Мой нахальный ангел

Глава 23

Теона

«Ты сейчас правильная или живая?». В который раз перечитываю послание, оставленное Остапом на моём последнем рисунке, и негодую. Когда только успел написать свой провокационный вопрос, ведь был один в комнате всего минуты две, пока я бегала в ванну. И как же он любит ковыряться в душевных болячках. Ему всегда нужно докопаться до самой сути и лишь после этого его внутренний перфекционист, или кто там у него сидит, успокаивается.

Где он вообще нашёл этот метод — находить себя через рисунок? Я рисовала цветы. Много разных цветов. А он смотрел и говорил: «не верю». Цветам не верит? Что он там пытался всё время рассмотреть? Я хотя бы старалась, а Остап вообще какие-то кляксы наделал и счастливый ушёл, оставив меня с кучей вопросов. Я справилась с заданием? Что он увидел в моих цветах? Чем первые были так ужасны? Миллион вопросов, а ответов нет и не будет, потому что Остап не отвечает на мои вопросы.

Но, на самом деле, общение с Остапом мне здорово помогает. Я становлюсь с ним прежней собой, той, которой была до встречи с Артуром. Когда радовалась каждому дню и видела прекрасное вокруг, когда Ника была лучшим другом и главным хранителем моих тайн. Когда я могла обо всем разговаривать с родителями вечерами напролет и не бояться их осуждения. И самое главное — когда музыка была важной частью моей жизни.

Остап подтолкнул меня вернуться к учёбе. Оказывается это нелегко, возвращаться в прежнее русло после долгого отсутствия — тяжело. Мне было вдвойне трудно, потому что, все мои «подружки» уже были осведомлены о моём расставании с Артуром. Он уже появлялся с новой пассией.

Особо «добрые» уже поторопились мне рассказать какая эта девчонка классная и шикарная, и как же Артуру с ней повезло, при этом смотря на мою реакцию. Все оставались разочарованными. Я улыбаясь говорила: «рада за него», а про себя молилась, чтобы он так был увлечен этой девчонкой, что обо мне и не вспоминал никогда. Уверена, что «подружки» уже донесли ему о моём возвращении, и то, что он ещё не объявился, как расценивать — не знаю. Хотелось бы верить, что Артур потерял ко мне всякий интерес.

Но если нет, то его тоже ждёт разочарование. Больше я не та Теона, которая смотрела на него с придыханием. Общение с Остапом меняет меня. Не знаю есть ли во мне тот самый пресловутый стержень, чтобы быть сильной и стойкой, верной себе. Но свои границы отстаивать я учусь каждый день. Мой ангел, так я называю Остапа, не только копается в моих мозгах, но и учит стоять за себя.

Под руководством Остапа я сменила имидж, ничего сверх креативного: никаких красных прядей или пирсинга, к глубочайшему сожалению парня. Новая стрижка и цвет волос сделали меня ярче, футболки с интересными надписями — креативнее, а множество ярких вещей раскрашивают мой мир.

Удивительно, но мне нравится, хотя раньше всё было в лаконичном и сдержанном стиле. Новая я приобрела живой румянец на щеках и блеск в глазах. Все изменения в себе замечаю, записывая в личный дневник, иногда даже делаю селфи.

Растеряв всех своих «подруг» — окунулась в учёбу. Оказывается я так много всего пропустила пока купалась в «любви», что буду ещё долго нагонять. Но сдаваться вот так, в начале возврата к своей мечте, я не готова.

Поставив на пол картину, которую подписал Остап, к своим остальным, направилась к пианино. Это мой ритуал: каждый день я сажусь напротив инструмента, открываю крышку и глажу клавиши. Сначала мне было неприятно и даже страшно, спина покрывалась противными холодными мурашками. Да, их вызывало моё подсознание, которое мне кричало: «ты слабая, ты не сможешь, ты променяла свою мечту на парня». Каждый раз я одергивала руку и торопилась уйти.

Этот ритуал я проводила каждый день, и на сегодняшний момент, уже могу играть. Пока просто играю банальный «собачий вальс» и без зрителей, но это уже что-то. Или просто я пытаюсь так подбодрить саму себя.

Сижу у пианино несколько часов и внушаю себе, что смогу. Я буду вновь играть и очень скоро. Музыка у меня в крови, она течет по венам, просто я забыла, как переносить её на клавиши. Как сделать так, чтобы струны не просто звучали, а передавали всё то, что есть у меня внутри. Но я вспомню, обязательно. И тогда, уже никому не позволю вновь меня сломать.

Сижу у пианино несколько часов и внушаю себе, что смогу. Я буду вновь играть и очень скоро. Музыка у меня в крови, она течет по венам, просто я забыла, как переносить её на инструмент. Как сделать так, чтобы струны не просто звучали, а передавали всё то, что есть у меня внутри.

Но я вспомню, обязательно. И тогда, уже никому не позволю вновь меня сломать.

Когда у меня затекает спина от сидения за пианино, я ухожу спать. Завтра меня ждёт учёба.

Утром Остап ждёт меня напротив дома, облокотившись о капот своей машины. Рядом с ним стоят два стаканчика с ароматным кофе и синнабоны. Он всегда приносит эти булочки. Свежие, только что испеченные и такие вкусные.

Мы завтракаем с ним, сидя в машине, я как всегда вся перемазана кремом. А Остап чистый, словно и не ел ничего. Затем он заводит двигатель своей тачки и мы отъезжаем от дома. В дороге он включает музыку, не только классику, а совершенно разную: блюз, джаз, попсу и рок. Современный и совсем старый, в обработке и оригинал. Подпевает песням, словно знает все их наизусть и заставляет и меня петь вместе с ним.