Мой любимый лучший друг

51

Последним уроком у нас стояла физкультура, последнее время я ненавидела этот урок всем сердцем. Сначала слушала в раздевалке колкие фразы в свой адрес от одноклассниц, а в зале терпела толчки исподтишка. Утонув в своих мыслях, даже не заметила, что осталась в комнате наедине с Настей.

- Ты в порядке? – бывшая подруга будто специально медлила, чтобы поговорить.

- Да, спасибо.

- Мише ничего не сказала?

- Не хочу открытого огня, он не спустит такого Леше...

- Слушай, я не поддерживаю его, он ведет себя мерзко, но у меня нет за спиной Мишки, который всегда останется на моей стороне.

Настя выглядела подавленной и смотрела таким извиняющимся взглядом, словно это она несколько часов назад удерживала меня силой в подсобке.

- Я понимаю, – не соврала, потому что не была уверена, что без Мишки у меня бы хватило духу пойти против Леши и всего класса.

- Многие так считают, просто мы трусливо прячемся. Если Леша задумает что-то еще, я расскажу, правда.

Кивнул в ответ.

- Прости, – девушка развернулась и вышла из раздевалки, оставив меня в смешанных чувствах.

Бросила последний взгляд в зеркало, чтобы сделать хвост, и заметила на лице синяк. На подбородке, в том месте, где Леша особенно переусердствовал с захватом. Пришлось хвататься за консилер, чтобы Мишка не задавал лишних вопросов. Эпичной драки нам только и не хватало сегодня.

- Копуша, – Мишка ждал меня возле раздевалки, – ты вышла самой последней.

- Ну вот, остался без обеда – ворчишь без остановки.

Парень приобнял меня за плечи.

- Может, уединитесь уже?

Голос Макса Дарова заставил меня вздрогнуть. Мишка оставил реплику без ответа, чем больше вывел одноклассника из себя.

- Зимина, ты же всегда была скромницей, что вдруг с тобой стало.

- Даров, попроси у своего хозяина другой словарик гадких выражений.

- Что сказал? – Макс словно нарывался на драку, нагло толкнув парня в спину.

- Перевод, – Мишка завел меня за спину. – Для спортсменов, так сказать. Научись думать своей головой или попроси новый список выражений, которые вы любите кидать в спину.

- Слушай, ты, фотокорреспондент...

- Даров! Королев! – голос физрука прогремел где-то справа, а потом рядом возникла его массивная фигура. – В зал заходите, и без глупостей, а то у меня разговор короткий – к директору пойдем.

Парни не хотя отправились по указанному маршруту, а учитель еще нашептывал нам в спину мольбы, цитата, выпустить этот сгусток пубертата без жертв и потрясений.

Во время урока я снова то и дело спотыкалась, но не из-за дезориентации в пространстве или собственной неловкости. Толчки, подножки, неосторожные и будто случайные попадания в меня мячом. Все как положено ясельной группе. А, постойте, я ведь училась в выпускном классе в окружении почти уже совершеннолетних людей. Первым взорвался Степан Валерьевич, построил всех в одну шеренгу и назвал список фамилий, тех, кому нужно было сделать шаг вперед. Сначала я не понимала, что мужчина пытался сделать, а потом в каждом узнала своего обидчика на этом уроке. Всего 7 человек. Среди них была и Ника, некогда моя лучшая подруга.

- Значит так, все, кто вышел из строя, направо, десять кругов по залу бегоооом марш!

- За что? – Глеб выразил всеобщее негодование.

- Не понимаете, да? – учитель прищурился, разглядывая одноклассников.

- Понятия не имеем, – Ника сложила руки на груди.

- Пятнадцать кругов, живо!

Ребята возмущались, но спорить никто не продолжал. Степан Валерьевич вообще отличался самым сильным терпением, как бывший спортсмен, но если выходил из себя, лучшим решением было смириться. Оставшуюся часть класса учитель попросил присесть на скамейку. Мишка оставался невозмутимым, но я заметила, что он едва прятал улыбку.

- Карма, – ответил он, получая недовольный взгляд от меня. – Еще бы Варнавского к ним, – мечтательно произнес парень. – Или мячом по голове, чтобы мозг на место встал.

- Удивлена проницательности Степана Валерьевича.

- Это даааа, – по тону и немного издевательскому выражению лица парня, я заподозрила неладное.

- Как ты это провернул?

- Использовал те же методы, что и зачинщик холодной войны.

Мишка пожал плечами и предпочел не раскрывать своих секретов.

- Честь за честь, подлость за подлость, Варнавский, – это последнее, что я услышала от парня. Веселым ли будет мой последний школьный год? О, да, он точно грозился запомниться надолго.