Мой милый Лучик

5(2)

Я неторопливо сняла обёртку, всё ещё одетая в верхнюю одежду. Снять этот пуховик казалось чем-то непосильным, или мне было просто интересно наблюдать за его реакцией. В тот момент он выглядел слегка удивлённым, что не могло не забавлять. Ухмыльнувшись, я уселась на диван, едва не придавив картину. Опрянув, я взглянула на неё. Надкусанный сырок застыл вместе с рукой. Это было волшебно. Девушка стояла на балконе, купаясь в лучах рассвета.
— Это ты нарисовал? — зачарованно спросила я, на что тот ответил кивком и с каким-то слабо скрываемым сожалением взглянул на холст, который был прямо перед нами.
— Лёша, это потрясающе.
— Спасибо, — коротко поблагодарил меня тот, уходя в более дальние комнаты.
В помещении становилось невероятно душно и я наконец сняла верхнюю одежду, доедая свой сырок.
Как я поняла, он пишет. Картины потрясающие, но какого-то чёрта пылятся в углу. Помимо этого, я подметила одну важную деталь библиотека. Не прям огромная, но стеллаж, до верху заполненный книгами растопил моё сердце, которое в одночасье стало поглощать строку за строкой, страницу за страницей какой-то из них. Это было что-то вроде фантастики. Девушку изгнали из селения из-за вида ведьмы, которой она, к слову и оказалась. Тася, так звали главную героиню, занималась травничеством и из своих гербариев настенных варила лечебные масла, настойки и прочую дребедень. Позже её нашёл некий Ибрагим, который заплутал в лесу, по случаю охоты, да и не был малец дураком, постучался тот в избушку, где, к слову, жила наша ведьма. Они пили чай, о чём-то говорили, позже уложила она путника спать, а сама ушла в свободное плавание ночное. Пляски плясала и песни напевала...
Дальше я не дочитала, не заметила как усталость склеила веки и я провалилась в сон.
Проснулась я уже, когда было на улице темно. Плед медленно сполз с моих плеч, но я его быстро накинула обратно, а сама я была не на кресле, а в кровати.
Выйдя из комнаты, я зажмурилась от яркого света. Играла негромкая музыка, кажется какой-то распавшейся музыкальной группы, вкусно пахло кофе и свежей выпечкой.
— Ты проснулась! — выглянул Лёша, который по-видимому снова рисовал.
Я лишь кивнула. Ничего ответить толком не могла, мысли плыли, а ноги с трудом удерживали меня, поэтому пришлось сесть.
— Кушать будешь?
От этих слов у меня заурчал живот, словно понимая их смысл и мужчина ухмыльнулся, глядя на меня.
— Понято, принято.
Спустя немного времени передо мной стоял пирог, а в руках оказалась кружка чая. Неспеша поедая угощения, я приглядывала за рабочим процессом Алексея, который словно не замечая меня, или пытался делать вид, что это так, дёргающейся рукой с кистью, вырисовывая новые штрихи. Это не могло не завораживать. С каждым новым касанием к поверхности появлялась неотъемлемая деталь нового произведение, без которого оно бы не могло существовать. Одна ошибка и будет всего два выхода: принять это, либо же перечеркнуть, выкинув эту картину.
Когда он обернулся за кружкой, стоящей на столешнице, слегка позади него, наши взгляды пересеклись. Лёша закрыл губы, допивая залпом оставшийся напиток, а у меня на лице появилось некое подобие улыбки.
В какой-то степени меня немного раздражает момент, что я не помню многого из своего прошлого. Ладно, буду честна, в первую очередь сама с собой, я не помню ничего до того самого часа, когда очнулась в реанимации. Какого чёрта меня туда занесло? Чем я занималась раньше? Кем я была до этого? Кто этот человек, сидящий за рисованием и откуда я его знаю? Много вопросов, мало ответов. Да их вообще нет. Запустив пальцы в растрёпанные волосы, я слегка их натянула, пока не ощутила лёгкую боль, которая смогла привести меня в чувство.
Схватив книгу, которая лежала на прошлом месте, я ушла в укромный уголок и утонула в книжных строках, отвлекаясь от всего, в первую очередь от навязчивых вопросов.
