Мой единственный враг

Пролог

— Отойди от меня. — Голос срывается в шёпот, когда он делает ещё один шаг.

— Боишься? — усмехается он.

Я не могу отвести взгляд от его губ. Я его ненавижу. Ненавижу. Но это словно наваждение. Порочное. Грязное. Неправильное.

Мозг — предатель. Выдаёт картинку из сна: эти губы скользят по моей шее.

Я резко отворачиваюсь, сглатывая вязкую слюну.

— Тебя? — голос звучит ровно, хотя внутри всё дрожит. — Нет.

— Странно. А твоя реакция говорит об обратном.

Он делает последний шаг. Вплотную.

— Или это другое чувство? — наклоняется, его дыхание опаляет ухо, и по телу разбегаются мурашки. — Ты меня хочешь.

Он говорит это с полной уверенностью в своей правоте. Нагло. Смакуя каждое слово.

Я поворачиваю голову. Встречаю его взгляд. Наши лица так близко — одно неосторожное движение, и я коснусь его.

— Хочу, — говорю полушёпотом. Смотрю в его глаза — они темнеют с каждым моим словом. — Так хочу, что меня трясёт от одного взгляда в твою сторону.

На адреналине подаюсь ближе. Так близко, что его губы в сантиметре от моих. Он опускает взгляд. Сглатывает.

— Я так хочу тебе врезать, Головин, — насмешливо бросаю, отстраняясь. — Что с трудом сдерживаюсь.

Толкаю его в грудь. Он отшатывается.

— Вот как.

Снова нависает надо мной. Только теперь его руки не на стене — на моих плечах. Одна поднимается, хватает за подбородок. Большой палец легонько касается моей нижней губы.

— А если я тебя поцелую, — тихо спрашивает он, — какие чувства это в тебе вызовет?

— Отвращение.

Я мотаю головой, сбрасывая его руку.

— Проверим?

И целует.

Его губы — упругие, горячие — обрушиваются на мои, вытесняя любые мысли. Я должна сопротивляться. Оттолкнуть. Влепить пощёчину.

А не прижиматься. Не отвечать с дикой страстью. Не обвивать его шею руками, притягивая ближе. Не выгибаться от его касаний, когда его ладони скользят по талии, спускаются к бёдрам, сжимают их, прижимая меня теснее.

Я выдыхаю ему в рот. Цепляюсь сильнее.

— Я был прав, — говорит он, отстраняясь. Смотрит так, что сердце готово выпрыгнуть. — Знал бы я раньше, что ты такая страстная...

Я всё же делаю то, что должна была несколько минут назад.

Пощёчина.

Звонкая. Хлесткая. Он даже не пытается уклониться. Не перехватывает мою руку — хотя мог бы. Легко.

— Урод.

— И всё? — нахально спрашивает он.

Я разворачиваюсь. Ухожу.

В следующий раз — сбегу. Завидев этого козла, сразу сбегу. Никогда больше не повторю своей ошибки. Никогда.

Но губы горят.

А на теле всё ещё чувствуются его касания.