Мой муж. Ты счастлив без меня?

Глава 17.

На часах было почти четыре. Я собиралась уже уходить пораньше, как и посоветовала Ирина Николаевна, когда зазвонил телефон. На экране - «Мама». Я сразу сняла трубку, голос у нее был уставший, но спокойный.

- Кира, пришёл доктор. Мишка ещё горячий, но уже не такой вялый. Он выписал лекарства и сказал, что неделю точно нужно посидеть дома. Лёгкая вирусная инфекция. Температура, горло красное.

- Хорошо, мама. Спасибо тебе большое! - я почувствовала, как будто кто-то положил руку на плечо - с заботой и теплом. - Я уже выхожу. Скоро буду.

Я выключила компьютер, накинула пальто и, не оборачиваясь, прошла мимо столов коллег. Ирина Николаевна разговаривала с кем-то у кофемашины, я кивнула ей, и она ответила почти незаметной улыбкой.

На улице всё так же пахло сырой весной и чем-то неуловимым. Воздух был плотным, как будто собирался дождь, но не мог решиться. Идти было тяжело, мысли путались. Всё, что я узнала сегодня, - о работе, о возможных изменениях, - смешивалось с тревогой за сына, и неразрешённой внутренней болью, имя которой - Артём. Или Дмитрий.

Когда я подошла к дому, в подъезде столкнулась с новой соседкой. Высокая, статная, с короткими светлыми волосами, и удивительно спокойным взглядом.

- Добрый вечер, - вежливо кивнула она.

- Добрый, - ответила я и машинально спросила: - Вы недавно переехали?

- Да, буквально на выходных. Я - Влада. А вы, кажется, с седьмого этажа?

- Да. Кира.

Мы обменялись лёгкими улыбками. Что-то в ней настораживало - не злобой, не холодом, нет. Скорее, внимательностью. Я ловила себя на мысли, что чувствую себя под пристальным взглядом, даже когда мы уже разошлись по своим этажам. Странно. Может, просто усталость.

Мама встретила меня у двери.

- Всё в порядке, он спит. Я ему поставила свечку, как доктор сказал, и дала сироп. Поел немного - даже просил бульон с вермишелькой.

Я прошла в комнату и села рядом с кроватью. Мишка дышал ровно, щёчки порозовели, но лоб всё ещё был тёплый. Я гладила его по волосам, слушала, как он сопит, и чувствовала, как внутри немного отпускает.

Пока мама собиралась уходить, я решила всё же спросить:

- Мам, а тебе не показалась странной та женщина внизу? Влада. Новая соседка.

- Я её ещё не видела. Но ты посмотри, Кир, может просто человек спокойный. Не каждый день же к нам кто-то переезжает. Хотя, - она вдруг замялась, - мне показалось, что кто-то утром стоял возле нашего подъезда и словно наблюдал. Я подумала, может почтальон, но… странно было.

Я насторожилась.

- Серьёзно?

- Ну, может, показалось. Ты же знаешь меня.

Мы расстались, и я ещё долго сидела в тишине, напротив спящего Миши. Устала, но сон не приходил.

И тут - тихий стук в дверь, два раза. Еле слышно, будто кто-то не решался. Я подошла, не включая свет в прихожей. Заглянула в глазок - никого. Только на коврике перед дверью лежал маленький серый конверт.

Я подняла его дрожащими руками. Ни имени, ни обратного адреса. Только одна надпись на тонкой бумаге:

"Ты видела, но не всё поняла. Продолжай искать. Твоё прошлое рядом"

Сердце застучало где-то в горле. Внутри меня холодно потянуло - будто дуновение из старой, давно забытой двери.

Утро наступило, словно и не было той странной записки у двери. Только сны были беспокойными, будто кто-то всё время стоял у моей кровати и шептал на ухо слова, которых я не могла разобрать. Проснулась в холодном поту, но рядом тихонько сопел Миша, и я заставила себя улыбнуться - ради него.

Через пару дней, когда Мишка уже начал идти на поправку, и даже снова начал просить «сок в кружке с мишкой», я встретила Владу у подъезда. Она как раз выходила с пакетом мусора и, увидев меня, тепло улыбнулась.

- Доброе утро, Кира.

- Доброе, - ответила я и вдруг поймала себя на неожиданном желании поговорить с ней. - Как вы устроились?

- Почти всё разобрала. Остались только книги, и пара картин. У меня с этим всегда долго, - она легко засмеялась, - пытаюсь понять, где им будет лучше.

Я кивнула, а потом, почти не думая, сказала:

- А хотите чаю? У меня дома немного пирога осталось. Домашний, мамин. Мальчик мой болел, и она весь холодильник едой заставила.

- С удовольствием! Если не помешаю.

- Вы будете первой, кто не считает, что с ребёнком дома - это повод для изоляции от мира, - с усмешкой ответила я.

На кухне у нас было тепло и уютно. Миша, увидев новую гостью, немного застеснялся, но потом показал ей свою коллекцию машинок, и даже разрешил потрогать «гоночную». Это у него признак высшей степени доверия.

Влада оказалась удивительно лёгким человеком. Мы разговаривали обо всём - от ремонта до книг, от любимых фильмов до того, как сложно иногда быть одной. И только однажды, в её взгляде мелькнуло что-то похожее на знание. Словно она видела больше, чем говорила.