Мой муж. Ты счастлив без меня?

Глава 12.

Артём действительно меня не узнал. С каждым его взглядом, каждым спокойным, отстранённым движением я всё больше убеждалась в этом.

Не было ни тени узнавания в его глазах, ни напряжённого вопроса, ни случайного замешательства. Он смотрел на меня, как на незнакомую женщину, работающую в офисе, в котором у него деловые переговоры.

Когда он появился у нас - уверенный, собранный, в тёмно-синем пальто, которое подчёркивало его плечи, с аккуратным портфелем и лёгкой полуулыбкой - сердце у меня сжалось. Я будто снова проваливалась в прошлое. Но быстро заставила взять себя в руки. Я не имела права на слабость. Не здесь. Не сейчас.

Он поздоровался вежливо, кивнул в мою сторону, даже не задержав взгляд. Я стала для него тенью, не более. И, как ни странно, это больно. Не оттого, что он не узнал - а оттого, что я узнала слишком хорошо.

Секретарь проводила его в кабинет начальника. Они беседовали больше получаса. Я пыталась сосредоточиться на таблице в Excel, но глаза то и дело скользили к двери.

Рядом сидела Лена, что-то шептала себе под нос, а я ловила обрывки своих мыслей, как нитки, которые всё время рвались.

Наконец, Артём вышел. Его лицо оставалось спокойным, собранным, взгляд сосредоточенным. Он бросил короткий взгляд в сторону моего стола, будто просто отметил, кто здесь работает, и прошёл мимо.

Но к Ирине Николаевне он подошёл. Тихо, без суеты. Она тут же отложила бумаги и поднялась ему навстречу. Я не слышала, о чём они говорили - слишком далеко, да и в кабинете начальника снова что-то началось, привлекая внимание.

Но я заметила, как её лицо сначала чуть напряглось, а потом стало по-особенному мягким. Она несколько раз кивнула, а он говорил, слегка наклонившись к ней. Он улыбался. Почти по-настоящему.

А я сидела за столом и чувствовала, как у меня под кожей загорается ледяной огонь. Что он делает здесь? Почему пришёл именно к ней? О чём они говорят? И - самое главное - откуда она его знает?

Ирина Николаевна не взглянула в мою сторону. Она как будто специально избегала моего взгляда.

А когда Артём ушёл, я ещё долго не могла прийти в себя. Только сейчас поняла: я не просто столкнулась с прошлым. Оно пришло ко мне в офис. И сидит за соседним столом.

А в голове всё отчётливей звучала одна мысль:

Что, если она всё это время знала, что он жив?

Вечером, когда Миша уснул, забравшись с ногами под одеяло и прижав к себе любимого мягкого зайца, я осторожно прикрыла дверь в его комнату и вернулась в гостиную.

Свет там был приглушённый, тёплый, в чашке остывал недопитый чай, а на коленях лежал плед, который я машинально теребила пальцами, будто в поиске опоры.

Думать о чём-то другом не получалось. В голове был только он - Артём. Мой муж. Живой. Чужой. Привычный и неузнаваемый одновременно.

Я снова и снова прокручивала в памяти его лицо. Те же глаза. Та же линия подбородка. Та же манера поднимать бровь, когда он сосредоточен. Но при этом - никакого узнавания, никакого напряжения в голосе. Только вежливая отстранённость, будто я для него - просто сотрудница компании-партнёра.

Я закрыла глаза, в который раз спрашивая себя: почему он молчит?
Почему не подошёл? Почему ничего не сказал?

И тут мысль, как вспышка, резанула меня изнутри.

Дочь Ирины Николаевны.

Я резко выпрямилась на диване, плед соскользнул на пол.

- Что она делала в офисе Артёма? - прошептала я себе.

Я видела её, это была не ошибка. Та же походка, тот же надменный поворот головы. Она отвернулась, сделала вид, что не знает меня. Но что, чёрт возьми, она делала в здании, где находился офис Артёма?

Она ведь не работает там. По крайней мере, я ни разу не слышала от Ирины Николаевны, что её дочь занимается бизнесом. А уж тем более - сотрудничает с их компанией.

Это была не случайность. Это связь.

Может быть, она и есть та самая «нить» между Ириной Николаевной и Артёмом?

Может, именно через дочь она всё это время держала контакт с ним?

От этой догадки у меня перехватило дыхание. Всё начинало складываться в картинку, хотя пока и неясную, как мозаика, где не хватает половины фрагментов. Но я уже чувствовала - я близко.

Очень близко.

Я встала, подошла к окну. За стеклом начиналась ночь. Мокрый асфальт блестел в свете фонарей, редкие прохожие прятали лица в воротники.

Там, где-то за этими улицами, был Артём. Мой Артём. Живой. И скрывающий правду.

Почему? Почему он молчит? Почему прячется? И кто ещё знает об этом, кроме меня?

Я прижала ладони к стеклу, будто могла нащупать в темноте ответ.

Завтра… завтра я не просто пойду на работу. Завтра я начну искать правду. И если она окажется такой, какой я её боюсь…

Что же. Я справлюсь. Я должна. Ради себя. Ради Миши. Ради тех лет, что я жила во лжи.

И где-то в груди, под всем этим страхом и болью, зажглась искра. Искра решимости.