Мой любимый лучший друг

48

Вечером нас ждало еще одно разочарование. Денис Петрович вернулся домой мрачнее тучи и позвал на серьезный разговор. Сначала он долго молчал, будто собирался с мыслями, или даже ему было неловко. Он размешивал сахар в чае, звонко обстукивая стенки кружки ложкой.

- Пап, у меня уже в ушах звенит, – Мишка был напряжен, потому что настроение своего родителя уловил. – Что случилось?

- Одна маленькая неприятность, – мужчина кинул на меня виноватый взгляд. – Решил, что будет правильно, если узнаете от меня.

Денис Петрович на секунду прикрыл глаза.

- У меня недельный отпуск, кстати, может на выходные вместе сгоняем на природу?

- Твой отпуск по плану после новогодних праздников.

- Этот вне плана, – мужчина грустно улыбнулся.

Я не вмешивалась в разговор, словно чувствуя, что он мне не понравится.

- Папа, черт, ты можешь уже сказать, как есть, а не ходить вокруг да около? – Мишка почти взревел. События сегодняшнего дня не помогали нервной системе окрепнуть.

- Меня отстранили на неделю, такие правила в больнице.

- Кто-то из пациентов пожаловался? – Мишка продолжал давить в попытке узнать правду.

- Кто-то написал жалобу на главврача, обвинив меня..., – мужчина сглотнул, – в отношениях с несовершеннолетней.

Мишка со всей силой зарядил кулаком по столу, я подпрыгнула, а Денис Петрович остался неподвижным.

- Главврач мой старый приятель, не поверил, конечно, но неделю попросил посидеть дома. Ему нужно уладить это, чтобы жалоба не ушла наверх. И в полицию.

- Я прибью его!

- Кого? – Денис Петрович, очевидно, и даже в своем воображении никогда не нарисовал бы источником всех своих проблем жалкого обиженного Лешу.

- Лешу, – подала я голос. – Со мной сегодня Петр Сергеевич говорил на эту тему.

- Боже, сколько же грязи, – мужчина в неверии закрыл лицо ладонями.

На кухне повисла тяжелая тишина, такая осязаемая, тягучая, мешающая дышать.

- Мне очень жаль, Денис Петрович, простите меня, пожалуйста, – я едва сдерживала слезы.

- Катюша, – мужчина накрыл мои ладони своими и смотрел с таким теплом, что предательские рыдания все же вырвались наружу. – Не вини себя, милая. В конце концов, мы с вами точно знаем, что ни в чем не виноваты. Я передохну недельку, мне будет только на пользу. Уверен, все решится благополучно. Мишка, – мужчина обратился к сыну. – У меня только одна просьба: без глупостей.

Парень кивнул, хотя было очевидно, что он едва сдерживал гнев.

- А про выходные подумайте, я уже тысячу лет никуда не выбирался. Если вы не против, конечно, прихватить с собой старика, – Денис Петрович изо всех сил старался сохранять позитивный настрой.

В порыве чувств я соскочила со стул и обняла его. Понимала, что кроме меня во всем этом никто не виноват. Но откуда же я могла знать, что Леша окажется таким мелочным и жестоким?

- Коллективные обнимашки, – Мишка прижался ко мне, протянув руки и до плеча папы. – У нас все хорошо будет, – добавил он. – Я вас в обиду не дам.