Мой муж. Ты счастлив без меня?

Глава 10.

Меня вызвал начальник. Голос у него был деловой, как всегда, но с каким-то напряжением.

- Кира, вы поедете сегодня к нашему новому партнёру. Переговоры важные, нам нужен человек, который умеет держаться и думает быстро. Вам справиться. Адрес я скину. Встреча в три.

Я кивнула, хотя сердце заныло. Я привыкла к неожиданностям на работе, но сегодня с самого утра всё шло как-то странно. Это ощущение не отпускало. Я отвела Мишу в школу, стараясь не выдать своей тревоги, потом пришла в офис, но весь день всё было будто в тумане.

Такси подвезло меня к стеклянному бизнес-центру, и я поправила волосы в отражении дверей. Сердце почему-то колотилось, как перед экзаменом. Я сделала глубокий вдох и вошла внутрь.

Офис партнёров оказался на шестнадцатом этаже. Секретарь провела меня в переговорную. Там уже сидел он.

Я застыла на месте, забыв, как дышать, думать и существовать.

В ту секунду казалось, что мне уже тысячу лет, настолько отчетливо я почувствовала пробирающую боль в костях.

Он сидел в белой рубашке, на рукаве - часы, которые когда-то были у Артёма. Волосы стали чуть короче, подбородок порос лёгкой небритостью.

Глаза…

Эти глаза я не могла перепутать никогда.

Но что-то было не так. Он говорил по-другому. Чуть иначе держался. Но лицо… голос... руки...

У меня у самой начали дрожать пальцы и пришлось спрятать руки за спину, чтобы скрыть, насколько я ошарашена.

Новый партнер… как это возможно?

Я села напротив, ощущая, как по спине ползёт холод. Он поднял глаза, кивнул мне с лёгкой вежливой улыбкой, как абсолютно чужой человек.

- Рад знакомству. Я Дмитрий Савельев. - Он протянул руку. - Давайте обсудим ваше предложение.

Дмитрий. Не Артём. Дмитрий.

Я пожала ему руку, скрывая, как сжалось всё внутри. Она была тёплая, знакомая. Как в прошлой жизни.

За секунду этого нейтрального касания, все внутри меня сотню раз перевернулось и сжалось. Наверное, я выглядела странно, потому что не могла отвести взгляд.

Настолько похож…

- Кира Смирнова, - представилась я. - Спасибо, что нашли для нас время.

Мы говорили минут двадцать. Я не слышала половину того, что сама произносила. В голове была каша. Я смотрела на него и пыталась понять: возможно ли, чтобы человек так изменился?

Он вел себя отстранённо, профессионально, но не проявлял ни малейшего намёка на узнавание. Ни взгляда, ни дрожи в голосе, ни секундного замешательства.

Но когда он встал, чтобы проводить меня до лифта, его рука чуть-чуть коснулась моей, и он, словно на долю секунды, задержал взгляд.

- У вас… необычное имя, - сказал он тихо. - Где-то я его уже слышал.

- Возможно, - ответила я, стараясь держаться. - Имя не редкое.

Он кивнул, но глаза его стали задумчивыми.

Когда двери лифта закрылись, я едва не разрыдалась. Это был он. Я чувствовала каждой клеточкой. Но почему он меня не узнал? Почему живёт под другим именем?

И почему моё сердце, после стольких лет боли и одиночества, снова забилось так, как раньше?

Я вышла из лифта, всё ещё оглушённая этой странной встречей. Колени дрожали, как после ледяной ванны, и ладони всё ещё горели от рукопожатия. Я хотела выйти на улицу, вдохнуть свежий воздух, привести мысли в порядок, но не успела пройти и нескольких шагов, как столкнулась с кем-то в холле.

- Простите, - пробормотала я, автоматически поднимая глаза.

Передо мной стояла молодая женщина в элегантном сером пальто. Высокая, стройная, с аккуратно собранными в пучок светлыми волосами. Я сразу узнала её - дочь Ирины Николаевны. Мы встречались однажды, мельком, на каком-то городском мероприятии, когда я ещё работала в другом офисе. Тогда она смотрела на меня свысока, почти с презрением. А теперь…

Наши взгляды встретились на долю секунды. Её глаза округлились, и она тут же отвела взгляд. Сделала шаг в сторону, как будто меня там вовсе не было. Лицо стало холодным, отрешённым.

Я осталась стоять. Она прошла мимо, высоко подняв подбородок, будто я была пылью на полу. Но я заметила, как дёрнулась её рука, сжимающая ремешок сумки. Она нервничала. Почему?

Что она делает здесь? Работает? Или… она знала, что я приду?

Я резко повернулась, глядя ей вслед. Она исчезла за поворотом, даже не обернувшись.

Ощущение тревоги подкатывало к горлу. Как будто все мои недавние сомнения и страхи снова сплелись в ту тугую нить, которую я только начала распутывать.

Что, если Артём - или Дмитрий, как он теперь себя называет - не просто сменил имя? Что, если он действительно ничего не помнит? А может, наоборот - помнит всё, но притворяется?

И как связана с этим дочь Ирины Николаевны?

Я вышла на улицу, вдохнула холодный воздух и достала телефон. Руки дрожали. Хотелось кому-то позвонить. Ленке, маме, хоть кому. Спросить: что делать? как с этим жить? Но, если по-честному, никто не мог дать мне ответа.