Мой худший друг

18

Ариша

— Приехали.

— Пока, — неуверенно взмахиваю рукой, бегло касаюсь папы взглядом и вылезаю из машины.

— Тиму привет, — на отцовском лице появляется хитрая улыбка, и все, что я могу, это кивнуть и растерянно закрыть дверь.

Дома меня никто не ругал. Родители нормально отнеслись к нашим с Тимом приключениям. Даже подшучивали за завтраком, особенно мама. Атмосфера была пронизана позитивом и ее заразительной улыбкой. Папа, конечно, остался верен себе и своему молчанию. Он вообще не особо разговорчивый человек.

Но думаю, они все поняли. Про то, что между нами...

Поправляю лямку рюкзака, наблюдая за тем, как отцовская машина выезжает за территорию школы, и все еще продолжаю чувствовать себя обманщицей. Никогда так не делала, всегда знала, что мне доверяют, и все равно решилась на эту авантюру.

С губ срывается вздох.

А мы ведь и правда вместе… Я и он.

Скажи мне кто о таком пару недель назад, я бы сочла говорящего сумасшедшим. А теперь, теперь Азарин моя реальность. Новая и такая волнующая.

Честно говоря, уснуть я так и не смогла сегодня. Ворочалась и постоянно прокручивала в голове все детали. Поцелуи, взгляды, слова… Слишком много эмоций. Они перенасыщают и делают уязвимой. Настоящей мямлей делают!

Запрокидываю лицо к небу, наблюдая за медленно плывущими облаками. Думаю, сегодня будет ясно. В этот понедельник нам к третьему уроку, поэтому на улице уже прилично рассвело.

— Арин!

Катькин голос позади заставляет остановиться, хотя особо-то я никуда еще не отошла.

— Привет, — Токман с улыбкой перескакивает лужу и целует меня в щеку.

— Привет, — копирую ее эмоции, и уголки губ мгновенно ползут вверх.

— Блин, думала, просплю. Полночи дораму смотрела, обрыдалась.

Да уж. Я этой ночью тоже успела и порыдать, и не выспаться.

— У нас же английский сейчас, да?

— Ага, — киваю, а Катя хватает меня под руку.

Мы заходим в корпус под ее рассказ сюжета. Пока топчемся в гардеробе, Токман заводится еще больше и говорит так, будто не фильм смотрела, а сама все это пережила. Ей бы в кино сниматься, такая мимика.

— …и все, понимаешь? Исчез. Просто исчез навсегда.

— Получается, без хэппи-энда?

— Не знаю. Мне две серии осталось. Руки так и чешутся прочесть, чем закончится, но я пока держусь.

— Значит, точно ХЭ будет.

— Думаешь?

— Уверена. Ты вообще много романтических фильмов смотрела и книг читала, где все плохо заканчивалось?

— Эм-м-м, ну пока ни одной.

— И я о том.

— Ладно, убедила. О, наши, — взмахивает рукой, как только мы оказываемся в коридоре.

У окна, метрах в двух от нас, напротив двери в кабинет английского стоят Королев, Азарин и Данис. Рядом крутятся Лиза с книжкой в руках и Варя, одна из подружек Романовой.

Тим стоит, подпирая стену плечом. Руки в карманах, на лице ухмылка. Они что-то очень живо обсуждают с Андреем. Судя по тому, как Азарин закатывает глаза, спорят.

Делаю шаг и понятия не имею, куда спрятать руки, они вдруг кажутся какими-то неподдающимися плетьми. И взгляд тоже не знаю, куда деть. Потому что, если я продолжу так пялиться, это явно привлечет внимание. А я этого не хочу. Можно сказать, украдкой подглядываю.

Тим проводит рукой по волосам и, вместо того чтобы пригладить, еще сильнее их взъерошивает. Улыбка на его лице ленивая, но при этом очень милая. На щеках появляются ямочки, которые ему так идут…

— Ты чего улыбаешься? — Катька пихает меня локтем в бок, и я оживаю.

Перевожу на нее заторможенный взгляд, понимая, что мы остановились рядом с Анькой и они уже пару минут о чем-то разговаривают.

— А, так…

Пытаюсь сосредоточиться на девчонках, но будто специально замечаю Янку. Она плывет по коридору на высоченных каблуках и, конечно же, останавливается рядом с парнями. Ее ладони скользят по плечам Андрея, но смотрит она при этом на Тима.

Азарин что-то говорит. Романова прикрывает рот ладошкой и качает головой, заходясь громким смехом.

Внутри что-то надламывается и ухает вниз дробью, успевая размолотить в труху каждый орган.

Хочу отвернуться, но именно в этот момент сталкиваюсь с Азариным взглядами. Он смотрит на меня не моргая. Щеки алеют. Я чувствую, как с каждой секундочкой они становятся все горячее. Сглатываю и резко отворачиваюсь. Рву наш визуальный контакт, ощущая обиду и злость. Он мог бы подойти. Мог бы… Как и я…

Но я стою тут. А он продолжает стоять там.

— Ладно, мы пошли…

Катины слова доносятся из-за полотна переживаний совсем тихо. Секунда, и вот мы уже идем туда… туда, где стоит Азарин. Ладони становятся влажными.

— Всем привет!