Мой любимый лучший друг

64

Мы зашли в кабинет, в котором, кажется, обычно проводили уроки для младших классов. В классе не горел свет, а стулья стояли на партах сверху.

- Вы решили пожениться? – Леша задал вопрос сразу же, как только я закрыла дверь.

- Однажды, – тихо произнесла, старалась не звучать оправдательно. Мне не за что оправдываться. По крайней мере точно не перед Лешей.

- Почему он? Чем он лучше меня? Как вообще тебя заслужил?

- Потому что Мишка самый дорогой для меня человек.

- Как давно ты это решила?

- Давно, – улыбнулась. – Еще в классе пятом, наверное.

Леша замер.

- Я думал, ты делаешь это на зло. Был уверен. На зло отчиму, просто чтобы пойти в противостояние. А ты реально любишь его?

- Леша...

- А я? Меня ты использовала, чтобы позлить своего золотого мальчика?

Очевидно, разговор выходил из-под контроля, но уходить я не спешила. Что если в словах парня есть правда и злодеев в этой истории всегда было два?

- Ты же помнишь, как взрослые решили, что из нас выйдет отличная пара.

- Ты не сопротивлялась.

- У меня тогда жизнь разрушилась: папа умер, а мама выскочила замуж через месяц после похорон. Я не способна была на сопротивление.

- Выглядела такой несчастной, затравленной, а на деле? – парень повысил голос. – Двуличная эгоистка.

Леша пытался ударить словами, но для меня никогда не составляло труда признать свою вину.

- Прости, что не смогла полюбить тебя, – произнесла тихо. – Я старалась, но..

- Я никогда не был им, да? – Леша усмехнулся и покачал головой. – Я позволю вам спокойно доучиться только потому что папа твоего мальчика спас Глеба. Только поэтому. Но, на вашем месте, я бы оборачивался в темных подворотнях, карма идет по пятам.

Леша вышел, а мне потребовалось еще несколько минут, чтобы привести дыхание в норму. За этот учебный год на Мишку напали уже трижды, как раз в темном переходе между нашим и соседним домом. Я не сомневалась, что за этим стоял Леша, а сейчас мои подозрения только усилились.

- Нам нужно продержаться только три месяца, – прошептала, вытирая слезы.

Эйфория после дня рождения прошла быстрее, чем я рассчитывала. Сначала неприятный разговор с Лешей, а потом мама. Я встретила ее в супермаркете, когда выбирала продукты для ужина. Точнее, для творожно-вишневого пирога. Мишка просил уже давно приготовить коронный десерт, а мой мозг как раз остро нуждался в медитации. Так уж получилось, что выпечка как раз и была одной их разновидностью.

- Катя!

Мы столкнулись около холодильника с заморозкой, словно два чужих человека из прошлой жизни.

- Выпьем кофе? – мама прятала глаза, наверное, чувствовала вину за то, что не поздравила меня с днем рождения.

- А тебе можно?

- Конечно, – мама улыбнулась. – Я почти закончила с продуктами, а ты?

- Осталась только вишня.

- Печешь для Королевых пирог? – мама снова улыбнулась, так тепло, искренне, что я едва подавила в себе порыв ее обнять. Вместо этого судорожно потянула за выбившийся локон. Мама заметила кольцо и бросила на меня нечитаемый взгляд.

- Тогда давай через 10 минут в Симпл?

Кивнула, схватила пакет вишни и отправилась в сторону зоны с кассами. От предвкушения потряхивало, поэтому на входящий звонок Мишки решила не отвечать. Отделалась только коротким сообщением: «Занята, наберу позже».

Мама пришла без опозданий, держала в руках ананас и ведерко пломбира. Ясно, наш разговор не планировался надолго.

- Тянет на странности, – мама положила покупки на стол.

- Я заказала себе кофе, ты что-то будешь?

- Нет, – мама немного поморщилась, сложив руки на своем уже огромном животе. – На самом деле меня мучает страшная изжога.

- Воды?

- Не беспокойся обо мне. Ты не против, если я прямо тут открою мороженное? Это не стыдно?

Кивнула. Кто-то серьезно может стыдиться беременной женщины, которая с таким упоением уплетает мороженное?

- Саша иногда ругает мои варварские привычки есть на улице, – мама выдала на автомате, а потом бросила на меня затравленный взгляд.

А папа никогда не стыдился. Ни одной из нас. Даже когда я в ресторане опрокинула на себя графин с соком, когда приняла совершенно чужого человека за папиного приятеля и полезла обниматься. Даже когда на одном из выступлений на экологической конференции я сказала «памперс» вместо «панцирь», а потом, зарядив по голове смеющемуся партнеру по презентации, убежала со сцены. Он не стыдился и в моменты, когда мы с мамой нюхали цветы на улице, фотографировали, а иногда даже откапывали их, чтобы попробовать разводить их на балконе. Он не стыдился. Он любил. И всегда был за нас.

Тряхнула головой, чтобы отогнать воспоминания.

- Ты хотела поговорить, – старалась держаться холодно и отстраненно. Чтобы мама ни в коем случае не смогла узнать, как отчаянно я нуждаюсь в ее объятиях.

- О, – моя тактика маму смущала. Она то и дело гладила одной рукой свой живот, а второй крепко стискивала в руках пластиковую ложку. – Я хотела поздравить тебя, но Денис рассказал о вашем путешествии. Не стала мешать.

Я невольно хихикнула, нервно, натянуто, почувствовала резкий угол в области сердца. 1:0 в пользу мамы.

- Приходила, – сбивчиво продолжала она. – А вы уехали...

- Мы встретили китов.

- Милая, как здорово!

Пауза. Такая неловкая и звенящая. Повисла и натянулась между нами.

- Мишка сделал тебе предложение? – мама кивнула на мое кольцо.

- Да, мы решили не хотим торопиться – экзамены, поступление, только потом решим, что делать со свадьбой.

Мама начала усиленно кивать, соглашаясь со мной. Снова опустила глаза и уставилась на пломбир.

- Когда у тебя срок?

- О, 16 мая, еще больше месяца.

- Кто у вас будет?

- Мальчик, – мама улыбнулась. – Сашка так рад, только и повторяет всем, что на свет появится наследник, а потом..

2:0 в пользу мамы. Она осеклась, когда поймала мой взгляд. Не понимала, что точно чувствовала в тот момент: с одной стороны, хотела познакомиться с братом, всем сердцем желала, чтобы он родился здоровым и крепким. С другой – ненавидела Александра Петровича с каждым словом все больше. Он ведь не позволит мне стать частью их жизни. Мама будто прочитала мои мысли и продолжила, уже не так уверенно и радостно.