Мой Лютый нежный и ласковый

Эпилог. Арина

Я осталась в Питере, не стала возвращаться в свой город. Это мое взвешенное решение, несмотря на то что у меня здесь нет подруг, мамы, отца. Зато у меня есть Стас. Мой большой, сильный мужчина и совсем не Лютый, каким показался мне в начале нашего знакомства.

Во время похорон отца он постоянно был рядом. Помогал с организацией самих похорон, решал все сопутствующие проблемы. Неделю я находилась в каком-то коматозном состоянии. Я просто жила по инерции. Часто приходила в комнату к папе (Стас поменял замки) и сидела молчаливо, разглядывая стены. Словно они могли мне поведать о моем отце, о его жизни. Конечно, хотелось найти у отца где-нибудь в шкафу свою детскую фотографию. Увидеть ее и придумать самой себе какую-нибудь добрую историю со счастливым концом, но увы. В жизни сказка случается редко.

Через неделю я стала приходить в себя, узнавать и замечать окружающий мир. Стас ближе познакомил меня со своими друзьями. Мы стали часто устраивать совместные посиделки в кафе. Его друзья - веселые парни, с отличным чувством юмора. Рядом с ними я постоянно смеялась и улыбалась. Они как-то сразу тепло приняли меня в свой круг и наверно за это мне нужно благодарить Лютого.

Лютый. Мой Стас. Мой необыкновенный мужчина. Сколько в нем нежности, любви и ласки. И он готов отдавать их мне без остатка, не требуя ничего взамен. Уверена, что из него получится очень хороший папа. Но пока нам думать о детях рано. Для начала мне нужно хотя бы найти работу.

Почти целый месяц у меня ушел на поиск работы. Было сложно, ведь учебный год уже был в полном разгаре. Занималась всё это время репетиторством по скайпу и продолжала поиски, пока наконец мне не предложили занять место учительницы английского языка, которая уходила в декрет. Я согласилась и не пожалела. Ведь мне достались занятия с малышами: второклассниками и выше, до восьмого класса. Какие они все забавные и милы. В них просто бурлит их детская непосредственность и энергия. Мы сразу нашли с ними общий язык, ведь и я у них многому училась.

Было забавно наблюдать, как первое время ученики реагировали на Стаса, когда он приходил встречать меня возле школы. Сначала относились к нему настороженно, боялись его грозного вида. Но когда пару раз словили на его лице улыбку от моего присутствия рядом с ним, то половина девочек постарше сразу признали его своим «крашем» (предмет обожания), а вторая половина почему-то захотела видеть его своим личным телохранителем. Получается, в девочках уже с юных лет, где-то на генетическом уровне, заложена мечтательность и некая доля авантюризма. А я то думала, что я одна такая - не от мира сего.

Моя работа и его строительство домиков теперь отнимали большую часть нашей совместной жизни, но вечера мы всегда проводили вместе. Варили ужин, смотрели кино и конечно гуляли по Питеру.

Питер уже стал готовиться к наступающему Новому году. Улочки принарядились в сверкающие костюмы и разноцветные гирлянды. Дух захватывало от невероятной красоты и блеска.

Находясь здесь, в такой праздничной и волшебной обстановке, и подпитываясь этим предновогодним настроением, ты сам не замечаешь, как начинаешь верить в чудо, верить во что-то хорошее и светлое, которое вот-вот выглянет из-за циферблата новогодних курантов.

– Арина, – Стас обнимает меня прямо посреди улицы, – а давай придумаем себе традицию отмечать новый год тридцатого декабря? Пообещаем себе, что в этот день мы всегда будем только вдвоем. Новый год – это семейный праздник за большим столом, в кругу родных и близких, а вот тридцатое декабря будет только нашим днем. Согласна?

– Конечно согласна. Отличная идея. Проведем этот день дома?

– Нет. – Стас хитро улыбается. – Это будет мой маленький сюрприз. Скоро всё сама узнаешь.

– Так нечестно, – стучу его легонько кулаком по пальто. – Я же теперь сгорю от любопытства.

– Знаю, поэтому и сказал заранее, – он расплывается в довольной улыбке.

– Ах, вот ты как? – пытаюсь сделать сердитое лицо, а Стаса это еще сильнее раззадоривает. – Тогда я объявляю бойкот на поцелуи до наступления нашего дня, – договариваю и показываю ему язык.

Как дети ведем себя.

– Ах, так?

Он крепко обнимает меня и нагибается ко мне все ближе и ближе. Его аромат окутывает меня, и я сама не замечаю, как тянусь к нему навстречу. Когда остаются какие-то миллиметры до нашего поцелуя, я слышу его слова:

– А как же бойкот?

– Я переношу его на завтрашний день, – только успеваю ответить, как тут же ощущаю очередной самый нежный и мягкий поцелуй. Отрываюсь от его губ и добавляю: – А может и на неделю перенесу, еще подумаю.

Стас улыбается и, как бы между делом, говорит: