Мой египетский пришелец

Глава 8. Теперь я знаю

Поговорить мы не успели: за Серегой подъехал друг и предложил заодно подбросить нас. Я с облегчением согласилась — лишние двести рублей на такси были серьезной статьей экономии в моем положении. Однако радость померкла, когда я увидела, что в серой иномарке кроме водителя уже сидят двое крепких черноволосых парней. Ехать предстояло в тесноте.

— Давай, Свет, ко мне на колени! — ожидаемо крикнул Серега, протискиваясь в середину.

Я внутренне поморщилась. Сидеть на костлявом колене Сергея, да еще впритирку к незнакомцам — сомнительное удовольствие. Но выбирать не приходилось. Сжавшись, я юркнула в салон, стараясь занять как можно меньше места, и неуклюже опустилась на предложенное худое бедро. Коленями я уперлась в спинку переднего сиденья, локтем задела незнакомца, пришлось извиниться. Салон машины чадил острым мужским парфюмом.

— Резче, Джо! — подал голос Серега, когда Покахонтас все еще стоял на снегу, оценивая ситуацию.

— Садись на свободное, — попросила я.

С видом, будто ему предложили сесть в телегу с навозом, пришелец неохотно залез внутрь, втискиваясь на оставшийся клочок сиденья. Его плечо уперлось в мое, а длинные ноги нелепо согнулись в тесном пространстве. Машина тронулась, подбрасывая на колдобинах.

К сожалению, молчать Покахонтас не стал.

— Здесь тесно и неудобно, Свейта, — недовольно произнес он. — Мне не нравится.

— В тесноте, да не в обиде, — заметил Серега.

— Тихо ты, — прошипела я пришельцу.

Незнакомцы оживленно заговорили на своем языке — гортанном, быстром, с обилием жестких звуков. Их смех казался слишком громким в тесном салоне, а жесты — размашистыми. Уставившись в спинку переднего сиденья, я старалась смотреть вперед, чтобы мы поскорее доехали. Пару минут Покахонтас молчал, сидя неподвижно, как изваяние. Но напряжение, которое искрило от этого изваяния, я чувствовала. Его молчаливое недовольство висело в воздухе тяжелее запахов.

— Скоро приедем, потерпи, — прошептала я ему, больше для успокоения себя самой.

— Не хочу терпеть, — громко и четко ответил Покахонтас, его голос прозвучал как удар гонга в гулкой пещере. Я внутренне ахнула.

Вот же болван! Они ж тебя запинают! Незнакомцы явно не выглядели интеллигентами.

— Потерпи, — настойчивее, почти умоляюще, прошипела я, бросая на него предостерегающий взгляд. — Скоро!

— Свет, ты номер свой оставь, чтобы удобнее было стыковаться, — перебил Сергей, пытаясь разрядить обстановку. Я с облегчением ухватилась за эту соломинку.

— Да, конечно, давай запишу, — поспешно ответила я, доставая телефон. Я не хотела произносить номер вслух при незнакомцах. Пока искала контакты Сергея, те двое снова заголосили, их разговор стал еще громче и эмоциональнее, сопровождаемый хлопками по коленям и хриплым смехом. Один из них обернулся, бросив на меня быстрый, оценивающий взгляд, от которого по коже пробежали мурашки. Я съежилась, стараясь стать еще меньше.

Вдруг железная рука обхватила меня за талию и рывком потащила через колено Сергея. Вцепившись в телефон, я ахнула от неожиданности.

— Эй! — возмущенно вырвалось у меня, когда я обнаружила себя уже на коленях пришельца. Его руки крепко держали меня за пояс, притискивая к себе. Я почувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань штанов.

— Я замерз, — заявил Покахонтас, не обращая внимания на мое негодование. Его дыхание коснулось моей шеи. — Так теплее.

Я откинула голову, чтобы негодующе посмотреть ему в лицо. Серьезно?! В его темных глазах не было и намека на шутку или смущение, только привычная непроницаемость, но где-то в глубине, снова мерцали странные оранжевые отсветы.

Сергей громко фыркнул, но промолчал. Незнакомцы же переглянулись, их смех стал громче, наглее, а взгляды — еще более непристойными. Один что-то ляпнул, и они оба загоготали, явно комментируя нашу ситуацию.

Не повышая голоса, Покахонтас заговорил. Спокойно, но так, что его слова, произнесенные на том же гортанном языке, что и у парней, прозвучали с ледяной четкостью. Я не поняла ни слова, но тон… Тон был как удар кнута — резкий, уничтожающий, наполненный таким холодным презрением и угрозой, что у меня по спине пробежал холодок. Смех незнакомцев оборвался на полуслове. Они замерли, уставившись на моего пришельца с внезапной настороженностью.

В салоне воцарилась гробовая тишина. Было слышно только гудение мотора и мое собственное сердцебиение. Водитель бросил взгляд в зеркало заднего вида. С лица соскользнула снисходительная ухмылка, глаза расширились, губы побелели и искривились в гримасе внезапного, животного ужаса. Он что-то испуганно спросил — я поняла по интонации.

Покахонтас ответил коротко, отрывисто, словно плюнул. Водитель резко кашлянул, будто подавился, и вдруг резко, почти до упора, вдавил педаль тормоза. Машину бросило вперед, нас всех тоже. Шины взвизгнули по асфальту. Я вскрикнула, приложившись лбом в переднее кресло. Мы остановились посреди не самой оживленной, но все же дороги.

Сердце уже колотилось где-то в горле.

Что он сказал?! Что он сделал?! Почему водитель остановился? Он нас выгонит? Или… еще хуже? Что теперь делать?

Я была готова бежать.

И тут случилось неожиданное. Те двое парней на заднем сиденье, что еще минуту назад казались такими самоуверенными, молча, почти синхронно, открыли свои двери и вышли. В первое мгновение, я с ужасом подумала, что они идут вытаскивать и вышвыривать наружу вредного пришельца.

— Ребят, не надо, мы сами выйдем…

Я потянулась к двери, но Покахонтас меня удержал, а как только Сергей подвинулся, ссадил на освободившееся место. Водитель же просто тронулся вперед.

Что происходит?

Я завертела головой, пытаясь хоть что-то понять. Два парня остались на трассе и сейчас шли по обочине. Сергей, уставившись в окно, молчал. Водитель с белым лицом смотрел прямо перед собой, будто парализованный. Покахонтас обнаружил кнопку стеклоподъемника и играл, то открывая, то закрывая окно. Его левая рука лежала за моими плечами. Спрашивать, что случилось, было не к месту.