На следующее утро я распахнула глаза в той же комнате, что и прошлый раз. При пробивающиеся свете, я смогла немного лучше её разглядеть: минимальное количество мебели, кровать, небольшой шкаф и стол, стоящий рядом с окном. Не густо, но очень уютно. Рядом со мной спала Джесси. Собака свернувшись комочком лежала на прикроватном коврике, не реагируя ни на что. Я потянулась и пошла готовить завтрак.
Лёши уже не было дома. Царила гробовая тишина. Было хорошо-хорошо. Витал аромат яичницы и мятного чая.
Я уже собиралась садиться за скромный завтрак, как из-под стола вынырнула проворная лохматая голова, глядящая на меня хитрющими глазами. Это не могло не забавлять. Почесав за ухом, я лениво побрела к шкафам, в поисках корма.
На одном лежали тёплые вещи, на другом какой-то хлам, на третьем подушки и одеяла, почему их всё ещё не выкинули вопрос острый, а в четвёртом два шлема. Один целый, другой видно, что после удара. Аккуратно я достала оба и уложила на столешницу. Первый чёрный с красными разводами, вычищенный до блеска я его отложила, схватив соседний. Чисто чёрный с буквой «М». Визора не было, а левая сторона словно проехалась по асфальту. Не представляю, что испытывал человек сидящий в тот момент на мотоцикле, что чувствовал во время падения и что с ним сейчас. Надеюсь он более осмотрителен.
Я быстро спрятала из на прежнее место и пошла искать корм дальше, который был в шкафчике совсем рядом с лежанкой. Насыпав до отметки пошла приводить себя в порядок, как вдруг раздаётся звонок домашнего телефона.
Едва не запутавшись в ногах, я подбегаю к нему и принимаю вызов.
— Доброе утро, спящая красавица, — раздаётся на том конце провода приятный до дрожи знакомый голос.
— Доброе утро, — тихо отвечаю я, наблюдая за тем как Джесси утаскивает домашние тапочки своего хозяина.
— Ты не сильно занята?
— Нет, а что?
— Сейчас тебе нужно будет приехать в университет написать заявление на академический отпуск. Или ты будешь ходить на па...
— На пары? В университет? — я перебиваю его, пытаясь переварить поступившую информацию. — Я училась в университете?
— Да и достаточно не плохо.
— Я в шоке. Когда нужно приехать?
— Через час будет удобно? Я вызову такси и встречу тебя уже около здания, сейчас лекция начинается.
— Отлично, — пыталась переосмыслить то, что он мне сказал. — Лёша, ты ездишь на мотоцикле?
Минутное молчание. Возможно ему не очень приятно об этом говорить, потому что начинает отвечать тот размыто, подбирая нужные слова.
— Да, бывает, — замешкавшись отвечает он. — Поговорим на счёт этого вечером.
— Ладно, не буду тебя отвлекать.
Хоть я его сейчас не вижу, но уверена, что уголки его губ дрогнули.
Послышались гудки и я оставила трубку на аппарате. Когда оклималась, то вспомнила, что нужно собираться.
Набрав каких-то чистых вещей, я побежала в ванную, откуда так же скоро и выбежала.
Оставалось ещё тридцать пять минут на то, чтобы полностью себя собрать и уже спуститься и ждать таксиста. И как на зло всё шло не по плану. То рубашка не подходила под эти брюки, то брюки под настроение. Один образ получался слишком строгий, другой слишком не официальный.
На нервах, я открыла шкаф с вещами Алексея, взяла белую рубашку, завязала галстук и надела те самые брюки на которые уже пропал настрой, но позже появился.
Джесси всё это время с интересом наблюдала за этим всем, иногда шагая следом за мной.
— Хорошая девочка, — потрепала её по голове и убежала искать шарф, который хотела закрутить вокруг головы.
— Я убежала, — предупредила я собаку, которая сидела перед дверью и смотрела настолько печальным взглядом, что можно было постараться впихнуть её в сумку, чтобы захватить с собой, — Обещаю, когда вернусь мы с тобой обязательно погуляем.
Моя голова появилась в дверном проёме так же неожиданно как и пропала из него. Как оказалось, за этим всем внимательно следила женщина, которая поднималась на верхний этаж.
— Добрый день.
— Здравствуйте, — та окинула меня осуждающим взглядом и скрылась.
Автомобиль подъехал в ту же минуту, когда я стала у подъезда. И мы поехали.