Мой криминальный босс - 2

Глава 4

Марина Абрамовна приносит все, что я просила для полоскания горла. Я вся на нервах. Аромат чая кружит голову, хочется сесть и спокойно насладиться короткой передышкой, но вместо этого я бодяжу в стакане смесь воды, соли, соды и йода. Прошу дать мне глубокую миску и иду к Лельке.

Паша идет следом за мной, ни на миг не выпускает из виду. Хмурится, недовольно поглядывает, но не вмешивается. И, главное, молчит.

Встав в дверном проеме и засунув пальцы за пояс брюк, слегка покачивается с пятки на носок.

Ненавижу, когда он так стоит над душой. Но выбора нет. Я заставляю себя сосредоточиться на лечении дочери. Пусть Паша сколько угодно поет дифирамбы врачу и таблеткам, я знаю, что лучше моего рецепта для ангины ничего нет.

Лелька кривится, увидев стакан и миску.

— Давай, моя хорошая. Тут немножко. А потом тебе молочка с медом погрею, хорошо? — уговариваю ее.

Лелька садится с тяжким вздохом. Тщательно запрокидывает голову назад, булькает раствором. Получается так смешно, что она едва не смеется. Через пять минут я забираю пустой стакан и теперь уже полную миску.

— Уверена, что твои бабкины методы сработают? — мрачно спрашивает Паша.

— Ну, пока что работали. Молоко уже привезли?

Нас прерывает звонок домофона.

— Уже привезли, — кивает Паша.

Встречать курьера отправляется домработница, я же укладываю осоловелую Лельку. Она почти мгновенно засыпает. А мы с Пашей возвращаемся в кухню.

— Если хочешь, я могу отправить водителя за вещами, — говорит он внезапно.

Поднимаю голову, заторможено смотрю на него. Потом меня осеняет: если я тут останусь, то надо хоть что-то на первое время. Зубную щетку, одежду на смену, белье. И Лельке тоже потребуются вещи.

Но не хочу, чтобы в моих вещах рылся кто-то чужой.

— Нет. Я съезжу. Сама соберу вещи, — говорю, поднося чашку к губам.

Чай еще не успел остыть, но уже и не кипяток.

Уговариваю себя, что все будет хорошо. За час ничего не случится. Лелька в безопасности. Ее уже осмотрел врач, а я напою ее молоком и заставлю проглотить хоть чашку бульона. Потом можно съездить домой за вещами.

Просто мне нужно сохранять холодную голову. Даже рядом с Островским. В конце концов, пора этому учиться. Только сердце то и дело сжимается, когда я смотрю на него.

— Тогда я поеду с тобой.

— Не надо, — качаю головой, — не хочу, чтобы Лелька осталась одна в таком состоянии.

— Здесь будет Марина, — настаивает Паша. — Поедем вместе.

Я отпиваю глоток. Слово “вместе” режет слух. “Вместе” — это было бы восемь лет назад.

Так. Все, хватит. В который раз говорю себе это? Повторяю как мантру! Хватит ходить по кругу и возвращаться к прошлому. Его не изменить. Нужно двигаться дальше. Паше — с его невестой и будущим ребенком. Мне — с Лешей.

Ох, Леша. Я же ему ничего не сказала, хотя он прислал мне сообщение на телефон.

И как я объясню своему жениху, что останусь на ночь у бывшего? Впрочем, неважно.

Еще час у меня уходит на то, чтобы согреть молоко и бросить в него нужные ингредиенты. Накормить Лельку свежим бульоном и заставить выпить кружку молока. Дочь капризничает и хнычет, как всякий больной ребенок. Говорит, что ей больно глотать и она не хочет есть. Только обещание Паши сводить ее в аквапарк (разумеется, когда она вылечится) вынуждает ее подчиниться.

— Ладно, собирайся, — говорит Паша, когда с кормлением дочки закончено.

Я целую Лельку и иду вслед за ним в прихожую.

Едем в полной тишине. Он даже музыку не включает. А меня начинает подергивать. Правильно ли я поступила, согласившись остаться? Кажется, нет. Это очень плохая идея…

Достаю телефон, читаю сообщение Леши. Надо бы ему что-то ответить. Он спокойно относится к общению через мессенджер. Обычно мне это не нравится, но сейчас я даже рада. Потому что так он не услышит мой голос, не услышит эмоции.

Пишу СМС-ку, что Лелька заболела, так что я завтра выйду только отпроситься на больничный.

Получаю ответ через несколько минут.

“Тебе нужна помощь? Привезти лекарства?”

Закусываю губу.

“Нет, спасибо, — отвечаю. — Все есть”.

“Если что, обращайся. Я все привезу”.

Сердце екает в груди. Перевожу взгляд на Пашу. Тот смотрит на дорогу. Его длинные пальцы сжимают руль. Не могу отвести взгляд от его сильных рук, на которых виднеются вены. Он закатал рукава своей куртки.

И меня как по волшебству вновь отбрасывает во времена нашего прошлого, когда мы вот так же ездили вдвоем в его машине. Обычно он увозил меня в сторону горы, которая стала “нашим” местом. Интересно, а со Светой он там бывал?

Во рту становится горько от ревности.

Мотаю головой из стороны в сторону. Лучше не думать об этом.

— Тебе помочь? — спрашивает Паша, когда подъезжаем к дому.

— Нет, спасибо, я сама.

Выхожу из салона. Думаю, что Паша останется в машине, но он тоже выходит вслед за мной.

Мы опять поднимаемся в полнейшем молчании в мою квартиру. То и дело Паша кидает взгляд на мои руки. Точнее на кольцо, которое подарил Леша. Становится неловко.

Дома я стараюсь как можно быстрее собрать вещи. Скидываю все в сумку. Паша ждет в коридоре.

Когда выхожу к нему, то замираю. Он что-то осматривает в коридорном шкафчике.

— Что ты делаешь? — спрашиваю его.

Паша достает Лелькину куртку.

— Это летняя куртка? — спрашивает меня.

— Нет, это демисезонная.

— Но она тонкая, — хмурится он.

— На весну и осень — нормальная. У нас тут не Арктика.

— Я куплю ей новую одежду, — заявляет Паша.

Я лишь пожимаю плечами. Пусть делает, что хочет. Лишь бы не заставил Свету выбирать одежду нашей дочери. Вряд ли ей это понравится, да и я не хочу, чтобы она сближалась с моим ребенком.

— Спасибо, — говорю, поднимая сумку.

Паша забирает ее из моих рук. Его запах окутывает меня. Мы стоим слишком близко. Я невольно делаю шаг назад. Не стоит забывать: у меня есть жених, у него есть невеста.