Мой милый Лучик

7(1 часть)

— Он такой очаровательный, когда улыбается, ты бы знала, — рассказывала Катя подруге о очередном парне, который решил завязать с ней дружеские взаимоотношения. Парень буквально подписывает себе смертный приговор.
— Как же тот брюнет, который водил тебя в кафе? — перемешивая тесто для пончиков, зажав плечом телефон, спросила девушка.
— Костя? Он слишком нудный. Собственник. Недавно приходил ко мне с букетом. Представляешь?
— Как же это могло случиться? Катюша удивляется подаренным цветам.
— Опять ты ехидничаешь, — выдохнула та в трубку, пытаясь выдавить наигранные всхлипы.
— Правильно, поплачь. Писять меньше будешь.
— Отстань, — бросила та и что-то с грохотом упало.
— Едрить мадрить, Кеша!
Кеша это её большой пушистый серый кот, который своим хвостом может уронить не только кружку со стола, но и Эверест на несколько сантиметров с места сдвинуть.
Мира засмеялась, подходя к окну. Уже смеркалось. Под окном была компания ребят, которые что-то бурно обсуждали. Где-то взвыла машина и заиграла песня.
— Ты здесь вообще?
— А? Да.
— Он мой стеллаж опрокинул, гадина.
Взгляд упал на мотоцикл. Он был спортивный и явно профессиональный. На нём сидел широкоплечий парень и смотрел прямо на её окна. По коже побежал холодок. Снова. Она не ощущала этого уже очень давно. Девушка замерла на мгновение и проглотила огромный ком.
— Я тебе немного позже перезвоню, — нервно, с небольшими остановками сказала Мира, двигаясь к шкафу.
Набросив зипку, девушка резво сбежала по лестнице, не дожидаясь лифта. Сердце бешено стучало, а воздуха категорически не хватало.
Как только дверь позади скрипнула и громко ударилась об раму, мотоцикл дико взревел и уехал.
— Вот чёрт, — прошептала та, чувствуя наростающую слабость.
Совсем рядом стояли парни, что-то громко обсуждая. До этих разговоров не было дела, она подошла чисто за сигаретой. Один из них, тот самый, которые рассказывал, сильно жестикулируя, окинул её взглядом и протянул пачку, при этом громко цокнув языком, а другой, в свою очередь, дал зажигалку. Затянувшись, девушка отошла от них и села на бетонных ступеньках, наслаждаясь вечерней прохладой. Думая над тем, стоит ли ей подходить на счёт неизвестного на байке. Потом всё же отмахнулась от этой мысли и выдохнула облако едкого дыма, наблюдая за тем как он развеивается.

— Лучик, — сквозь призму времени доносился нежный до дрожи знакомый и любимый голос из прошлого.
На глазах сверкали слёзы.

«Я ведь с ним тогда даже не попрощалась. Я помню всё до мелочей, каждую нашу прогулку, разговор, каждое его прикосновение. Поцелуи. Иногда хочется всё бросить и уйти к нему, чёрт побери».

Здесь, вдали от дома очень часто боль и воспоминания накрывали её с новой силой. Выбросив окурок в урну, она пошла по дорожке, уводящей в темноту. Хотелось исчезнуть ото всюду и чтобы никто не вспоминал. Остывший воздух щипал кожу, но ей было всё равно.
Где-то в дали послышался рёв мотора. Улыбнувшись, девушка шла дальше. Улицы практически опустели, значит уже совсем поздно.
Купаясь в свете фонарей, Мира напевала незамысловатую мелодию.
Позади послышались чьи-то шаги. Тело оковал страх. Мирослава оцепенела, готовясь наносить удар.
Позади послышался не громких вздох, после которого она уловила нотки знакомого парфюма, в перемешку с лимонными леденцами. Кожа покрылась мурашками и она обернулась.
Голубые глаза прожигали её, а чёрные волосы, разметавшись в полнейшем хаосе то и дело закрывали их. Выглядел мужчина не опрятно и совсем несвойственно для себя. Они оглядывали друг друга пока Мира медленно продумывала план как и куда можно уйти.
— Что вы тут делаете? — спросила девушка, отступая на несколько шагов.
— Тот же вопрос крутится у меня на кончике языка, уважаемая.
Алексей оставался на месте, продолжая смотреть на неё.
— Ну я прогуливаюсь, — ответила она, а тот в свою очередь обвёл её с ног до головы и хмыкнул.
— Разгуливать в пижаме с мороженым по ночному городу давно стало модно? Видимо отстаю от трендов.

