Мой хулиган. (не) сводный

***

— А ты ничего такая… сасная, — слышу наглый баритон соседа по парте, и чувствую, как его горячая ладонь ложится на мою коленку. Повезло, что не травмированную.

После кругового допроса Зои Вадимовны, я едва прихожу в себя. В классе двадцать четыре человека, я — двадцать пятая…

Тому, что буду сидеть одна, радовалась недолго. Учитель, быстро разбив двух друзей Холодова и Тровицкого, посадила меня с последним. Денисом. А Алексей даже предпринял попытку все переиначить, но его возмущения пустили по боку.

А я расстроилась такому раскладу. Я бы лучше сидела одна! Желательно на задней парте, чтобы не чувствовать затылком жгучие и иногда ненавистные взгляды в спину.

— А у вас что, нормальных слов не осталось в речи? — шиплю и убираю его руку.

Он ухмыляется, но больше не настаивает на телесном контакте. Выдыхаю.

Вот не собиралась умничать, но так утомительно расшифровывать, что они все имеют в виду. Поэтому к словам добавляю еще и серьезный взгляд. Правда совсем не анализирую, почему спросить решаю об этом с Тровицкого.

— Зря, кстати, — он указывает взглядом на коленку, намекая на то обстоятельство, что я пренебрегаю его вниманием. — Пожалеешь, когда Холод возьмет в подмастерья. А так бы я взял под опеку.

— Спасибо. Я девочка самостоятельная, — иронично замечаю и пытаюсь сосредоточиться на литературе начала двадцатого века.

Зоя Вадимовна, запускает проектор и вводит пока в обобщенной форме нас в новую тему.

— Значит, девочка, — многозначительно тянет Денис, и я готова поспорить, что в его взгляде мелькает что-то очень нехорошее.

Когда раздается звонок на перемену. Я быстро закидываю тетради в рюкзак и практически бегом покидаю кабинет.

Я бегу по большому школьному холлу. Благо женский туалет я нахожу быстро. Скрываюсь в кабинке, захлопываю дверцу и только сейчас меня отпускает.

Это мой самый страшный сон. Оказаться не просто в обществе ровесников. А в обществе настоящих мажоров. Простое для них настолько обыденно и уныло, что слова о подмастерье меня начинают реально беспокоить. Это что же, мне теперь полагается быть за всех дежурной, или быть может выполнять домашку за весь класс?

Я наивно полагаю, что именно этим могут напрячь меня мои одноклассники. Хотя в душе, где-то очень глубоко понимаю, что ничего подобного. Эта «золотая молодежь» легко пустит меня на шкурки — ради забавы.

Хотя… может это страх? Новая школа, люди, ну не может же быть так все плохо.

Я допускаю, что Денис просто рад одарить своим вниманием сразу всех девчонок, особенно новенькую. Поэтому он в легкую согласился, чтобы отсесть от Алексея.

До начала следующего урока остается три минуты, а я как последняя трусиха прячусь в туалете и не решаюсь даже выйти.

Долго прятаться не получается. Жесткий стук в кабинку заставляет очнуться и вынырнуть из раздумий.

— Эй, ты, бивень, — раздается уже знакомый голос. — Нам хватит уже Литеры, если ты и дальше продолжишь перетягивать внимание учителей… лучше сразу вали из шкалки.

И так неожиданно для себя, выдаю:

— Сама вали, если надоело хватать неуды, — открываю рывком дверь и демонстративно прохожу мимо.

Зря я так, конечно. Первый день, новый коллектив, а уже конкретно так нарываюсь. Непуганое создание. Это стресс. Точно. Заедать ведь буду потом. Банка мороженого давно меня ждет в морозилке. И сегодня я его точно съем.

— Смелая… хорошо, — летит в спину и понимаю, что врага в лице Ленки я точно приобрела, есть чем похвалиться и порадовать маму.