Мой... на всё лето!

2

Теперь, когда Никита без очков, я вижу, что его радужки лазурно-голубые словно море. Но тут же фыркаю — эти глазёнки не заслуживают благородного сравнения.

– Лерусь, давай без этого, – он опускает стекло ниже и подаётся в мою сторону всем телом. – Ты же официанточка, я прав? Твоя задача — просто кивать и улыбаться. Моя — решать. И я сейчас решаю: цепи — вниз.

– Сними свою корону, барин-Ярин. За поворотом есть прекрасная парковка. Уверена, что даже ты без навигатора найдёшь.

Его друг сдерживает нервный смех. Никита стискивает руль и резко расправляет плечи.

– Понятно, – говорит он, чуть растягивая слово. – Чего ты хочешь, капризуля? Ты ведь кокетничаешь со мной, да? Узнала кто́ я, и пытаешься запомниться. Хочешь совет? Это всё делается по-другому: расстёгиваешь пару верхних пуговиц, облизываешь губы, наклоняешься вперёд...

Не дав договорить, влепляю ему звонкую пощёчину.

Из-за его плеча тянется удивлённое и вместе с тем восторженное: «Ооо». Никита замирает на секунду, а затем медленно и шумно втягивает носом воздух.

– Ну ладно, Лера Журавлёва, – произносит он, подчёркивая голосом и взглядом, что не просто так загрузил в свой маленький ленивый мажорский мозг мою фамилию. – Сегодня у меня нет времени с тобой возиться. Но скоро тут и так всё полностью изменится. От этой забегаловки ни камня не останется, уж это я тебе могу пообещать.

– А это обещание или угроза?

– Факт. – Никита отрезает раздражённо.

Обернувшись, Ярин машет рукой остальным внедорожникам из своей свиты. Все три машины синхронно отъезжают, освобождая наконец дорогу жёлтому грузовичку.

Я выдыхаю и стираю со лба пот, — денёк сегодня выдался ужасно жаркий. Снимаю цепь, пропускаю грузовик. Затем сама же принимаю лёд и лимоны по накладной.

Когда возвращаюсь с "добычей" в подсобку, из тени выныривает моя тётя с полотенцем на плече. Маленькая, крепкая, всегда активная. Что этой женщине за со́рок — выдают только заметные морщинки вокруг глаз.

– Уехали негодники там, наконец? – спрашивает тётя Лида с явным облегчением.

– Да, но пришлось подискутировать...

Я не решаюсь сказать ей, что дискуссия закончилась пощёчиной. Она, конечно, знает мой характер, но всё равно расстроится и будет нервничать.

Вместо этого выкладываю другую плохую новость:

– Это сам Ярин был. Не старший. Его сын. Но тоже намекал, что всё снесут...

– Ох, ясно. Вот богатенький паршивец! Хотя красивый ведь, зараза, — не отнять.

– Ну, красота не достижение, тёть Лид, – бурчу, пристраивая поудобнее коробки. – Да и не повод парковаться в неположенных местах.

– То правда, – тётя улыбается, но не надолго. – Ты аккуратнее с ним, Лерочка, когда опять приедет. Ладно? Сюда и так проверки зачастили... А вдруг и правда нас прикроют?

Она сжимает полотенце до побелевших костяшек, и взгляд её тёплых карих глаз становится затравленным. Это кафе и я — вот всё, что у неё есть ценного на этом свете.

– Но мы ведь ничего не нарушаем, – я стараюсь не показывать тревогу. – За что нас закрывать?

– Так если всё будут сносить...

Внезапно тётю обрывает шум из зала, — похоже, посетителей становится всё больше. Нам нужно приниматься за работу. Но я отчасти рада, что мы обе можем переключиться и не продолжать разговор о том, что напрягает не только нас — всех жителей района этим летом.

Вместе с тётей Лидой приступаю к своим рутинным обязанностям. Приношу напитки двум туристкам в одинаковых шляпах. Уговариваю тётю снова впустить мальчика с собакой, которая на той неделе размотала по всему залу рулон салфеток как серпантин. Роняю поднос и разливаю перед барной стойкой газировку.

Я постоянно чем-то занята, но всё равно ловлю себя на мысли, что то и дело вспоминаю утреннюю перепалку с Яриным. И думаю о том, что мне не сойдёт с рук эта пощёчина...

Ещё с весны по городку ходят пугающие слухи, что его отец — известный столичный застройщик Олег Ярин — хочет навести на нашей набережной свои порядки. И для этого ему нужно сравнять тут всё с землёй... Не только мой любимый дикий пляж, куда привыкли ходить местные, где уютно, нет толпы и туристического мусора. Но и прибрежную часть города — район, где мы живём и работаем.

Парк развлечений “Горизонт” с современной инфраструктурой, аквапарком и колесом обозрения — звучит красиво. Но требует уж слишком много места. Больше, чем этот городок способен предложить без ущерба для себя и своих жителей.

Но самое обидное, что ничего с этим нельзя поделать. У Ярина ведь столько денег, что наверное весь город может выкупить и не заметит. Тётя всегда говорила “у кого монетки — тот и прав”. Правда, речь обычно шла о посетителях кафе… Но сейчас я понимаю её как никогда.