Одним движением он поднёс руку к лицу и прощурился.

— Двенадцать ночи, насколько я знаю, общежитие может вас принять только до одиннадцати. И где планируете провести эту ночь?
«Вот чёрт».
— На счёт моды, это дело такое, знаете ли, своеобразное. Один идиот скажет, другой повторит, а третий подумает, что это здорово.
Развернулась к нему девушка, сдувая с лица выбившуюся из-под уха прядь. Она пыталась выглядеть настолько это возможно увереннее.
— Умопомрачительно. Васильева, вы сумасшедшая.

— Я и обидеться могу, — перекатывалась с пятки на носок девушка, а на губах была глупая ухмылка.

— На обиженных воду возят. Это я так, к слову.
Голубые глаза сверкали ехидством.
— Идём.
Тот махнул головой в сторону.
— Куда? — не понимая спросила девушка.
— В лес. Заведу тебя к маньякам. Оставлю на произвол судьбы. Повезёт — будет щекотно.
— Что вы несёте?
— Счастье. Мирослава, идём. Общежитие уже закрыто.
— И куда мы пойдём, боюсь спросить?
Она слегка наклонила голову, недоверчиво глядя ему в спину. Какой же он всё таки был огромный. Возникало ощущение, будто из зала он не выходил вовсе.
— Могу тебя оставить здесь, лавочек полно.
— Вы хотите сказать, что вы притянете меня к себе домой?
Он ничего не ответ, лишь пошёл вперёд. Оглянувшись по сторонам, девушка всё же побежала за ним, ступая на носочках.

Писк будильника. Она распахнула глаза и негромко вскрикнула, прикрывая рот рукой.
Белоснежные стены, на которых висели полки, заполненные книгами и виниловыми пластинками, а кое-где лежали кассеты. Шкаф и большая кровать. Девушка осторожно, прикрывшись одеялом подкралась к краю и взглянула на пол, где на сброшенной вчера ею одеждой мирно спал пёс. Окна были завешаны, а в воздухе витал аромат утренней свежести и мужского одеколона.
«Что, чёрт побери, произошло, пока я спала?»
Набросив на себя одеяло, она поползла к двери. Распахнув её, слух сразу взбудоражила мелодия какого-то вальса.
«Своеобразно, ну да ладно.»
Откуда-то доносился звук льющейся воды, а профессора нигде не было видно. Пройдя немного дальше, Мира заметила два тоста с авокадо, две яичницы и какао на двоих.
— Доброе утро, — раздался неожиданно приятный голос позади. Мирослава лениво оглянулась и нервно сглотнула. Перед ней стоял Алексей Игоревич. Практически в чём мать родила. Всё что немного отличало его от того периода рост, возраст, да и полотенце, болтающееся на талии, прикрывающее наготу. Он выглядел просто невероятно привлекательно.
— Доброе, уважаемый преподаватель, — не отводя взгляда от него, проговорила девушка.
— Я завтрак приготовил. Садись кушай, или можешь пока в душ сходить. Делай что хочешь, в общем. А я сейчас вернусь.
И ушёл, оставив о себе лишь в напоминание шлейф от геля для душа.
Рука сама по себе потянулась к тосту и девушка начала его быстро пережёвывать, по пути в душ.
В воздухе всё ещё витал аромат шампуня и геля для душа, в перемешку с пеной для бритья.
Девушка подошла к зеркалу, оглядывая себя. Тряхнув волосами, она сбросила с себя одеяло, которое всё это время было на ней и стала под струи горячей воды.
Выйдя из комнаты, по привычке закрутившись в полотенце, она пробежала в спальню и упёрлась в грудь мужчине, который стоял в проходе с охапкой вещей. Тот обвёл девушку взглядом, присвистнул, отдал рубашку и ушёл.
Девушка надела джинсы и одну из них и вышла. Откуда-то донеслись голоса из какого-то фильма. Алексей Игоревич сидел перед планшетом, держа в руке чашку свежего кофе, внимательно смотря кинокартину.
— Спасибо за рубашку, — негромко сказала та, усаживаясь рядом.
— Не за что, — улыбнулся тот, поедая завтрак.