Мой несносный врач. Подари мне жизнь!

Глава 12

Василиса

Я проснулась так, будто меня всю ночь били подушкой, наполненной кирпичами. И, кажется, судя по ощущениям в голове — один из кирпичей остался внутри.
Пульс отдавался где-то в висках, а правый глаз подмигивал без моего ведома. Очень романтично. Просто шик. Так и хочется надеть кружевное платье, вывалиться в мир и завести пару социально значимых знакомств. Например, с реаниматологом.

Я встала на ноги и пошатнулась. Всё, как обычно: сначала я, потом равновесие, потом — возможно — кофе.
Зачем-то взглянула в зеркало. О, привет, Золушка после смены на угольной шахте. Глаза — как после недельного запоя, волосы — как будто я с ними дралась, и они победили.

— Светка, ты не видела мою резинку?
— Она в раковине. Вместе с твоей верой в человечество, — буркнула подруга, не отрываясь от ноутбука.

Подруга работала на удалёнке, так что её рабочий день был тогда, когда она соизволила поработать. Везёт…

Я схватила резинку, забрала сумку и на ходу швырнула:

— Я ушла.
— Куда?
— К нему. Я на работу хожу, в отличие от вас, барышня-бездельница!
— Ах ты ж, безнравственная женщина! — закричала Света, но я уже захлопнула за собой дверь.

По пути до Кравцова я морально готовилась к встрече с котом. После недавней «куриной» катастрофы я была уверена, что Барсик при виде меня захочет только одного — моей смерти.
Но всё оказалось куда… хуже.

Я подошла к двери, вставила ключ, который мой начальник выдал мне вчера, толкнула — и замерла.
На кухне кто-то пел. Да не просто пел — с выражением, с придыханием, с вибрато. Что-то из разряда «женский джаз в кофейне на Бруклинском мосту».
А ещё пахло ванилью и выпечкой.
Ну и, конечно, я издалека заприметила идеальную кожу и позавидовала шикарным волосам.

Когда я вошла, из кухни вышла Она.
Высокая. Стройная. Кофточка в обтяжку. Волосы — идеальные. Макияж — утренний, но такой, как будто его делали при участии феи-крестной.
Она остановилась и одарила меня внимательным взглядом с ног до головы. Медленным таким, как в фильмах, где женщинам поют оперные арии.
Я застыла.

— А вы, должно быть, Василиса? — спросила она с улыбкой, вполне себе тёплой, кстати…

— А вы… эм… — я кашлянула. — Вы…
Блин, ну не могу же я спросить: «А вы спали в его постели?»
— Вы… из тех, о ком меня надо предупреждать? Или не надо? Я запуталась, извините…

Господи, ну что я за дура?

Девушка усмехнулась.
— Эм… Я понятия не имею, надо ли вас было предупреждать, но меня лучше знать в лицо. Меня зовут Ярослава.

Что?!

— Кот в спальне, кстати, — добавила она, кивая в сторону коридора. — Там его королевство. Подушки, плед, подоконник, еда — всё как у принца. Только хвостатого.
— Ага… спасибо, — пробормотала я.

— Вы уверены, что справитесь сегодня с работой? — в её голосе звенела язвительность.

— Вы выглядите так, как будто вас уволили, выгнали из дома и обидел кот. Одновременно.

— Всё в порядке, — выдавила я.

— Я всегда так выгляжу, когда не высыпаюсь. Или когда вижу женщин, которых не ждала в чужом доме.

— Ну, не такой уж он и чужой, — сказала она, откровенно развлекаясь.

Я впилась взглядом в чайник. Не потому, что мне хотелось чая. Просто если смотреть на чайник достаточно долго, есть шанс не зареветь.

— Вам налить? — спросила она, и я поняла: у неё ещё и голос как у озвучки дорогого вина.

— Нет, спасибо, — буркнула я. — Я и так напилась...

Она хмыкнула.
— Вы всегда такая… прямая?
— Только с теми, кто стоит босиком там, где я обязана убираться.
— Вы сегодня будете убирать кухню? — она прищурилась.
— Ну, логично же… Я же пришла, — я фыркнула.

Мы стояли напротив друг друга, как два дуэлянта. Если бы у нас были шпаги, мы бы уже сцепились. Или, хотя бы, подрались за последнюю макаронину.

Разговор явно начался не с того…

Я развернулась и пошла в сторону спальни. Проверить кота. Проверить пульс. Проверить свои нервы, наконец.

Барсик мирно спал, развалившись на подушках, как султан в отпуске. Я выдохнула. Всё в порядке. Он дышал. И, судя по мурчанию, даже был рад жизни.
Вот бы мне так.

Когда я вернулась на кухню, Ярослава сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и что-то набирала в телефоне.

— Вам помочь чем-нибудь? — спросила я.
— Я наблюдаю, — сказала она с улыбкой. — Вы, Василиса, — крайне интересный экземпляр.

— Доктор Кравцов много обо мне рассказал? — ехидно уточнила я.
— Достаточно, — пожала плечами она.
— Ну, хотя бы имя назвал. Уже достижение, — пробурчала я. — Хотя… Большего он обо мне не знает.

Она посмотрела на меня с лёгкой насмешкой.
— Думаете, он вас не запомнил?

— Думаю, он может забыть, что кого-то поцеловал, если это не вошло в график.

— А вас он поцеловал? — с притворной невинностью уточнила она.
— Нет. Но это было бы логично. Оказывается, в его доме часто бывают женщины... Прямо коллекция.

— Вы правда думаете, что я одна из его коллекции? — усмехнулась она.
— А что, нет?

Ответа не последовало. Только взгляд — долгий, внимательный, пронизывающий. Я отвела глаза.

Дверь хлопнула.
Мы обе синхронно вздрогнули.

— Эй! — раздался знакомый голос. — Я дома.

Он появился на пороге в своей кожаной куртке, со взъерошенными волосами и глазами цвета северного льда.

— О… — протянула Ярослава, — вот и он.
— Привет, — бросил он.

— Почему у меня такое ощущение, что в воздухе витает напряжение? Что вы не поделили, девочки?

— Спросите у своей… гостьи, — процедила я.
— У моей, кого? — замер Кравцов, переводя взгляд на девушку.

Ярослава фыркнула и прошла мимо него.
— Так, кошак твой в норме, а я пошла. У тебя, дорогой, смена закончилась, а у меня сутки начинаются через двадцать минут! Не скучайте, я погнала, — девушка смачно чмокнула мужчину в щеку, улыбнулась и махнула рукой мне, а потом скрылась за дверью.