Мой недоверчивый лжец

Глава 1

– Да что б в тебе только стирали, – зло пожелала я плясавшему по полу медному тазику.

Из рук вслед за ним пытались выскочить еще две медные миски, новенький блестящий котелок, пара металлических ложек с длинными черенками, ведерко с бутыльками и зажатая двумя свободными пальцами тяжеленная тренога. Одной стороной она опиралась на полку, а вторая медленно разжимала пальцы. Тазик дребезжал все мельче и тише и наконец заглох. Я почти нашла, как призвать к порядку и треногу, но тут распахнулась дверь. Холодный ветер ворвался в дом, проник под юбку, огладив голые ноги, подкрепился громким:

– Оливия, тут до тебя!

От неожиданности я вздрогнула, и держащаяся на воззваниях к богам конструкция потеряла равновесие. Тренога выскользнула из онемевших пальцев. Я дернулась ее подхватить и естественно уронила все остальное. Зажмурилась и стиснула зубы, пережидая получившийся концерт.

Тишина после этого показалась звенящей. Я открыла глаза, сдула выбравшуюся на лицо прядку, развернулась, желая многое поведать несвоевременному гостю, и осеклась.

– Здрасте! – выдала, кивнув головой, словно доморощенная сова.

Привычный Марат, чернявый худой мужичок, врущий так же легко, как люди дышат, стоял у стены с мохнатой, похожей на облезлого кота шапкой в руках. А посреди горницы, рассматривая помещение синими, восхищенно горящими глазами, стоял высокий парень… молодой мужчина. Красивый какой-то хищной красотой. Из-под пушистой шапки на плечо змеей выбрались черные до синевы волосы. Узкое, белое лицо с резкими чертами, острый взгляд и все это придавленное каким-то детским восхищением.

– Вот, блаародный из самого Крева пожаловали. Хотят остановиться у тебя, – проблеял растерявший всю уверенность рядом с таким гостем Марат.

– А чегой-то у меня? – опешила я настолько, что забыла о вежливости. – Что ему гостиницы мало?

– Так тама клопы ить, боятся.

– Клопы боятся? – возмущенно хохотнула я. – А у меня их что нету? У меня еще и тараканы, и крысы-мыши. Пусть дует туда!

Нет, клопов у меня, конечно, не было. Не хватало. Но про мышек я не врала. Стоило снегу улечься на постоянной основе, и они косяками поперли во все дома, а усатых защитников у меня не было. К тому же и грызунов я не убивала… жалко. Я их в совочек, и в сарай уносила. Ну не улицу же, в снег? Без еды и укрытия. Из сарая они, правда, быстро обратную дорогу находили. По моим следам, наверное, возвращались.

А блаародный стоял и вертел головой, словно его в детстве из люльки на пол уронили. Даже не возмущался, что для них, вообще-то, несвойственно.

– Чего он вообще тут забыл?! – буркнула я и покинула свой насест. Стоило слезть с табурета, и я невольно прикусила губу. Благородный оказался действительно высоким. Даже я со своим нескромным росточком ему в подбородок дышала. Зато тощим. Я на его фоне совсем уж неприлично пухлой выглядела. Нет, я вполне себе ничего, все при мне, но талия могла бы быть и поуже, а вот на его фоне… мда. Марат наверное и вовсе чувствовал себя собачкой, мелкой шавкой. – Чего, говорю, забыл здесь? – невежливо продолжила расспрос я, обращаясь уже непосредственно к обратившему на меня внимание благородному.

– Здрав-с-т-вуй-те, – медленно, почти по буквам, но зато неимоверно правильно, проговорил мужчина и улыбнулся. Искренне так, ярко.

– Вот те на, он еще и по-нашенски не понимает? – опять повернулась я к Марату, как к более разумному из двух.

– Понимат, но говорит… – и он махнул рукой, показывая, как именно оценивает речь гостя.

– А что ж ты забыл в нашей глуши, милок? – уже с подозрением уставилась я на чужака.

– Гостить, изучать, ждать, – перечислил он все так же старательно.

– Кого ждать?

– Лорд Энтони Брей-уок.

Я задумалась, мрачно сверля взглядом сияющего гостя. Лорда Брейвока я видеть не желала, как и остальных лордов и прочую шелуху. Да и какого ему делать в этой глуши посреди зимы? Нет, имение-то у него неподалеку есть, но оно летнее. Кому надо зимовать в такой глуши? А уж зачем тащить в эту глушь иностранца и вовсе непонятно! Да еще и заставлять его ждать.

– Так я энто, пойду?! – разом всем корпусом указал на дверь Марат.

– Нет. Вот что, уважаемый, как тебя там?..

– Дерек, – спохватился этот захватчик и попытался схватить мою ладонь.

– Э, нет, – спрятала я руки за спиной и еще отошла на шажочек, на всякий случай. – Ты мне тут не думай! Иди как ты в гостиницу. Там есть специальные номера для благородных!

– Про-шю, – как-то даже сжался он. – Там я ходят и кланяться. Я хочу учить вас.

– А что сразу меня? – округлив глаза, сдала я еще назад. – Иди изучай вон деревенских. Найди себе вдову и…

И оборвала глупое мямленье. Навряд ли Дерек имел в виду такое изучение. К тому же… он не врал. Ни в одном слове, что меня несказанно поразило. Нет, было в нем что-то такое, неправильное, словно тонкая фальшь, но она не цеплялась за слова. Возможно, виновато его неумение говорить. Но в остальном Дерек не врал.

Пока я щурила глаза на состроившего невинность чужака, ляпнула дверь. Я только успела выругаться, Марата и след простыл.

– Ла-адно, – прорычала я, возвращая внимание ободрившемуся Дереку. – У тебя как с руками?

Тот недоуменно поднял к лицу ладони и стал рассматривать их со всех сторон. Сильные, кстати руки, жилистые и мозолистые, что странно, а еще покрытые мелкими многочисленными шрамами, словно он в толченом стекле копошился.

– Балда, делать ими что-нибудь умеешь, или только бокал держать?

– Бокал, да! – обрадовался тот.

Я фыркнула весело. Какие руки, тут бы сначала язык поправить.

– Ладно, вон лавка, – указала я на свою кровать. Все равно я с приходом холодов переехала на печь. – Там спать. Вещи есть?

Дерек заоглядывался. Встрепенулся и выскочил из дома.

– В сундук сложишь, – закончила я лязгнувшей двери. И махнув рукой, вернулась к шкафу. Нужно запихать все выпихнутое на место. Уже забыла даже, что достать хотела!