Мой очень властный босс

5

Когда спустя два дня на моем телефоне вдруг загорелся экран и раздалась мелодия, я от неожиданности чуть не выронила его. Сердце екнуло, предвкушая очередной гневный звонок от Тамары Петровны. Но номер был незнакомый.

– Алло? – пропищала я, чувствуя, как краснею.

Голос с того конца провода был таким гладким и профессиональным, что на его фоне мой казался мышиным писком.

– Ульяна Русакова? Говорит Ангелина Львовна, администратор господина Ерошина. У нас для вас новость.

Я приготовилась услышать вежливый, но твердый отказ. Возможно, даже извинения за испорченное коньяком резюме.

– Святослав Валерьевич хотел бы провести вторую, более детальную встречу. На ваш электронный адрес выслан пакет документов для ознакомления. Пожалуйста, проверьте.

Открыв почту на подаренном Вероникой ноутбуке, я онемела. Пакет документов состоял из трех файлов. Тестовое задание на знание офисных программ и русского языка. Договор о неразглашении на двадцати страницах. И… «Список личных требований к секретарю».

Я открыла его и почувствовала, как у меня холодеют пальцы. Это не была работа. Это было вступление в секту.

“Полная доступность 24/7. Проживание в апартаментах, предоставляемых работодателем, в смежной с его рабочими помещениями зоне.

Дресс-код: исключительно юбки или платья ниже колена, каблук не менее 5 см. Минимальный макияж, волосы убраны.

Запрещены любые личные, романтические или иные связи с работодателем. Нарушение ведет к немедленному увольнению без выходного пособия.

Беспрекословное выполнение рабочих поручений любой сложности и в любое время суток.

Работодатель оставляет за собой право в одностороннем порядке изменять настоящие правила”.

Это был не контракт. Это было согласие на тотальное порабощение. Он хотел не секретаршу, а робота в юбке, который будет жить в его клетке.

Завибрировал телефон. Вероника.

– Ну что, получила? – без предисловий спросила она.

Я зачитала ей самые шокирующие пункты.

– И что? – в голосе Вероники не было ни капли удивления. – Я же тебя предупреждала. У тебя есть личная жизнь, которую ты боишься потерять? Нет. Зато будет крыша над головой, еда, зарплата, о которой ты можешь только мечтать, и опыт работы с гением. Это честный обмен.

Но она не понимала главного. Я боялась не потерять свободу. Я боялась потерять себя. Свою голову, свое тело, которые с такой предательской готовностью откликались на его прикосновение, на его голос. Я боялась, что однажды ночью это «беспрекословное выполнение поручений» столкнет меня с ним в темноте, и я не смогу сказать «нет», потому что не захочу.

– Слушай, если тебя так пугает, – Вероника, словно прочитав мои мысли, перешла на деловой тон, – у меня есть запасной вариант. В салоне эпиляции, куда я хожу, одна девочка уволилась, клиентов много, не справляются. Нужен администратор. Зарплата скромная, но жить можно. Никаких контрактов о неразглашении.

Это предложение стало глотком воздуха. Оно давало выбор. Настоящий, а не вынужденный.

– Спасибо, Верик, – выдохнула я. – Давай встретимся завтра, обсудим всё.

На следующий день я стояла перед знакомой стеклянной громадиной, но на сей раз чувствовала себя иначе. На мне был элегантный кремовый костюм от Вероники, сидевший как влитой. И в сумке лежала не помятая бумажка, а распечатанные документы. У меня был запасной аэродром. И это делало меня сильнее.

Ангелина Львовна, та самая администратор, встретила меня тем же бесстрастным взглядом.

– Тестовые задания пройдете здесь. У вас есть час.

Я села за компьютер. Тесты по Microsoft Office и грамматике оказались до смешного простыми. Я щелкала задания как орешки, закончив за двадцать минут вместо часа. Ангелина Львовна, взглянув на результаты, впервые подняла брови.

– Восемнадцать из восемнадцати. И рекордная скорость. Поздравляю.

Она протянула мне контракт и ручку.

– Если готовы, подпишите. Господин Ерошин примет вас через пятнадцать минут для краткой беседы.

Меня проводили в ту самую лаунж-зону для ожидания. Теперь она была пуста. И снова меня охватило это противное, предательское чувство – ледяной страх смешивался с горячим, томительным ожиданием.

Я боялась его власти. Боялась контроля, который он так откровенно предлагал. Но где-то в самой глубине, в потаенном уголке души, шевелился темный, постыдный интерес. А что, если подчиниться? Перестать бороться, перестать принимать решения? Отдать всю ответственность ему?

«Взбодрись! – строго сказала я себе. – Это работа. Всего лишь работа».

Я мысленно пролистала контракт, стараясь сосредоточиться на деталях. И снова наткнулась на тот самый пункт: «Любые намёки, знаки внимания или попытки флирта в сторону Работодателя рассматриваются как грубое нарушение трудовой дисциплины».

Он защищался. От меня. Это было одновременно обидно и забавно.

Звук СМС заставил меня достать телефон. Я удивленно включила экран и увидела…

Системное сообщение от оператора: “Ваш баланс пополнен”.

На счету лежало пять тысяч рублей. Сумма, которой с лихвой хватало на несколько месяцев связи.

Ерошин пополнил мой счет. Еще до того, как я подписала контракт. Он был настолько уверен в моем согласии, что уже вкладывал в меня ресурсы. Демонстрируя свою власть. И свою тотальную осведомленность.

У меня перехватило дыхание от этой наглой уверенности.