Мой идеальный босс

4

Последний рабочий день Кати прошел для Александра Сергеевича как в тумане. Он машинально проводил встречи, подписывал документы, даже умудрился выдать пару гениальных идей на планерке (хотя, положа руку на сердце, половина из них родилась в его голове благодаря многолетним наблюдениям за безупречной логикой Кати). Но все его мысли, все его чувства были сосредоточены на одном – на этой спокойной, собранной женщине, которая методично складывала свои вещи в коробку, словно готовилась к обычному переезду, а не к катастрофическому разрушению его налаженного мира.
Он то и дело бросал на нее украдкой взгляды из своего кабинета. Она не суетилась, не прощалась сентиментально с коллегами (которые, к слову, смотрели на нее с нескрываемой завистью и тихой надеждой занять ее место – наивные души!), а просто выполняла свою работу до последней минуты с той же безупречной ответственностью, которая сводила его с ума последние десять лет.
В какой-то момент Александр даже поймал себя на мысли, что сейчас встанет, подойдет к ней и… что? Умолять ее остаться? Предложить руку и сердце (хотя сама эта мысль показалась ему абсурдной – он, Александр Орлов, и вдруг на коленях перед женщиной, пусть и такой… незаменимой)? Пригрозить увольнением (хотя она и так уходила)? Все эти варианты казались одинаково нелепыми и унизительными для его самолюбия.
После обеда, когда Катя отнесла последнюю партию документов на подпись, Александр не выдержал.
– Катя, – произнес он, стараясь придать своему голосу непринужденную строгость, – у меня к вам… небольшая просьба.
Катя остановилась у двери и вопросительно посмотрела на него. В ее спокойном взгляде не было ни вызова, ни сожаления, лишь вежливое ожидание. Это обескураживало.
– Не могли бы вы… оставить мне список ваших… э-э-э… особо важных контактов? Ну, там… проверенные курьеры, надежные поставщики воды, контакты химчистки, которая знает толк в моих галстуках…
Он почувствовал, как краснеет под ее проницательным взглядом. Звучало жалко и смешно. Он, генеральный директор, беспокоится о поставках воды и чистоте галстуков!
Катя молча подошла к своему столу, открыла свой безупречно организованный блокнот и быстро что-то записала. Протянув ему листок, она произнесла:
– Вот, Александр Сергеевич. Здесь все необходимое. И даже пара моих личных рекомендаций – вдруг пригодятся.
Ее тон был абсолютно профессиональным, без намека на скрытый смысл или иронию. И это почему-то разозлило Александра еще больше. Неужели она действительно так легко его отпускает? Неужели за десять лет рядом с ним она не почувствовала ничего… особенного?
Вечером, когда Катя уже прощалась с коллегами (которые теперь выглядели скорее сочувствующими, чем завистливыми), Александр сидел в своем кабинете, уставившись в окно на огни вечерней Москвы. Впервые за долгое время он чувствовал себя по-настоящему одиноким. Его обычно бурлящая энергией голова была пуста, а в груди зияла какая-то странная, непривычная дыра.
Он вдруг вспомнил их первую встречу десять лет назад. Он, молодой, амбициозный выпускник престижного вуза, только возглавивший небольшую, но многообещающую IT-компанию. И она – скромная, но невероятно собранная девушка, пришедшая на собеседование на должность секретаря. Он тогда был слишком занят своими гениальными идеями и покорением мира, чтобы обратить на нее особое внимание. Но уже тогда он почувствовал в ней какую-то внутреннюю силу и спокойствие, которые его подсознательно привлекли.
Он вспомнил, как постепенно, шаг за шагом, она стала незаменимой частью его жизни. Как она училась понимать его с полуслова, предугадывать его желания, ограждать от ненужных проблем. Он всегда воспринимал это как должное, как само собой разумеющееся. Ведь он – Александр Орлов, и рядом с ним должны работать только лучшие.
Но сейчас, в преддверии ее ухода, он вдруг осознал, что Катя была не просто "лучшей". Она была… его якорем в бушующем море бизнеса, его тихой гаванью среди постоянных стрессов и амбиций. И он, идиот, только сейчас начал это понимать.
Он посмотрел на листок с ее "рекомендациями". Помимо контактов курьеров и химчистки, там был номер какого-то небольшого цветочного магазина недалеко от ее дома и название уютной кофейни в тихом переулке. "Вдруг пригодятся", – сказала она. Но для чего они могли ему пригодиться? Неужели она думала, что он вдруг начнет покупать цветы и пить кофе в каких-то захолустьях?
И тут его осенило. Эти "рекомендации" были не просто списком полезных мест. Это были… намеки? Следы ее жизни за пределами его офиса? Мир, в который она так стремилась вырваться?
Впервые за долгое время Александр почувствовал не просто раздражение или досаду. Его охватило странное, мучительное чувство, похожее на… сожаление. Сожаление о том, что он был настолько слеп и эгоцентричен, что не видел женщину, которая была рядом с ним столько лет. Сожаление о том, что он, возможно, упускает что-то действительно важное, что-то, что скрывалось за маской идеального секретаря. И это "что-то" теперь навсегда ускользало от него. Завтра утром в его офисе будет царить непривычная тишина, и рядом не будет ее спокойного голоса. И Александр Сергеевич Орлов, впервые за долгое время, почувствовал себя по-настоящему потерянным.