Мой новый мир

Глава 1. История одного поэта

Нельзя жить одним вдохновением. Пегас чаще идёт шагом, чем скачет галопом. Весь талант в том, чтобы заставить его идти нужным тебе аллюром.

Флобер Гюстав

Год назад от поэта Эдуарда ушла жена вместе с трёхлетним сынишкой. Просто собрала чемоданы, просто написала прощальную записку и, наконец, просто ушла. Если верить записке, уйти она решила, потому что муж ей изменял. Но не надо думать, что Эдуард изменял своей жене с какой-нибудь фифой. Нет! Эдуард как человек с творческой натурой мог изменять своей жене только с поэзией.

Поэт часто запирался у себя в кабинете на целый день, и даже бывало на целую ночь, выходя лишь для того чтобы выпить очередную чашку горячего чая или крепкого кофе. Все карманы его пиджака были наполнены скомканными бумажками, которые жена называла «мусором», а Эдуард - черновиками. И не дай Бог, если одна из них потеряется или её случайно выкинут.

«Ведь как можно?! Черновик тоже произведение искусства, которое просто его нужно немного доработать», – говорил Эдуард. А вечерние скандалы и вовсе стали семейной традицией. Но для жены эти скандалы были единственным способом поговорить со своим мужем-поэтом. Пускай криком и с элементами битой посуды, но всё-таки какой-никакой разговор по душам.

Всё остальное время Эдуард отсутствовал. Даже когда был рядом, отсутствовал. Это было видно - по задумчивым глазам, по рассеянным жестам, по вопросам и ответам невпопад. Терпение жены хватило только на пару лет совместной жизни, пока она не сказала своё решительное: «С меня хватит!» и не укатила с сыном в родной город.

 С тех пор в квартире 134 проживал только поэт. Хотя… нет, все же не только поэт. Он ведь жил со своим вдохновением, которое заменило ему все на свете! Но вдохновение – это дама ветреная и непостоянная. Вот и она в один прекрасный день бросила своего поэта, тоже собрала свои вещички и укатила в неизвестном для Эдуарда направлении.

  Отсутствие вдохновение Эдуард заметил намного раньше, чем отсутствие жены и сына. А точнее, когда сел за письменный стол и не смог написать ни одной строчки. Он очень долго сидел и смотрел на белый лист бумаги, словно ждал, что стихи появятся на нем сами собой, но они так и не появлялись. Через полчаса изнурительного глядения на девственно чистый лист бумаги, Эдуард наконец встал и начал ходить по комнате из стороны в сторону, пока и это ему не надоело, и он не сел обратно за стол. Такой ритуал повторялось несколько раз, но так и не помог призвать вдохновение. Лист как был, так и оставался белоснежно чистым. Поэта эта белизна страшно бесила.

 После всего этого Эдуард понял окончательно: вдохновение его покинуло. И следующие дни поэт провёл в его поисках. Он искал везде: на книжных полках, в шкафу, даже в письменном  столе, в обычной чашке чая. Ведь так оно на самом деле и бывает: занимаешься спокойно своими делами, а вдохновение подкрадётся сзади и… Хоп! И нахлынет. Как в пятнашки с тобой играет.

  В скором времени Эдуард понял ещё одну вещь: вдохновение в своей квартире ему не найти. И он решил расширить круг поиска. В этот уже  расширенный круг входили все культурные места города: филармонии, театры, выставки и другие места, которые так любила посещать вдохновение. Но и там он ничего не нашёл. За это время Эдуард сто раз пожалел о том, что нельзя подать заявление о пропаже вдохновения. Тогда поэт и решился ещё больше расширить круг - до размеров всего земного шара. Он уже купил билеты и собрал чемодан, как вдруг ему пришла в голову неожиданная мысль: пойти на балкон - попрощаться и в последний раз взглянуть на родной двор.

 И вот он уже стоял на своём балкончике и смотрел. Родной двор. Площадка, дома, деревья, соседи.  Всё такое знакомое, всё такое родное. Старый дом, фонари, арка.

  Грустно вздохнув, он уже хотел уйти, как вдруг заметил неприметную женщину в сером пальто. Она была такой уставшей, замученной и одинокой. И казалась поэту смутно знакомой. Нет, это, конечно же, была не его жена, но всё равно знакомая. Присмотревшись повнимательнее, поэт всё же вспомнил её. Эта дама уже несколько лет жила в доме напротив, но Эдуард никогда не говорил с ней и даже имени не знал. Слишком был занят работой.

   Эдуард продолжал смотреть на даму в сером пальто. Казалось, её жизнь была такой же серой и мрачной, как её пальто,  что поэта от одной мысли передёрнуло. Оно и понятно человек-то как-никак творческий. Всё время нужны новые впечатления.

 И вот дама уже подходит к своему дому, как из двери подъезда выскакивает маленький мальчик со светлыми волосами и лучезарной улыбкой. Он был старше сына Эдуарда, и на вид ему было лет семь или, может быть, восемь. Но это был не ребёнок и даже не человек. Это был ангел. Её ангел. Мальчик подбежал к матери и обнял её. И за одну секунду этого объятия произошло самое настоящее превращение! Та серая уставшая дама куда-то пропала, а на её месте была любящая, счастливая мама, которая крепко обнимала своего любимого сына. А потом она взяла его за руку, и они вместе пошли домой. Два ангела. Два счастливых человека.

  Эдуард ещё долго смотрел им вслед, до тех пор пока дверь их подъезда не закрылась за ними. Он ещё долго стоял на балконе и смотрел, как вечер опускается на их двор и как соседи включают свет в своих квартирах. И только после того, как на улице совсем потемнело, а в соседних домах зажглись все окна, Эдуард вернулся в свою квартиру. Наверное, никто и никогда не узнает, что чувствовал этот человек, и какие мысли крутились в его голове.

 В тот день Эдуард так и не уехал. Он остался дома. И уже ближе к рассвету написал чудесную поэму. Строки снова появлялись на бумаге, складываясь в четверостишия, но теперь они шли не из головы, а из его сердца. Возможно, оно было самым лучшим из всех написанных им за жизнь. Там было написано о матери и её ангеле-сыне, об их неземной любви  друг другу, которую может испытывать только мать к своему ребёнку или наоборот.