Мой идеальный босс

19

Вечер "жеста доброй воли" приближался для Александра Сергеевича с той же неотвратимостью, что и дедлайн по сдаче годового отчета. Он перебрал весь свой гардероб, отвергая один за другим безупречные итальянские костюмы как "слишком формальные" и "отдающие властью". В итоге остановился на джинсах (слегка потертых, для имиджа "своего парня"), кашемировом свитере (мягком и располагающем) и пиджаке (чтобы все-таки не терять окончательно лицо генерального директора).
Артем и Борис, возомнившие себя гуру пикапа, давали ему ценные советы, которые больше напоминали цитаты из дешевых романтических комедий.
– Будь собой, Санек! – напутствовал Артем. – Покажи ей свою ранимую душу! Расскажи о своих детских травмах! Женщины это любят!
– И не забудь про зрительный контакт! – добавлял Борис. – Смотри ей прямо в глаза! Но не моргай слишком часто, а то будешь похож на нервного хомячка!
Александр слушал их с каменным лицом, понимая, что шансы на успех этого "жеста доброй воли" стремительно тают.
Место для свидания он выбрал с особой тщательностью – модный ресторан с панорамным видом на вечернюю Москву. "Романтика и изысканность", – подумал он, наивно полагая, что это произведет на Катю должное впечатление.
Катя пришла вовремя, одетая просто, но со вкусом. Она выглядела спокойно и немного отстраненно, словно пришла на деловую встречу, а не на потенциально романтический ужин.
Начало вечера было катастрофическим. Александр, пытаясь следовать советам друзей, то слишком пристально смотрел на Катю (за что получил укоризненный взгляд), то неуклюже пытался рассказать о своем "трудном детстве" (которое заключалось в том, что ему приходилось выбирать между двумя моделями радиоуправляемых вертолетов). Катя вежливо слушала, но на ее лице не дрогнул ни один мускул.
Затем Александр решил продемонстрировать свой "неформальный" стиль и попытался пошутить. Шутка про "Нейро-кота", влюбленного в голосовую помощницу, повисла в воздухе, словно несвежий оливье.
Казалось, вечер безнадежно испорчен. Александр чувствовал себя полным идиотом, а Катя все больше напоминала ледяную королеву.
Но внезапно, когда они уже доедали десерт (органический брауни, который, к счастью, оказался вполне съедобным), разговор неожиданно свернул на работу. Катя упомянула о каком-то сложном проекте, над которым они работают с Андреем, и Александр, сам того не заметив, увлекся обсуждением технических деталей, делясь своими знаниями и опытом.
И тут произошло нечто неожиданное. Катя оживилась. Она начала задавать вопросы, внимательно слушать его ответы, даже спорить и предлагать свои решения. В ее глазах появился тот самый азарт, который он видел во время квеста. На какое-то время между ними возникла та самая искра взаимопонимания, которая всегда присутствовала в их рабочих отношениях.
Они проговорили больше часа, забыв про романтику, про "жест доброй воли", про кудрявого архитектора. Они просто общались как два профессионала, увлеченные своим делом. И в этот момент Александр впервые почувствовал, что видит настоящую Катю – умную, целеустремленную, увлеченную своей работой. И эта Катя нравилась ему ничуть не меньше, чем идеальный секретарь.
Когда вечер подошел к концу, и Александр провожал Катю до такси, атмосфера между ними уже не была такой напряженной.
– Спасибо за ужин, Александр Сергеевич, – сказала Катя, прежде чем сесть в машину. – Было… интересно.
"Интересно"? Это было далеко не "романтично", но это было лучше, чем полное фиаско.
– Спасибо, что согласилась, Катя, – ответил Александр, чувствуя робкую надежду. – Может быть… мы могли бы как-нибудь повторить? Обсудить… новые тенденции в IT и архитектуре?
Катя улыбнулась – на этот раз искренне.
– Посмотрим, Александр Сергеевич. Посмотрим.
И с этими словами такси умчало ее в ночь. Александр остался стоять на тротуаре, глядя вслед удаляющейся машине. "Один вечер", – напомнил он себе. Но этот один вечер неожиданно подарил ему не разочарование, а странное ощущение… прогресса. Возможно, "жест доброй воли" не превратился в романтическое свидание, но он показал ему, что между ними все еще есть какая-то связь. И, возможно, если он перестанет пытаться быть "круче вареных яиц" и просто будет собой… у него появится еще один шанс. Хотя бы один.