Мой (не)любимый магистр. Факультет зоомагии

Глава 1

— Хватит, Фрея! — мама стремительной походкой подошла к письменному столу и отодвинула от меня карту заповедника. — Отложи уже свои бумаги хоть ненадолго! Нас пригласили сегодня на ужин очень важные люди.

— Я не пойду, — отозвалась я, задумчиво покусывая кончик пера. В какой части диплома лучше упомянуть магические коммуникаторы? В практической или там, где рассказываю о методах и инструментах поиска феникса?

— Нет, пойдешь! — в голосе матери прорезалась сталь.

— У меня через два дня начинаются занятия, мама! — я тоже начала заводиться. — Мне нужно составить план дипломной работы, понимаешь? Я ничего не успеваю!

— Успеешь, все успеешь. А сегодняшний ужин пропустить никак нельзя, Фрея. Мы идем к самим Вальтурам.

— Которым именно? — проворчала я. — Этих Вальтуров как грязи.

Фамилия Вальтур действительно являлась одной из самых распространенных в нашем королевстве. Был даже «один» Вальтур у нас в Академии, преподавал на младших курсах. Хвала великому Дожу, что не у меня, иначе мы бы задушили друг друга, клянусь! Мы стали врагами еще в те времена, как я была первокурсницей, а он — выпускником нашей академии. И что его дернуло уйти в преподавательство? Никак варравы попутали!

Вспомнив об этом невыносимом «магистре», меня аж передернуло. Ну ничего, осталось потерпеть год, и, надеюсь, я его больше никогда не увижу.

— Это те самые Вальтуры, которые владеют тремя заповедниками, — теперь голос мамы чуть дрогнул от неприязни, которую она так тщательно скрывала.

— А, эти нувориши, — поняла я. — И что мы там забыли?

— Попытаемся наладить новые связи, — матушка расправила плечи и гордо вздернула подбородок.

Мой взгляд невольно задержался на потрепанном кружеве, украшающим воротник ее блузы. На миг защемило сердце: ей, как никому другому, тяжело дается наше новое положение. Понятное дело, она выходила замуж за представителя знатного аристократического рода, а теперь вынуждена штопать платье вместо того, чтобы купить новое, и при этом на людях держать лицо и доказывать всем, что в семье Уйлдхарт по-прежнему все хорошо.

— Ну а я там зачем? — продолжала упираться я. Диплом сейчас для меня был важнее всего на свете. Да и не любила я все эти светские рауты. — Вы с папой сами справитесь. В налаживании связей.

— Вальтуры ждут и тебя, Фрея. Поэтому будет неприлично, если…

— Скажи, что я заболела, — перебила я. — Слегла с ангиной. Нет, лучше с блуждающей лихорадкой или каменной оспой. В общем, придумай болячку пострашнее и поубедительнее. Тогда они точно не пожалеют о моем отсутствии.

— Может, тебе напомнить, что Вальтуры владеют тем самым заповедником «Инеевые Выси»? — вкрадчиво произнесла мама. — И господин Вальтур пообещал, что сделает тебе туда пропуск для твоей дипломной работы. Но для этого нужно твое присутствие на ужине.

Я закусила губу. Инеевые Выси! Именно там последний раз встречали ледяного феникса. А он сейчас мне нужен был больше жизни! Это было похоже на шантаж, но…

— Ладно, — наконец сдалась я, мысленно застонав. — Пойду на этот проклятый ужин только ради ледяного феникса. Но не жди от меня светских бесед.

— Можешь просто улыбаться, милая. Просто улыбаться, — взгляд мамы подобрел, и она, пританцовывая, переместилась к шкафу. — Я думаю, тебе следует надеть вот это голубое платье. Оно всегда тебе очень шло.

Я подавила вздох. «Всегда» — это громко сказано. Я надевала его всего раз, на тот самый бал дебютанток пару лет назад. Это был худший вечер в моей жизни! Ненавижу танцы и всех этих напыщенных кавалеров. Но ради ледяного феникса я готова помучиться в нем еще раз.

— Да, мама, отличный вариант…

Около семи вечера наша семья въехала в ворота особняка Вальтуров. Экипаж, естественно, был наемный, но мама отчаянно делал вид, что он принадлежит нам. На матушке было ее лучшее платье, фамильное колье и ажурные перчатки с тщательно заштопанной дырочкой между большим и указательным пальцем. Папа же выглядел напряженным и одновременно уставшим и постоянно поправлял свой старенький, но еще хорошо сохранившийся сюртук.

У Вальтуров имелся настоящий дворецкий, такой важный, что казалось, сейчас лопнет от собственной значимости. Он встретил нас у крыльца, помог открыть дверцу экипажа и выйти, а потом повел в дом. Сам особняк я даже не пыталась рассматривать: громадина и громадина с модной нынче лепниной в виде павлинов. Одним словом — кич.

Но на роскошь холла, где мы оказались следом, все же трудно было не обратить внимания. От количества зеркал и золотого блеска просто слепило глаза.

— Поправь волосы, — шикнула на меня мать, пока слуги помогали нам снять верхнюю одежду, — как всегда растрепались.

Я сцепила зубы, проглатывая раздражение, и повернулась к ближайшему зеркалу. Нашла выбившуюся из прически прядь и торопливо засунула ее внутрь, решив, что и так сойдет.

— Добрый вечер, — услышала я уж слишком знакомый мужской голос, а потом в отражении зеркала увидела ЕГО.

Он стоял позади. Мой кошмар во плоти. Самый бесячий человек на свете.

Меня словно ударили под дых. Значит, это все-таки ТОТ САМЫЙ ВАЛЬТУР! Проклятье! Миллионы проклятий! Сто тысяч миллионов проклятий!