Мой муж. Ты счастлив без меня?

Глава 6.

Я шла по знакомой улице, на ходу поправляя куртку, когда Мишка в очередной раз позвал меня: «Мам, смотри, снежинка!». Мы остановились на тротуаре, чтобы полюбоваться ей, а в голове всё равно крутились мысли, тяжёлые и запутанные. Всё как-то не шло на лад.

Мы шли медленно, Мишка что-то весело рассказывал, но я его почти не слушала, хотя и пыталась улыбаться. Зачем-то всё ещё надеялась, что, возможно, этот день будет чуть легче, чем вчера. Но едва мы подошли к нашему дому, как я вдруг услышала, как кто-то окликнул меня.

- Кира!

Я повернулась и застыла на месте. Это была она. Женщина, которую я не видела с того самого дня, когда Артём ушёл. Мама Артёма. Лариса Николаевна. Долгие годы не общались, и всё, что связывало нас - только трагедия. С момента похорон Артёма я не знала, что стало с ней, да и не думала об этом. Она, вероятно, тоже решила не искать встречи.

Но вот сейчас она стояла передо мной, скромно одетая, с какой-то растерянностью в глазах. Легкая, почти незаметная морщина на её лбу слегка дрожала, когда она пыталась меня разглядеть. Я почувствовала, как у меня подкосились ноги. Что я должна сказать? Как она воспримет меня?

Мишка, словно прочитав мои мысли, прижался ко мне, а я крепко держала его за руку.

- О, Кира... - сказала она, её голос был тихим, но в нём не было осуждения. «Тихий голос Ларисы всегда был таким, как будто она всё знала, но никогда не решалась сказать», - подумала я.

- Здравствуйте, Лариса Николаевна, - сказала я, немного неуверенно. Мне было некомфортно, но в её присутствии я ощущала какой-то странный холод. Что сказать? Как продолжить разговор?

Она оглядела Мишку, и её глаза немного помрачнели. Я почувствовала её взгляд на нём - он был настойчивый, сосредоточенный, почти мучительный. Но она ничего не сказала. Просто стояла и молчала.

- Как ты? - наконец, спросила она, но я заметила, что её взгляд всё не отрывался от Мишки.

- Всё хорошо, - я пыталась говорить как можно спокойнее, но ощущение тяжести в груди не уходило. В её присутствии я всегда чувствовала, что её переживания для неё важнее моих. В такие моменты я стала понимать, насколько тяжело людям пережить утрату, когда потеря касается не только их, но и тех, кто рядом.

- Страдаешь? - продолжила Лариса Николаевна, и её глаза всё не отпускали сына.

Я кивнула, чувствуя, как от её слов внутри всё сжалось. Я подумала о том, как она тяжело переживала потерю Артёма. И ведь мы обе с ней потеряли его. Но когда её глаза вдруг ещё больше сфокусировались на Мишке, я почувствовала, что что-то странное происходит. Я знала, что она не догадывается, что это её внук. Но что ей нужно? Почему она так пристально смотрит на Мишку?

- А как вы? - наконец я вырвалась из туманного состояния и поинтересовалась.

- Как вы? - повторила она, и в её голосе всё же был вопрос. И, несмотря на всё, что мы пережили, она продолжала смотреть на моего сына, и я всё больше понимала, что её глаза не видят его таким, каким он есть.

Мишка немного отступил, но продолжал смотреть на неё с любопытством. Я невольно покосилась на Ларису Николаевну и сдержала вдох, чтобы не выдать собственные чувства. Мы снова молчали.

- Ты ведь не обижаешься на меня? - неожиданно спросила она, и в её голосе я уловила нечто новое, то, что я никогда не слышала раньше. Слова были как будто неуверенные, но с каким-то странным, скрытым смыслом, которого мне трудно было уловить.

- Нет, не обижаюсь, - сказала я, и, несмотря на все мои сомнения, почувствовала, как, возможно, это начало быть правдой.

Мишка в этот момент нервно поправил рюкзак и посмотрел на меня. Его взгляд был полон недоумения. Он явно не понимал, кто эта женщина, но знал, что мама напряжена.

- Пойдем, - сказала я сыну, скользнув взглядом на Ларису Николаевну, которая всё ещё не отрывала глаз от Мишки.

Я повернулась и почти автоматически сделала несколько шагов, а затем остановилась, прислушиваясь к себе. Нет. Я не могла просто уйти.

- Я часто думаю о тебе, - раздался её голос позади.

Мишка продолжал держать мою руку, держа её немного крепче, чем обычно. Он тоже, видимо, ощущал напряжение в воздухе, но не понимал, почему мама так странно замерла.

- Лариса Николаевна, - я всё же решилась заговорить, хоть и голос мой звучал чуть нервно. - Что вы хотите от меня?

Лариса Николаевна выглядела немного смущенной, её глаза не отрывались от моего сына, а затем она сделала шаг ко мне. Это было так странно - она смотрела на меня не как на бывшую невестку, а как-то по-другому. Как будто что-то пыталась понять.