Мой наглый отчим

Глава 1

- Восемнадцать лет бывает раз в жизни, - вывалила по телефону подруге эту великую мудрость и достала чемодан из багажника такси. - Дача в нашем распоряжении на все выходные! И я уже здесь!

- Ура. А отчим твой где, кстати, не там? - спросила Катька. - Ты его после развода не видела?

- Не-а. И слава богу!

Такси скрылось за поворотом, оставив меня наедине с двухэтажным домом, пьянящим запахом сосен и... абсолютной свободой!

Мама до сентября в Милане - ура ее новому итальянскому "другу".

В планах у нас - бассейн до рассвета, барбекю у озера, танцы под звездами...

И пусть восемнадцать мне стукнуло еще вчера.

Но зажигать будем в пятницу.

И оторвемся так, что услышат даже наши внуки!

- Прямо сейчас занырну искупнуться и...- я не договорила.

За домом на берегу раздался плеск. Мощный, ритмичный, как будто кто-то серьезно тренировался на скорость - выплыть и напугать.

- Я перезвоню, - сказала Катьке. Сбросила вызов.

Из-за деревьев вышла к озеру.

И мир сузился до одного шокирующего, абсурдного кадра.

Он.

Алекс Романов.

Мой бывший отчим.

Человек, чей развод с мамой прошел тише крадущейся мимо кота мыши и дороже, чем годовой бюджет университета, в который я поступила на днях. Человек, который раздражал меня сильнее жужащего над ухом ночами комара, человек, чья наглость, самоуверенность и цинизм давно вышли за все допустимые берега.

Мы не виделись больше месяца.

А сейчас - бах!

Этот мужчина здесь.

На нашей даче.

Совершенно голый.

Как Адам до грехопадения.

Увидела его - и замерла с открытым ртом.

Отчим выходит из воды с видом владельца не только озера, но и, кажется, всех окрестных лесов. Вода стекает по широким татуированным плечам, которые могли бы рекламировать спортзалы. По груди, заросшей темными волосами, по рельефу пресса, который ведет вниз… прямо к густой чёрной растительности и торчащему оттуда...

- О господи! - ахнула.

Подняла глаза к его лицу.

Ну и наглость.

Ни тени смущения в темном взгляде, лишь насмешливое - "да, детка, вот такой большой у меня прибор, я горжусь".

- Какого черта? - машинально шагнула навстречу и тут же попятилась обратно. - Ты что тут делаешь?

- Очевидно, купаюсь, - Алекс усмехнулся и ладонью небрежно вытер мокрое лицо. - Водица как парное молоко.

Его голос, низкий и бархатистый, как хороший коньяк, которым, судя по всему, он и завтракал. И он даже не попытался прикрыться хотя бы листом кувшинки!

Серые глаза, холодные и оценивающие, будто я счет в дорогом ресторане, медленно, с ног до головы меня окинули.

- Очень интересно, - сложила руки на груди, машинально закрываясь. Я в обтягивающей маечке перед этим тигром стою и дрожу. - Вообще-то, мы с друзьями тут будем праздновать мой день рождения. Мама сказала, что дача в моем полном распоряжении и...ты не хочешь прикрыться?!

- Мама, - отозвался он мягко, неторопливо: - вероятно, она перегрелась под итальянским солнцем, - с тихим плеском Алекс полностью вышел из озера. - У меня в пентхаусе ремонт. И по брачному договору эта дача до конца лета моя. Поэтому, - он шагнул на меня. - Давай, Олеся. Длинными стройными ножками цок-цок - и за ворота.

- Э-э-э, чего? - до глубины души поразилась. - За ворота? Я уже гостей пригласила! Я не могу отменить вечеринку. Почему я должна...

Он приблизился еще и я осеклась.

Ох-хо-хо.

Он так смотрит, будто это я перед ним голая.

Просто взглядом ест.

- Так, - инстинктивно отступила и спиной уперлась в шероховатый ствол берёзы. Запах озера смешался с его собственным - слабым ароматом морского одеколона. Я выдохнула: - Я никуда не поеду.

- Ладно, - отчим подступил так близко, что я в деталях смогла рассмотреть новую черную татушку-паука в блестящих каплях воды на его предплечье. Широкой ладонью он провел по волосам, разбрызгивая на меня воду: - Оставайся. Но про вечеринки забудь. Место здесь спокойное. И я люблю тишину.

- Да какого дьявола, - сердце в груди заколотилось, как арабский скакун. Я смущена его голым видом, его близостью. Я злюсь от его наглости. - Ты не можешь запретить мне устроить праздник. Если тебе что-то не нравится...господи, это неприлично! Иди... оденься!

- Приличия у каждого свои, - Алекс голову наклонил. Взглядом скользнул по моей шее к ключицам. Протянул руку. И я застыла, дышать перестала. Он медленно стянул с ветки возле моей головы чёрное махровое полотенце и усмехнулся. - Стеснение - пережиток. Или… страх? Позволить себе больше, - его голос стал тише, опаснее. - Расслабься, Олеська. Я не злой. Обычно. - Пауза. Весила тонну. - Если меня не провоцировать.

- Да никто и не собирался, - пробормотала и в сторону сдвинулась, стараясь смотреть только на его левую бровь.

Только туда.

Игнорируя мощную линию мужских бедер.

И дубину между ног у него.

Ну что так сложно накинуть хотя бы трусы?!

Вон же полотенце - в руках у него.

- Мы можем как-то договориться, - с трудом собрала мозги в кучу. - Мои друзья останутся только на выходные, в понедельник с утра нас уже здесь не будет. И ты можешь на эти дни поехать в город...

- В город я не собирался и не поеду, - Алекс развернулся, демонстрируя спину - идеальную, влажную, загорелую.

Каждая мышца казалась выточенной. А ниже...

Твою ж бабушку, Олеся, не смотри туда!

Крепкие, подтянутые ягодицы.

Представила невольно, как в них впиваются острые ногти...

- Такси твое еще не успело уехать далеко, - сказал отчим, вытерев лицо. И так и не оделся. Босиком по травке лениво двинулся к дому. И совсем уже грубо бросил: - С восемнадцатилетием, крошка моя. Но давай-ка все отменяй. Поезжай домой.

- Щас! - воздухом подавилась. - Ау, Алекс, я здесь хозяйка! - крикнула его татуированной спине.

Звучит смешно, когда он тут голый разгуливает, проклятый владелец всего сущего.