Мой муж - жестокое чудовище

4

Его слова бьют под дых похлеще любого удара. Перед глазами все плывет, а в ушах начинает звенеть. Ребенка? Он хочет... О господи. Меня начинает мутить – то ли от страха, то ли от отвращения. Или от всего сразу.

Пытаюсь отодвинуться, вжаться в постель, будто она может меня защитить, но его рука все так же властно лежит на моем животе. Горячая, тяжелая – как печать, которой метят скот.

– Нет... – шепчу я пересохшими губами, – Нет-нет-нет...

Сердце колотится где-то в горле. Я пытаюсь думать, но мысли разбегаются как тараканы. Ребенок. От этого чудовища с красными глазами. В этом чужом теле, которое я даже не знаю, как получила. Это какой-то кошмар. Это просто не может быть правдой.

– Нет? – его голос звучит обманчиво спокойно, но эти красные глаза смотрят так, что кровь стынет в жилах. – Считаешь, можешь мне отказать?

Я смотрю на него, не в силах отвести взгляд, как кролик на удава. Его рука все еще лежит на моем животе – горячая, тяжелая. И до меня вдруг доходит простая и жуткая мысль: меня никто не собирается спрашивать. Ни о чем. Для него мое мнение ничего не значит.

– Послушай, – мой голос звучит хрипло, будто я наглоталась песка. – Я не знаю, кто ты такой. Пожалуйста, давай это обсудим.

Его пальцы впиваются в кожу живота сильнее, почти до боли. Он наклоняется ниже, упирая вторую руку в постель возле моей головы. Теперь его лицо так близко, что я вижу, как в глубине этих алых глаз пляшут злые искры. Он смотрит на меня с такой обжигающей ненавистью, что хочется зажмуриться.

– Этот фокус больше не пройдет.

В его словах столько яда, что становится ясно – что бы ни случилось между ним и настоящей Альяной, это было что-то серьезное. И теперь я, застрявшая в ее теле, буду расплачиваться за ее грехи.

– Это не фокус, – упираюсь руками в его грудь, пытаясь создать хоть какое-то расстояние между нами. – Я правда не знаю...

Он резко выдыхает, и его рука с живота скользит выше. Не успеваю среагировать, как он грубо хватает меня, не сводя пронзительного взгляда с моего лица, словно изучая каждую эмоцию.

И эмоции были – непрошеные, чужие, пугающие. Тело реагирует по-своему, против моей воли, против моего разума, и от этого становится только страшнее. Хватаюсь за его руку, пытаясь оттолкнуть, но он только ухмыляется, глядя мне в глаза.

– Что такое, Альяна? Знакомое ощущение?

Его слова для меня – пустой звук. Я не понимаю, о чем он говорит, не знаю, что значит эта издевательская ухмылка. Продолжаю бороться с его хваткой, но он только сильнее стискивает пальцы на навершии груди.

Тело пронзает острым ощущением, от которого перехватывает дыхание. Поднимаю на него растерянный взгляд и вижу, как его губы растягиваются в довольной усмешке.

– Все еще нравится?

В его голосе звучит что-то темное, опасное. Я в панике осознаю: это тело помнит его, помнит его прикосновения. И эта мысль пугает меня больше всего.

– Не нравится! – вырывается у меня хриплый крик. – Не трогай! Убери руки!

Но он не слушает, и тело предательски реагирует на его действия. Сердце колотится так быстро, что кажется, вот-вот выскочит из груди. Мысли путаются.

– Ты снова врешь, – его усмешка пугает больше, чем гнев. Он ложится сверху, опираясь на локоть. На миг накрывает паника – его тело настолько массивное, что кажется, раздавит меня. Но он удерживает свой вес. – Вынуждаешь меня.

Его рука скользит ниже, и я вцепляюсь в нее, пытаясь остановить.

– Прошу, не надо, – цежу сквозь зубы, чувствуя, как паника накрывает с головой. – Я не знаю, кто вы такой!! Отпустите!!

В ответ он только хмыкает и наклоняется к моему уху. Его шепот заставляет все внутри содрогнуться:

– Я тебе напомню.

То, что происходит дальше, заставляет меня потерять контроль над телом. Оно реагирует против моей воли, против разума, против всего, что я считаю правильным.

Что не так с этим телом?!

– Я убью тебя, – рычу сквозь стиснутые зубы, жмурясь. – Убью, слышишь?

Его рука замирает. Он отстраняется, и когда я открываю глаза, то вижу его ледяной взгляд. В нем снова та обжигающая ненависть, от которой внутри все холодеет. Это отрезвляет лучше любых слов.