Мой идеальный мужчина

Глава 16

Мария

Смотрю на руку Егора, что крепко сжимает моё предплечье.

Какой-то очень странный день…

Мне кажется, Егор за всё время, что я себя помню, не касался меня столько, сколько раз это случилось за сегодня, причём за небольшой промежуток времени.

– Маш, я тут хотел кое о чём тебя спросить… – начинает издалека, заставляя меня напрячься.

Я прям чувствую, что здесь просится продолжение: «Ты зачем за мной следила?», и моя душа кубарем катится в пятки.

Только из упрямства поднимаю свой взгляд и смотрю в глаза Егора, стараясь не обращать внимания, как горит под его пальцами моя кожа.

В прошлый раз, когда дядя Влад намекнул, что ему давно пора взять меня к себе в помощницы (у них, видите ли, традиция уже такая в «Медиаграде»), Егор очень искусно ушёл от такого подставного вопроса, ответив, что не слышал о чём речь. Но, судя по тому, как яростно он пытался уберечь меня или, что ближе к истине, себя от такой участи, то всё прекрасно слышал. Просто не хочет, чтобы я на работе путалась у него под ногами.

– Если ты боишься, что я стану тебе мешать, то уверяю тебя: этого не будет. Я попробую. Если увижу, что у меня ничего не выходит, то уйду сама.

Мне и самой не нравится моя идея. Но отступать уже поздно.

– Да, нет. Я не об этом… – Приходит в замешательство.

Он словно только сейчас замечает, что держит меня, и, наконец, отпускает мою руку.

– А о чём тогда? – спрашиваю и тут же одёргиваю себя.

Вот кто меня за язык тянул? Сейчас, как спросит про слежку, и что тогда?

А ничего! Я буду отнекиваться до последнего!

Моего лица он не видел? Не видел! Значит, не я это! Не я!

Не пойман – не вор!

Сейчас я каждой клеточкой согласна с этой народной мудростью. Но при этом я очень остро ощущаю правдивость и другой, не менее мудрой пословицы, как на воре горит шапка. Вот только у меня вместо «шапки» подгорает попа.

Однако Егор не спешит задавать свой вопрос. Он молча разглядывает моё лицо так, будто до этого ни разу не видел.

У меня тоже есть возможность открыто смотреть на него. Вот только какой в этом смысл, если он прекрасно дал понять, что я ему нисколько не интересна.

– Наверное, ты хочешь знать, почему я изменила своё решение? – Ищу возможные варианты его интереса, чтобы быстрее закончить эту пытку и трусливо сбежать домой.

– Да, – соглашается Егор.

Но мне кажется, что он явно не об этом собирался спрашивать.

Пожимаю плечами.

– Из-за погоды. Уже на завтра обещают дождь, а потом похолодание. Ездить на скутере уже не получится. Офис в этом плане… комфортнее, – подбираю нужное слово.

– Ну, так-то да, – принимает мой ответ.

Или делает вид, что принимает.

Неважно.

Пусть будет «виновата» погода, а не моя собственная трусость.

Разговор с дядей Мишей произвёл на меня очень сильное впечатление. В отличие от папы, он не пугал, ничего не запрещал и даже ничего не советовал. А оставил мне возможность сделать выбор самой, при этом разложил все аргументы как «за» так и «против».

Пока я возвращалась от него, у меня было время подумать. Но как бы я ни старалась убедить себя, что делаю всё правильно, к сожалению, была вынуждена признать, что дядя Миша во многом прав.

Тот вид деятельности, что я выбрала, не решит моей проблемы и ни насколько не приблизит к достижению цели. Но при этом может создать дополнительные проблемы.

Дядя Миша сказал, что с Давидом, несмотря на все его уверения, что он всего лишь пошутил, провели воспитательную беседу и предупредили о последствиях подобных шуток. А вот о неизвестных, которые интересовались мною по видео, узнать ничего не получилось. Как и найти того, кому понадобилось снимать меня.

У меня, конечно, мелькнула мысль, что это, возможно, были Егор с Захаром, но она слишком маловероятна. Потому что Егору не составило бы никакого труда спросить об этом у Влада или у папы.

Поэтому, кто это, и с какой целью, они пытались установить мою личность, выяснить не удалось. Вполне может быть, что ничего серьёзно. Но оглядываться каждый раз я не хочу.

К тому же скоро и правда тёплая погода закончится, начнутся дожди, а там не за горами и зима, когда на скутере уже не получится работать.

– Ты хочешь сказать, что будешь работать в «Медиаграде»? – Варя широко распахивает глаза и не мигая смотрит на меня.

Молча киваю.

– Машка, так это же круто! – восклицает. – Поздравляю!

Радуется так, будто сама устроилась в компанию своей мечты.

– Ага. Круто, – соглашаюсь, но при этом не разделяю восторга подруги. – Спасибо.

Принять такое решение мне было очень сложно.

– Так. Алё? А чего так уныло? У погоды заразилась? Да и хрен с ним, с этим летом! Мы и осенью зажжём!

Нисколько в ней не сомневаюсь.

А сегодня и правда похолодало. Причём так, что пока я шла от остановки до универа, у меня замёрзли руки. Осень не просто дохнула, а по-зимнему морозно подула.

Возле нас останавливается Егор Горохов.

– Варь, я сейчас.

Мягко касаюсь её руки и взглядом прошу Зайцеву подождать. Подхожу к одногруппнику и не знаю с чего начать.

– Егор, я больше не смогу работать.

– Это я уже понял. Слышал краем уха. Но ты знаешь, я тоже рад за тебя.

Скептически гляжу на парня, который в глубине души явно считает меня слабачкой.

– Не смотри на меня так. Маш, я правда, рад за тебя. Ты молодец. Долго продержалась.

Рады все! Папа, мама, дед со Светланой, Варя и даже Горохов! Одна я не чувствую никакой радости. Хотя дядя Миша разрешил мне брать его «Беркут», если уж прям совсем невмоготу станет. Правда, взамен попросил оставить все мысли об участии в гонках, намекнув, что призовой фонд этого не стоит, да и заработать его нереально. Как правило, народ принимает участие в гонках исключительно ради участия.

– И ты туда же, – замечаю с упрёком.