Мой недоверчивый лжец

Глава 4

– Чего расселся, воды принеси, – буркнула я, стоило ему сесть за стол и вновь уставиться на меня смущая. – Нашел картину, любуется он.

Дерек недоуменно дернул бровями, но послушно встал и за ведрами пошел.

Сегодняшний день был хуже вчерашнего. Валилось все из рук так же, но мне при этом было больно это поднимать. Как результат, хлеб подгорел, из супа вышла каша, а зелье пришлось вылить. Я же села на лавку и уронила голову на руки.

Скрипнула дверь, тяжелые шаги прошли мимо, к лавке. Дерек поставил ведра и коромысло и сел рядом, легко погладив по спине.

– Прости. Я мешай?

И так тепло вдруг стало. Так легко. Вся злость, раздражение и желание реветь от бессилия испарились, оставив лишь благодарность.

– Что ты, – приподнялась я и улыбнулась взволнованному мужчине. – Устала вчера сильно. Магическое истощение. Не восстановилась еще, а уже попыталась сварить магсодержащее зелье. Вот и того… надорвалась.

Дерек тоже улыбнулся. Встал, на мгновение подарив приступ острого сожаления. Вот те раз, Оливия, расслабилась. Смотри, привяжешься к лордику-то.

Но Дерек сбегать не собирался, вместо этого весьма ловко закипятил воды и заварил восстанавливающих трав… о которых я сама даже не вспомнила. Выпила зелья ускорения магвостановления, дарящего больше головной боли, чем облегчения, и успокоилась.

– Пей. Хорошо, – пододвинув чашку ко мне ближе, велел он и тут же выглянул в окно, сузив глаза.

– Что, опять посетители? – вздохнула я, быстро смекнув к чему такое поведение, и потянула ближе чашку.

– Я идти. Ты пей.

И он, правда, вышел. С улицы тут же донеслись приглушенные голоса, а еще через минуту вернулся Дерек. Один.

– Спина, мазь, – улыбнулся и выставил на стол мою же баночку с биркой.

– А, дочка трактирщика приходила, – понятливо кивнула я, пальцем отодвинув банку, и глянула в угол, где оставалось всего три полешка. Вздохнула, понимая, что придется идти в сарай, а потом с довольством вспомнила. – Дерек, – протянула почти виновато.

Тот с готовностью улыбнулся, дернув бровями. Вот как может сочетаться то, что я видела ночью и такая милая мордашка?!

– Ты дрова колоть умеешь?

– Да, – пожал тот плечами, и я, словно получила приказ, вскочила с лавки. Охнула от стрельнувшей боли, но привычно вылетела в сени и вернулась с огромным колуном, таща его по полу за ручку.

Дерек поморщился, поднялся и в три шага оказался рядом. Выхватил топор из моих рук и поднял, уложив на плечо.

– Не ломать! – протянул с таким видом, будто это его боевой меч, а я с ним так обращаюсь.

– Ага, тяжелый, – согласно кивнула я и махнула рукой в сторону, где по моим ощущениям находилась куча дров. – Сюда пару охапок принесешь, остальное в поленницу.

Травы помогли. Резерв постепенно восстанавливался, прекратив сверлить голову болью. В котле мерно побулькивало зелье для Дерека, а в баночке уже стояла готовая мазь для трактирщика. Благо хранилась она долго, так что я просто выложила остатки. С улицы доносился мерный стук топора. Обед тоже вышел неплохо. Так что весьма довольная собой, я сняла готовое зелье на стол и села на лавку, с удовлетворением вздохнув и отерев пот со лба рукавом.

Стук топора разбавили неожиданные голоса и смех. Я невольно заинтересовалась, выглянула в окно и едва не крякнула. На моем хлипком, покосившемся заборе гроздью висели деревенские мальчишки и, указывая пальцами, делились друг с другом впечатлениями. Ну да ладно, это картина привычная. Мальчишки часто проверяли друг друга на смелость и приходили во двор, подразниться и получить маленький сглаз. Странным были три девицы постарше, стоявшие чуть дальше на дороге и смотревшие туда же, куда и пацаны.

Любопытство подняло с лавки лучше любых зелий. Я накинула на плечи тулуп и выскользнула из дома. Мальчишки тут же заткнулись и посыпались с забора в снег, где и притворились ветошью. Девицы тоже как-то подозрительно потеряли интерес к моему дому и, резко развернувшись, поплыли по дорожке, словно просто гуляли мимо.

Я поворчала, поминая любопытство, но зашла за угол и тут же их простила. Куча убавилась уже наполовину. Поленница, наоборот, хорошенько подросла. А слева от кучи, собственно и радуя взгляд зевак, мерно махал топором обнаженный до пояса Дерек.

Я застыла, открыв рот и выпучив глаза. Не знай я, что передо мной благородный, не догадалась бы. Подтянутое тело, до того казавшееся тощим, оказалось сухим и мощным. По бледной, блестящей от пота коже змеились, словно морозные узоры, разноразмерные шрамы.

– Ты с ума сошел! – наконец взвилась я. Подлетела ближе, схватила развешенную на дровах бекешу и накинула глупцу на плечи. – Мало мне местных дурачков, бьющихся в лихорадке?! Ну-ка к печи!

– Я работал, – удивленно застыл Дерек, рассматривая меня через плечо. Топор при этом завис в миллиметрах от полена, так и не ударив его.

– Наработал, хватит! Бегом в дом! – рявкнула я, подхватывая оставшиеся вещи и словно утенка подгоняя не мелкого мужчину к дому.

Тот удивленно хмыкнул, расплывшись к какой-то хитрой улыбке, но подчинился. Уже внутри, избавившись от топора и получив свое добро, быстро оделся и вновь вышел из дома. Я успела только состроить конструкцию из десятка ругательств, когда он вернулся уже с дровами. Сгрузил их у печи и, раздевшись привычно сел за столом. Только следил на этот раз не с интересом, а все с тем же проснувшимся хитрым любопытством.