Мой идеальный смерч

8

Вместо ответа он почему-то весело расхохотался. То ли не поверил, то ли решил, что это смешно. Зато перестал фонтанировать невероятными шуточками и продолжил:

– Я специально приезжал на физкультуру к этому товарищу, Никите. – В его голосе особенно любви к Кларскому не было.

– В этом году у нас и экономистов физ-ра в одни и те же часы стоит, только у них преподы другие, – перебила его я.

– Знаю. Так вот, я приехал, чтобы полюбоваться вживую, встал неподалеку и услышал его разговор с приятелем. Никита рассказывал о будущем свидании с Ольгой. И говорил о том, как он счастлив рядом с ней.

– Я тоже что-то такое слышала! – воскликнула я, припоминая тот счастливый день, когда мне удалось сделать фото любимого. – Только отрывками. Он говорил другу – парню в очках, что чему-то рад, а тот ему поддакивал.

– Надо же, – удился Дэн такому совпадению, – мы слышали почти одно и то же. Интересное совпадение. Только у меня слух острее. И логические способности лучше.

– И мания величия развивается.

Нагло игнорируя мои слова, Смерчинский продолжил:

– Я бы услышал больше, но в самый важный момент меня заметил Палыч, препод, который баскетбольную команду тренирует…

– А, так это ты дьяволенок? – непонятно чему обрадовалась я, вспомнив и слова преподавателя по физкультуре.

– Да, наверное. Палыч меня так зовет с первого курса, – усмехнулся Дэн. – Классный тренер, может из любой развалины сделать отличного баскетболиста. Даже из Кларского, наверное.

– Он не развалина! – возмутилась я. – Очень даже мужественный! И высокий.

– Я выше, – словно невзначай бросил Смерчинский.

– Ну ты-то, ясное дело, та еще каланча, – хмыкнула я. – Как у вас там в тропосфере с погодкой? Циклоны развиваются?

– Слушай, Мария, почему с тобой так сложно? – вздохнул он.

– Со мной?! Да я ангел во плоти. А тебя даже преподы дьяволом называют.

– Зато я увидел тебя. То, как ты фотографируешь своего Никитку едва ли не в упор. Как он не заметил этого – просто удивительно.

– Молчал бы…

– Я и так не стал ничего говорить. Спугнул бы такого милого зверька, - отозвался Дэн. – А если без шуток – я понаблюдал, сопоставил факты и понял, что он тебе нравится. У тебя такой взгляд был дурной, когда ты его снимала. – На смазливом лице вновь появилась улыбочка, давшая возможность блеснуть в солнечных лучах заходящего приветливого солнца ровным белым зубам. – Это был сочный кадр!

Не сдержавшись, я замахнулась на Дэна, и он тут же замолчал, состроив умильную рожу. На щеках снова появились ямочки – и это явно давало плюс сто к его обаянию.

– И что ты хочешь? Сдать меня Никите? – хмуро спросила я.

– Какая мне от этого польза? Просто ответь. Ты влюблена в него?

Я нехотя кивнула. О моей любви узнал какой-то посторонний невыносимый тип. Нормально.

– А я влюблен в Ольгу. Поэтому мы с тобой – союзники. Тебе нужен он, мне – она. Ну что, будем действовать?

– Не знаю, это как-то глупо, – отозвалась я, внимательно глядя на него. Денис с такой легкостью говорит о том, что девушка, которую он любит, встречается с другим, словно это ничего для него не значило. А я, хоть и держалась по-обыкновению, бойко, чувствовала себя отвратительно. И настроение ниже плинтуса в подвале, и хочется в своей проблеме винить целый мир: начиная от ничего не сказавших мне подружек (а они явно что-то знают!) до Князевой, которая, кажется, загребла своими бледными тонкими ручонками парня, нежно любимого мною с первого курса! Но я держалась. Сама виновата, что проворонила счастье.

– Мария Бурундукова, я знаю, что поступаю нечестно и предосудительно. Но я привык, что с легкостью – или без нее – получаю то, что хочу. – Я впервые с момента нашего кратковременного, но насыщенного знакомства видела Дениса серьезным. – А я хочу получить Ольгу, даже если мне придется разлучить ее с любимым человеком. Типа, совершить гадкий поступок. Я не думаю, что она искренне любит его, но тем не менее. Маша. Я привык бороться. Поэтому сейчас я тебе в последний раз предлагаю стать моим союзником, потому что мы находимся в одинаковом положении. Я знаю свои достоинства и недостатки, поэтому говорю, что неплохо разбираюсь в девушках и в романтике, но в том, как завоевать ту, которая меня не хочет, – разбираюсь не слишком. У меня еще не было таких ситуаций. Мне не понятна психология Ольги. Не могу осмыслить ее выбор. Почему именно он – скучный, обычный тип? Что в Никите Кларском вообще такого, чего нет у меня? Ты ведь тоже что-то в нем нашла, так? Поэтому я и надеюсь на твою помощь. Сам сделаю для тебя все, что смогу. Вдвоем нам будет куда легче, чем поодиночке. – На его живом лице лишь на мгновение мелькнула непонятная мне усталость. – Да или нет?

Ух какой у него был торжественный голос! Я чуть было не расхохоталась, несмотря на печальную ситуацию, но, едва взглянув в темно-синие немигающие глаза, теперь уже не слишком веселые, перехотела это делать.