Мой любимый незнакомец

1. Я - Исток

Меня зовут Гвендолин, и я — Исток.

Внутри меня живет магия, которой я не могу воспользоваться. Моя сила предназначена для других: я питала ею магов, усиливала их чары, будто живой артефакт. Сама я не способна сотворить даже искру.

Только отдавать, отдавать, отдавать… Пока внутри не останется пустота.

— Неужели так всегда и будет? — спросила я как-то маму. — Неужели моя судьба — быть лишь магической подпиткой?

— Ты — Исток, Гвендолин. Это твое предназначение.

Я же хотела сиять сама. А не быть тихой заводью, из которой черпают силу другие.

Но война распорядилась моей судьбой иначе.

Однажды ночью меня разбудил мамин крик.

Я подскочила в постели с тяжело колотящимся сердцем. Лили, моя старшая сестра, сладко посапывала в своей кровати. Неугомонная, неусидчивая, она вернулась, когда я уже спала.

За окнами притаилась глубокая ночь. Может, мне просто приснилось?

Крик повторился. Это точно была мама!

Я вскочила. Лили наконец проснулась и в ужасе уставилась на меня. Мы бросились бежать на звук.

В прихожей я увидела испуганную маму. И, будто оживший кошмар, ворвавшихся в дом смуглых и темноволосых элл ́инес — уроженцев соседнего королевства Элла́с.

Армия Принца Зари.

О его жестокости ходили легенды. Он умело манипулировал людьми — запугивал, подкупал, принуждал, внушал страх или желание идти за ним хоть на край света. Главной его целью было захватить наше королевство.

Однако все это время я искренне верила в то, что в Гларингеле мы надежно защищены от ужасов войны. Однако она пришла и в наш дом.

Нас некому было защитить. Отец умер от затяжной болезни еще несколько лет назад. Мы с Лили и мамой остались одни.

А я… Даже обладающая магической силой, я не могла постоять за свою семью. Не могла защитить своих любимых.

— Посмотрим, что за рыбка попала в наши сети, — усмехнулся немолодой эллинес с властным взглядом.

Все мое тело сковало напряжение. Я слышала, что ждало девушек и женщин, попавших в лапы захватчиков. Знала о торговцах живым товаром, которые следовали за войском Принца Зари. Проклятые коршуны, привыкшие пировать на поле боя.

Он говорил на кафа.

Я с трудом различала слова — разговорный язык я знала плохо, мама редко на нем говорила. Однако отчаянно пыталась распознать чужую, непривычно звучащую в этих стенах речь.

Чужак неторопливо подошел к Лили. Повелительным жестом взял ее за подбородок.

Мои внутренности завязались в тугой узел. Легкие обожгло яростным огнем. Желание подлететь к чужаку и с силой ударить по руке, чтобы больше не смел касаться Лили, стало невыносимым.

Но я могла лишь бессильно наблюдать.

Сестра вздрогнула от грубого касания. По щеке к лебединой шее сбежала слеза. Вертя лицо Лили своими мерзкими пальцами, эллинес присвистнул.

— Какая красавица… Может, не отдавать ее падальщикам? — хохотнул он, бросив взгляд на остальных. — Оставить себе как живую игрушку?

Я стиснула зубы до боли.

Яростно зарычав, мама бросилась на эллинеса. Понимала, что это бессмысленно, но… Какая мать не попытается защитить свою дочь?

Поза эллинеса почти не изменилась. Он со всего размаху ударил маму по лицу.

Она охнула, прижала ладонь к щеке, но не закричала. Только смотрела на него с ненавистью, на которую он не обратил внимания.

Лили жалобно всхлипнула. Закрыв глаза, я стиснула кулаки. А затем бросилась бежать.

Назад, в родительскую спальню.

— Схватить ее! — взревел эллинес. — Не дайте этой сучке сбежать!

О, он сильно ошибался насчет моих намерений. А вот мама, кажется, все поняла.

— Гвен! — раздался ее полузадушенный голос за моей спиной.

Влетев в спальню, я стремительно открыла крышку сундука у подножья кровати. Там, завернутый в ткань, лежал старый отцовский меч.

Я слишком торопилась, ведь захватчики находились лишь в паре шагов от меня. Торопясь избавить клинок от ткани, провела пальцем по кромке лезвия. Кровь брызнула на рукоять, но я едва заметила боль.

Развернулась, сжимая меч обеими руками и приказывая им не дрожать. Вонзить клинок в тело чужака, а потом… А потом будь что будет.

Но я не отдам ему мою хрупкую, нежную Лили. И не позволю превратить нас троих в рабынь.

Эллинес, вошедший в спальню вместе с двумя своими людьми, лишь усмехнулся. Поднял руку… и на меня обрушилась боль. Вгрызлась в каждую клеточку, заставила рухнуть на колени.

Я выронила меч, кляня себя за слабость. Что за демонская магия?! Стиснула зубы так, что хрустнула челюсть. Вонзила ногти в ладони, чтобы не закричать. Не хотела доставлять ему удовольствие.

Но хрупкое тело предало меня. Крик сам вырвался из груди.

Эллинес довольно ухмыльнулся. Повел рукой, и один из воинов ринулся вперед. Рывком поднял меня на ноги, заломил руки и вновь втащил в прихожую.

Я взглянула на маму и Лили.

“Простите. Я вас подвела”.

Но когда на нас надевали цепи, я дала себе клятву. Пусть сейчас я слаба, пусть меня собирались отправить на невольничий рынок и продать, будто безделушку… Однажды я вырву свободу зубами.

И тогда он заплатит за пощечину моей маме, за ужас в ее глазах и за каждую слезинку Лили.

Я заставлю его заплатить.