Мой личный дьявол из Блэквуд

Глава 3.2

Дверь кабинета захлопывается за спиной. Мой взгляд прикован к полу, кулаки сжимаются с такой силой, что ногти впиваются в ладони. Мир для меня разом темнеет.

Я должна была дать отпор. Должна была, чёрт возьми, защитить себя! А в итоге... Два предупреждения. Два из пяти!

Я чувствую себя не героиней, а дурой, которая сама залезла в капкан. Впервые за два дня я ощущаю не ярость или жгучий стыд, а тяжёлое, холодное опустошение, которое высасывает воздух из лёгких.

Идеально отточенные, неспешные шаги разрезают тишину коридора.

Я поднимаю голову.

Итан Уайлд, как по заказу. Идёт мне навстречу, засунув руки в карманы идеально скроенных брюк. Сначала он не замечает меня, застывшую посреди коридора. А когда замечает, останавливается. На его губах мелькает тонкая, едва заметная, но острая, как лезвие, ухмылка.

Ухмылка победителя, который знает: его статус – это щит, а система – личный телохранитель.

Эта ухмылка срывает мне последние предохранители. Я только что потеряла две трети своего запаса прочности, а он смеет усмехаться? Моё опустошение мгновенно сменяется абсолютной, испепеляющей злостью.

Я буквально схожу с ума и иду прямо на него.

– Ты так бежишь меня встречать... – Он вскидывает руки в жесте капитуляции, но в его глазах пляшет дикий огонь, словно у зверя, готового вот-вот сорваться с цепи и наброситься. – Уже соскучилась, Аврора?

Собственное имя, небрежно слетевшее с его губ, цепляет. Цепляет ещё и тем, что произнесено в неприятной для меня форме.

– О, наследный принц расспрашивал обо мне. Чем обязана подобной чести?

– Рассчитывала, что твои жалкие выходки останутся незамеченными? – Ухмылка обнажает оскал. – Я закрыл глаза на вчерашний инцидент, но тебе, очевидно, не хватает моего внимания. Даже ползать на коленях не пришлось.

Он виртуозно возвращает брошенную мной в кафетерии шпильку и тут же выворачивает всё наизнанку:

– Надеюсь, истерика окончена? Декан Оуэнс должен был объяснить тебе твоё место. – От Итана веет опасностью, которая заставляет инстинктивно напрячься. В его взгляде считывается чистая провокация. – Какого хрена ты всё ещё таскаешься за мной, ущербная?

Я? Таскаюсь?! Закрыл глаза?!

От его наглости у меня пропадает дар речи. Я глупо хлопаю ртом, как рыбка, выброшенная на берег.

– Ты отвалишь от меня. Прямо сейчас, Обносок.

Уголки моих губ дергаются, расползаются в злой усмешки. Наклоняю голову.

– Давай, повтори это ещё раз. Назови Обноском… – мой голос дрожит, но это не страх, а сдерживаемая ярость. – Только не здесь, а в кабинете мистера Оуэнса. Пускай послушает, какой грязный рот у всеобщего любимчика!

Итан делает шаг вперёд, встаёт непозволительно близко. Его тень падает на меня.

– Я кажусь тебе недостаточно убедительным? – он с силой тычет мне пальцем в плечо, заставляет отступить. – Мне стоит стараться усерднее, чтобы ты, наконец, поняла свою роль? Или мне заставить тебя бояться?

Его пятерня вцепляется в моё плечо и болезненно сжимает. Итан смотрит на меня так, будто глазами пьёт мою боль, и этот коктейль доставляет ему нечеловеческое удовольствие.

Меня бы тоже удовлетворила его боль. Хочется податься вперёд и вонзить в его глотку собственные зубы.

Я резко дёргаю плечом и неожиданно просто оказываюсь на свободе. Итан не удерживает, его рука издевательски медленно расслабляется и опускается вдоль тела.

– Мне нужна форма.

Он бегло осматривает меня с ног до головы. Притворяется, что не понимает.

– И что ты хочешь? Чтобы я отдал тебе свой пиджак и рубашку? – Он вызывающе вздёрнул тёмную бровь. – Я не ношу ширпотреб, придётся доплатить, чтобы носить вещи с моего плеча.

Разжёвываю, как последнему кретину:

– Возмести стоимость новой формы, которую мне нужно купить вместо этой.

Итан фыркает, будто услышал несусветную глупость. На лице написано искреннее снобское удивление.

– С чего вдруг? Люди не обязаны платить только потому, что не нравятся тебе. Хотя чего ещё ждать от Стипендяйки? Привыкла, что за тебя платят другие, да? Хотя знаешь. Могу купить тебя… – Он склоняет голову, оценивая, как товар: – На три пожизненных срока. Будешь обслуживать нашу семью. Работа не требует особого ума, даже такая, как ты, справится. Дети и внуки тоже будут устроены.

– Не притворяйся. Ты натравил тех двоих, чтобы не пачкать руки самому.

– Я? А ты высокого о себе мнения. Думаешь, я стал бы тратить время на кого-то вроде тебя? Учись с людьми говорить вежливо, тогда проблем не будет .С твоим социальным статусом – полезный навык. – Итан щелкает пальцам. – Кстати. Ты вот точно испортила мои вещи. Дважды. Не вижу чека.

– Ну ты же богатый. Купи себе одежду. – Я возвращаю оценивающий взгляд. – На три пожизненных срока. Или папочка только на женщин деньги даёт, а одеть сына не может?

Итана нисколько не смущает намёк на богатого отца и собственную несостоятельность. На его лице появляется нездоровый азарт.