Мой истинный враг, или Приманка для ледяного дракона

7

Неслышным шагом я поднялась в свою комнату и спешно заперла дверь, оглядывая обстановку. На первый взгляд ничего подозрительного. Но мысль о том, что агент Даларны сейчас находится под той же крышей, меня парализовала. Нет, я не думала, что драконы способны видеть сквозь стены, но почему-то при воспоминании о пронзительном взгляде кьяра Сваарэ у меня начинали дрожать руки.

Я достала трафарет и чернила, вздрагивая и замирая от каждого звука, раздававшегося за дверями. В коридоре то и дело слышались шаги и голоса служанок, готовивших комнату для гостя. Когда они наконец стихли, и я начала работу над первым листом, раздались голоса дракона и папы. И хоть они удалялись — гостевая комната была в противоположном конце этажа — руки всё-таки дёрнулись, смазав свежие чернила.

Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и признаться себе, что я слишком нервничаю, чтобы продолжать работу. Обстоятельства изменились, и Акселу с его братством придется довольствоваться тем, что уже готово. Конечно, я чувствовала себя виноватой, но время шло, а руки дрожать не переставали.

Я вложила в корзинку записку с извинениями, без всяких подробностей, чтобы нельзя было понять, от кого она. Чернила и нож переехали туда, где им положено быть — в ящик письменного стола. Если кто-то будет обыскивать комнату в моё отсутствие, там они не вызовут подозрений. Бумага и картон были заставлены книгами на полке. Губка отмыта и запрятана в ванной. Оставался лишь трафарет. Разорвав плотную бумагу так, чтобы нельзя было разобрать слова, я сунула обрывки в карман платья.

Зима была на исходе, так что в доме разжигали лишь кухонный очаг и камин в гостиной на первом этаже. Перед обедом по дороге в столовую я спустилась вниз. Убедившись, что в комнате никого нет, быстро кинула клочки трафарета на тлеющие угли. Картон тут же вспыхнул пламенем, обрывки чернели и съёживались на глазах. С чувством невероятного облегчения я обернулась и чуть не вскрикнула, потому что в дверях показался дракон.

Возможно, он заметил меня через стекло в дверях. Пока я размышляла, что именно кьяр Сваарэ успел увидеть, он неожиданно улыбнулся и двинулся ко мне.

— Доброго дня, кьяра Эйвин.

Я стояла, как приклеенная. Потому что за моей спиной, возможно всё ещё полыхали клочки трафарета на почти остывших углях. А ещё потому что у меня создалось впечатление, что улыбка на этом лице наверняка бывает реже, чем северное сияние на небе.

— Доброго дня, кьяр дракон.

По тому, как удивлённо взлетели его брови, я поняла, что сказала это вслух. Щёки запылали от неловкости, а ещё от того, что льдисто-серые глаза теперь не избегали смотреть на меня. Напротив, гость внимательно рассматривал меня, как будто любуясь.

Под этим взглядом я почему-то быстро оправила волосы, бросила быстрый взгляд на складки платья, проверяя всё ли в порядке. И застыла, заметив на пальце чернильное пятно.

— Мне предстоит провести несколько дней в вашем замечательном доме. Надеюсь, я не буду вам мешать.

— Я тоже.

Я мысленно взвыла. Что я несу?! Что он обо мне подумает?! Почему мне есть дело до того, что он обо мне подумает?!

Лицо королевского агента оставалось невозмутимым. Я спрятала руки за спину и бочком двинулась мимо него к выходу. Выбравшись из гостиной, я перевела дух и почти бегом бросилась в столовую, на ходу стирая с пальца чернила.

Мама и папа уже были там. Я оценила их тактический приём: посреди стола стояла огромная ваза с охапкой цветов из городской оранжереи. Теперь сидящим напротив будет весьма затруднительно видеть друг друга во время обеда.

— Вот, попросили привезти. Раз уж у нас гости, — пояснила мама.

Ну-ну. Я до сих пор не очень поняла, почему меня так старательно прячут от дракона, но в данный момент была благодарна родителям за выдумку. Вот только руки чесались составить букет посимпатичнее, но времени уже не было, потому что в столовую уже вошёл гость.

Я успела заметить, что серые глаза теперь смотрели обеспокоенно. Надо сказать, что родители просчитались с композицией букета, и теперь эти льдинки то и дело кололи меня внезапным взглядом, выглядывая между листьями и разноцветными лепестками.

В этот раз обсуждение за столом коснулось городского университета — первого в Миинате. Я собиралась молчать в тряпочку, быстро поесть и уйти к себе, но не смогла остаться в стороне, когда отец в очередной раз заметил, что девушкам не пристало учиться в одном заведении с парнями.

— А что прикажешь делать тем девушкам, что хотят получить профессию, папа?

Отец недовольно крякнул, и я снова увидела старого доброго непреклонного Йонна Линнфро.

— Прикажу не дурить, а выходить замуж. Профессия должна быть у супруга, дело жены — растить детей.

Я набрала побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, но меня опередил спокойный голос с другой стороны стола.

— Наши женщины учатся наравне с мужчинами, хотя вам известно, что для драконов особенно остро стоит вопрос продолжения рода. Это важно, потому что браки у нас длятся столетиями. Супругам должно быть о чём поговорить, а для этого у них должен быть более-менее одинаковый уровень развития.

На словах о продолжении рода серые глаза сверкнули в мою сторону. Я уставилась в тарелку, обдумывая услышанное. Ничего себе, выходит, драконы в некоторых вопросах справедливее людей! Кажется, я даже почувствовала к гостю какое-то расположение.

Отец насупился, явно готовя неприятный ответ, и я поспешила поддержать дракона в дискуссии.

— А ваша жена тоже училась, кьяр Сваарэ?

В воздухе повисла неловкая пауза. Льдинки напротив меня потемнели, как грозовое небо.

— Я не женат, Эйвин.

От этого взгляда и от слов, сказанных как будто со значением, у меня по ногам поползли мурашки. Я пошевелилась, прогоняя странное ощущение.

— Что ж, кьяр Исангер, — мгновенно включилась в беседу мама, отвлекая внимание на себя, — у нас в Вуори полно невест на выданье. Может быть, здесь вы встретите свою судьбу.