Мой начальник исчезает в полнолуние

Глава 1

Мира

Объявление было приклеено скотчем к автобусной остановке — косо, второпях, один угол уже кто-то оторвал. Я прочитала его на ходу, не останавливаясь. Потом остановилась. Вернулась. Перечитала.

Хостес. Опыт в сфере гостеприимства приветствуется. Гибкий график. Ночной клуб «Аркана».

И зарплата. Такая цифра, что я достала телефон и сфотографировала листок — мало ли, вдруг показалось. Не показалось.

Хостес — это встречать гостей, провожать к столикам, улыбаться. Три года на кассе супермаркета меня кое-чему научили. Улыбаться я умею даже когда очень не хочу, даже когда покупатель кладёт на ленту тридцать семь одинаковых йогуртов и смотрит на тебя так, будто ты лично виновата в ценах. Работа в ночном клубе — не то о чём я мечтала, зато совмещается со сменами в кафе и не требует диплома с нужной строчкой.

Я позвонила в восемь вечера. Мужской голос — короткий, равнодушный — сказал: приходите сегодня, смотрим до полуночи, адрес в объявлении. И отключился, даже не попрощавшись. Очень вежливо.

Я посмотрела на свои джинсы. На футболку с дыркой у воротника, которую я утром залепила телесным пластырем изнутри — мамина хитрость, работает безотказно. Потом снова посмотрела на цифру в объявлении.

Переоделась в единственную приличную блузку — синюю, немного мятую — и поехала.

«Аркана» снаружи выглядела так, что у меня сразу возникло нехорошее подозрение насчёт того, что именно я упустила в объявлении. Чёрный фасад без единой вывески, только маленькая металлическая пластина с названием у входа — такая скромная, что её можно было принять за табличку с номером квартиры, если бы не охранник в три обхвата который смотрел на меня с таким выражением, будто я перепутала адрес. Машины вдоль тротуара стояли такие, что моя месячная зарплата не покрыла бы колёса ни одной из них.

Охранник всё-таки пропустил. Видимо решил что если я и перепутала адрес, то это уже мои проблемы.

Внутри было темно и пахло дорогими духами — и ещё чем-то, что я не смогла назвать. Тяжёлым, сладковатым, как будто кто-то сжигал что-то дорогое и ненужное. Меня встретила женщина в узкой приёмной с зеркалом во всю стену — белый жакет, волосы убраны, улыбка профессиональная и совершенно пустая. Такая улыбка не предполагает ответной, она просто существует как часть интерьера.

— Вы по объявлению?

— Да. На хостес.

— Подождите здесь, пожалуйста.

Она вышла. Я осталась с зеркалом. В нём я выглядела бледнее и немного меньше ростом, чем в жизни. Блузка была мятой. Я подёргала её за подол — не помогло, конечно. Никогда не помогает, но я каждый раз пробую.

Минут через десять женщина вернулась и кивнула следовать за ней.

Мы прошли в зал. Низкий потолок, почти нет света, столики с кожаными диванами, барная стойка вдоль стены. Всё дорогое, всё правильное. Я уже почти выдохнула — и тут увидела сцену. Небольшую, у дальней стены. С шестом посередине.

Я остановилась.

— Хостес у нас, — произнесла женщина с такой интонацией, будто объясняла очевидное, — это несколько иначе, чем вы, возможно, привыкли понимать.

— Да, я заметила.

— Базовая ставка плюс чаевые. Чаевые здесь очень хорошие, клиенты щедрые.

— Охотно верю.

— Мы всему обучим, если нет опыта.

Я посмотрела на неё. Потом на шест. Потом снова на неё.

— Простите, а вы серьёзно? — я сказала это совершенно спокойно, без агрессии, просто потому что искренне хотела уточнить. — Вы посмотрели на меня, прочитали в моих глазах «да, я приехала сюда танцевать на шесте для незнакомых мужчин» и решили что мы на одной волне?

Женщина не изменилась в лице. Профессионал.

— Это легальная работа с официальным оформлением—

— Я не сомневаюсь что это легально. Я сомневаюсь что это имеет ко мне какое-то отношение. — Я подхватила сумку. — В объявлении было написано «хостес». Я понимаю хостес как встречать гостей и провожать к столикам, а не как — вот это всё. Если вы имели в виду другое, стоило написать другое.

— Многие девушки находят эту работу—

— Прекрасно для многих девушек, — перебила я. — Правда. Но я — нет. Спасибо за время.

Она сделала пометку в планшете. Аккуратно, методично — как будто вычеркнула меня из списка ещё до того, как я договорила. Я развернулась и пошла к выходу.

Вот именно здесь — между барной стойкой и зеркалом в коридоре — кожа между лопатками вдруг стала тёплой. Не тревожно. Хуже. Тяжело и сосредоточенно, как будто кто-то смотрел так пристально, что это чувствовалось физически. Я не обернулась. Некогда оборачиваться когда уходишь с достоинством — оборачиваться это уже почти отступление.

Толкнула дверь. Ещё одну.

На улице был тёплый воздух и шум машин, и фонарь на углу мигал с методичностью метронома — раз, два, три, пауза, раз, два, три. Я достала телефон, открыла галерею, нашла фото объявления. Смотрела на цифру секунд десять, наверное.

Потом удалила.

Автобус пришёл через семь минут. Я села у окна, положила сумку на колени, и смотрела как «Аркана» уплывает назад — чёрный фасад, пластина с названием, охранник у входа, который так и стоял с видом человека которому всё равно.

На следующей остановке вошла женщина с огромным букетом белых пионов — поставила его на соседнее сиденье, и цветы пахли так сильно, что я невольно отвернулась к окну. Подумала о маме. Подумала о счётах. Не подумала о том, кто смотрел мне вслед — или почти не подумала, что, в общем-то, не одно и то же.

Адриан

Она уходила так, будто ей было абсолютно всё равно.

Я наблюдал с балкона второго уровня — место, откуда виден весь зал и коридор до самого выхода. Обычно я сидел здесь не для того чтобы следить за тем как Диана проводит отбор. Сегодня было скучно.

Девушка в синей блузке и джинсах. Светлая коса. Зашла — и сразу стало понятно что она не отсюда. Не в плохом смысле. Просто другой мир, другой воздух, она держала сумку так, как держат вещи которые покупали не для красоты а потому что нужно.