

Вопросов было много. Ответов – ни одного.

- Ничего, малыш, - прошептала я, поднимаясь. – Прорвемся.

Я медленно побрела обратно к дому, вдыхая вечерний воздух, слушая стрекот сверчков. В доме было темно – Илья еще не вернулся. Я включила свет на кухне, поставила чайник, достала книгу.

Вечер тянулся бесконечно. Я пила чай, читала, смотрела в окно. Машина Ильи не въезжала в ворота.

В полночь я поднялась в свою комнату, легла в кровать, укрылась пледом. Тем самым, который пах им. Сейчас запах почти выветрился, осталась только мягкая ткань.

- Спокойной ночи, Илья Александрович, - прошептала я в пустоту. – Где бы вы ни были.

И заснула.

Завтра будет новый день. Новый день, наполненный солнцем, одиночеством и ожиданием. Чего – я и сама не знаю.

***

Сентябрь подкрался незаметно, раскрасив мир в золото и багрянец. Утром я просыпалась от того, что солнце, уже не такое жаркое, как летом, заливало комнату мягким янтарным светом. За окном шумели деревья, сбрасывая листву, и каждый порыв ветра закручивал разноцветные вихри.

Я полюбила выходить во двор по утрам, вдыхать осенний воздух – прозрачный, хрустальный, пахнущий увядающей листвой, влажной землей и чем-то неуловимо горьковатым, что бывает только осенью. Небо стало выше, синее, с легкой дымкой по краям. По утрам на траве уже сверкал иней, а воздух заставлял кутаться в теплый кардиган.

Животик мой заметно округлился. Четвертый месяц, середина беременности, самый благодатный период. Токсикоз прошел, силы вернулись, и я чувствовала себя необыкновенно – легкой, красивой, наполненной. Малышка толкалась все чаще, особенно по вечерам, будто напоминая: я здесь, я расту, я жду встречи.

Я продолжала ухаживать за собой каждое утро. Легкий макияж, волосы, которые отросли и блестели здоровьем, новая одежда, подчеркивающая округлившиеся формы. В зеркале на меня смотрела совсем другая Александра – не та испуганная девушка с двумя чемоданами, а цветущая женщина, будущая мать.

Илья все так же пропадал на работе, но я перестала обижаться. Просто принимала как данность. Он есть в моей жизни, он дал мне кров и безопасность, а остальное… остальное не важно.

***

Начало октября, а бабье лето все никак не хотело уходить. Солнце светило ярко, но уже не грело, воздух стоял прозрачный, как стекло, и пахло последним теплом перед долгой зимой.

Я спустилась к завтраку в новом теплом платье цвета спелой вишни, которое купила на прошлой неделе. Волосы распущены, легкий румянец на щеках – беременность красила меня, это было видно даже мне самой.

Илья уже сидел за столом с чашкой кофе. Он поднял глаза, когда я вошла, и… замер. Всего на секунду, но я заметила. Его взгляд скользнул по мне, задержался чуть дольше обычного, и в глубине глаз мелькнуло что-то, чего я раньше не видела.

- Доброе утро, - сказала я, ставя тарелку с омлетом на стол.

- Доброе, - ответил он и вдруг добавил: - Тебе идет этот цвет.

Я замерла с половником в руке. Комплимент? От него? Впервые за почти полгода?

- Спасибо, - выдохнула я, чувствуя, как щеки заливает румянцем.

Он кивнул и уткнулся в телефон, как ни в чем не бывало. Но я весь день ходила с улыбкой, которую не могла сдержать. Он заметил. Значит, я не пустое место.

***

Вечером я не ждала его раньше десяти. Готовила ужин, когда в двери повернулся ключ в необычно раннее время – половина седьмого.

Илья вошел на кухню, снял пиджак, повесил на стул. Посмотрел на меня, на суетящуюся у плиты, и вдруг сказал:

- Бросай это. Пойдем гулять.

Я обернулась, не веря своим ушам.

- Гулять? Сейчас?

- А что? – он пожал плечами. – Вечер хороший. Осень. Ты все равно целыми днями дома сидишь.