Мой нелюбимый

Глава 7 "Больше чем друг"

Выхожу из подъезда. Настроение на подъёме, никакого намёка не осталось на испорченное утром внезапным визитом бывшего мужа.

Ник стоит у капота машины. Красивый такой: в светлых джинсах и белой рубашке с закатанной до локтей рукавами, а кроссы сияют своей белизной.

Замедляю шаг, чувствуя, как друг разглядывает меня вверх-вниз, хотя я этого и не вижу, ведь на глазах Ника солнцезащитные “авиаторы”.

Да, сегодня я по-особенному хороша. Надела одно из своих лучших платьев – летний сарафан с завышенной талией и открытой спиной, длина юбки выше колен на пятнадцать сантиметров. Волосы собрала на затылке в приличный пучок, накрутила на плойку пару локон, которые волнами спадают на плечи аккурат возле лица. Высокие шпильки жутко неудобные, но сегодня я осознанно выбрала эту обувь, чтобы выглядеть на все сто.

Когда я равняюсь с иномаркой Власова, Ник приспускает очки на переносице.

– Что? – смеясь, выпытываю я.

– Присвистнул бы, но боюсь, поймёшь неправильно, – улыбается в ответ Власов, а затем спешит обогнать машину, чтобы открыть дверцу со стороны пассажира.

Устраиваюсь на сиденье, пристёгиваюсь ремнём безопасности и жду развития событий. По традиции мы с Ником начинаем нашу встречу с дружеских объятий, а иногда – и с поцелуя в щеку. Только вот в чём дело: вчера мы целовались по-настоящему, если можно так сказать. Так что я теперь не знаю, как себя вести с лучшим другом, да и друг ли мне Власов после всего?

Приблизившись, Ник демонстративно втягивает ноздрями аромат моих духов.

– М-м-м… вкусно пахнешь, – заключает друг и шёпотом на ухо: – я бы тебя съел.

От внезапного приступа смущения не знаю, куда себя деть. Щёки горят алым румянцем, а сердце прыгает по всей грудной клетке.

– Да шучу я, Саш. Расслабься, – смеётся Ник и переключает своё внимание на управление авто, – видела бы ты сейчас себя со стороны.

Решаю промолчать, хотя стоило что-то сказать в ответ, попытаться хоть как-то пошутить. Ведь в салоне появляется неловкая пауза, она затягивается, отчего я краснею ещё больше, как мне кажется.

Когда машина подъезжает к загородному гостинично-ресторанному комплексу, где Лена устраивает свой день рождения, я созреваю на откровенный разговор.

– Ник, давай поговорим, – прошу я, дождавшись полной остановки автомобиля.

– Ну давай, – отстегнув ремень безопасности, друг разворачивается корпусом в мою сторону.

Смотрит так пристально, будто в душу заглядывает.

– То, что вчера произошло… надеюсь, никак не повлияет на нашу дружбу? Ты классный, и я очень дорожу нашими отношениями, поэтому хочу откровенно поговорить.

– Это всё, что ты хотела мне сказать?

– Типа того, да, – растерянно пожимаю плечами. – Ты ничего не скажешь в ответ?

– Какого ответа ждёшь от меня ты? – в лоб спрашивает Ник, по выражению лица видно, что Власову не по душе наш разговор.

– Не знаю. Может, скажешь, что всё нормально? Мол, было и было. И мы, как раньше, продолжим общаться, словно ничего и не было?

– А что было, Саш? – с циничной ухмылкой на губах интересуется Власов, отчего я погружаюсь в ступор. Это точно мой лучший друг, Никита Власов?

– Ничего. Проехали, – обиженно поджав губы, я тянусь к ручке на дверце.

Хочу выйти, но Власов в последний момент пресекает мою попытку, перехватив за запястье.

– Пусти, – требую я, а вместо ответа Власов сгребает меня в охапку и прижимает к себе. Крепко-крепко. – Мы проехали. Я всё поняла.

– Ничего ты не поняла. Прости, Саш, я совсем не это хотел сказать, – тихо на ухо произносит Власов.

Замерев, я даже не шевелюсь. Тело будто парализованное. Да и Власов не спешит разжимать кольцо своих сильных рук.

– Ты мне очень-очень нравишься как девушка. Я уже второй год без ума от тебя. Неужели ты ничего не видишь? – спрашивает Ник, но я молчу.

И тогда он совершает резкий манёвр, при котором мы оказываемся лицом к лицу.

Его тыльная сторона ладони тянется к моей скуле. Касается её нежно.

– Я хочу быть больше, чем другом, – продолжает Ник.

– Ничего не говори.

– Я устал молчать, Саша. После твоего развода с бывшим прошёл год. Я долго ждал, когда ты попрощаешься с болью и снова позволишь своему сердцу любить. Неужели тебе не хочется быть счастливой?

– Ник, это…

Власов заставляет замолчать, приложив палец к моим губам.

– Не нужно снова говорить, какой я классный друг и как тебе не хочется портить со мной отношения. Я смотрю на тебя, как мужчина смотрит на женщину. Ты же была замужем и не можешь не замечать этих взглядов, – Ник замолкает, да и я не спешу что-либо говорить.

Дурацкой вышла попытка обсудить вчерашний поцелуй. Лучше бы я молчала до конца своего уезда, а теперь мне настолько неловко, что даже не знаю, как пережить сегодняшний день в одной компании с Никитой.

***

Ник

– Что-то ты без настроения, дружище? – замечает Костян.

Я молчу в ответ, хватаю со столика очередной бокал с крепким пойлом и залпом опрокидываю в себя.

Сашка стоит среди одних девчонок. Самая красивая и желанная. Я весь день глаз не свожу с её роскошной фигуры. Соблазнительные формы женского тела притягивают как магнит.

Сколько раз я представлял, как мы с Сашей целуемся, как трогаем друг друга? И вот когда вчера почти всё это произошло наяву, Сашка решила отморозиться, закрутив свою старую пластинку, мол, какой я классный друг и как она дорожит нашими отношениями.

– Всё понятно, – говорит друг, проследив за моим взглядом. – Слушай, тебе ещё не надоело за ней бегать?

– Не твоё дело, – огрызаюсь, не считая нужным обсуждать любимую девушку.

– Конечно, не моё. Только вот в чём дело, – задумчиво протягивает Костян, – пока ты ждёшь, когда сердце твоей холодной королевы растает, часики тикают. Уже год потерял и что дальше? Сколько ещё нужно времени, чтобы ты понял, что всё зря?

– Не лезь, куда тебя не просят.