Мой огненный пёс Семаргл

Глава 15

Четверг, 15 ноября

Артём широко зевнул, потянулся и резко сел на кровати. Что-то сильно тревожило его, и он никак не мог понять, что. Может, дурной сон?

Он поднялся с постели и подошёл к Кириной кровати.

- Эй, Хвост, подъем!

Кира не ответила. Артём вдруг заметил, каким бледным стало её лицо. Он присел на корточки рядом с кроватью и всмотрелся внимательнее.

Длинные ресницы бросали тени на тонкую белую кожу. Они слегка трепетали, как будто девушке что-то снилось. На виске билась синяя жилка.

Он протянул руку и откинул волосы с её щеки. И тут же громко выругался. Из-под левого уха через всю шею тянулась сеть чёрных изломанных линий, будто вены проступили.

Несколько минут Артём безуспешно пытался разбудить Киру. Ничего не получалось. Тогда он решил идти за помощью. Но только собирался встать, как девушка сквозь сон схватила его руку и крепко сжала.

Артём положил ладонь ей на лоб, наклонился и сказал в самое ухо:

- Не волнуйся, я тебя вытащу… Они тебя не получат. Никогда. Мы со всем справимся вместе. Как обычно.

Потом решительно отодвинул Киру подальше к стенке, улёгся рядом, крепко прижал девушку к себе и закрыл глаза.

Он оказался на прозрачной лестнице из синеватого льда с широкими ступенями, что висела в космической пустоте. Нижний край терялся в клубах серых облаков, верхний – растворялся в тёмном беззвёздном небе. Никаких перил – по краям лестницы лишь провалы в беспредельную волнующуюся тьму.

Лестницу освещали зеркала. Сотни зеркал – больших, маленьких, круглых, прямоугольных, в рамах и без, размером с карманное и в полный человеческий рост… Они были по бокам каждой ступени, испускали приглушённый, пульсирующий свет. У каждого зеркала свой оттенок, и все оттенки знакомы – то был цветовой спектр Кириных эмоций, который он хорошо изучил, благодаря браслету.

Артём только сейчас спохватился, что браслет с его руки куда-то исчез.

Самой Киры нигде не было. Оставалось решить – спускаться по лестнице вниз или карабкаться наверх. А может?..

Он подошёл к ближайшему зеркалу и заглянул в него. Овальное, в половину человеческого роста, оно висело на уровне его лица прямо в пустоте. Парившие в глубине клубы тумана рассеялись под его взором, и Артём увидел…

…- Мама, мамочка, а можно я пойду к подружкам? – крохотная девчушка в очках и с двумя толстыми косичками смотрит сквозь Артёма куда-то вверх знакомым серьёзным взглядом.

- Кирочка, давай потом. Можешь помочь мне присмотреть за братом? Ты же знаешь, у меня срочная работа, не могу пока отойти от компьютера.

- Мам, ну ты же и вчера так говорила! – обиженный ребёнок смотрит на него из туманного стекла.

Девочка, надувшись, усаживается прямо на пол. К ней подползает упитанный карапуз и дёргает за платьице. Сначала нехотя, она поворачивается к нему. Но уже скоро начинает играть, и лицо её становится радостным, светлым, счастливым.

Вот кадр сменяется – ласковая рука гладит девочку по голове. Слышен тихий голос:

- Спасибо. Какая ты у меня уже большая! Мамина помощница. Запомни – мы семья. А в семье не всегда можно делать только то, что хочется тебе. Надо заботиться друг о друге, поддерживать, помогать. Понимаешь?

- Да, мамочка! Обещаю, я тебя никогда не подведу!..

Зеркало снова помутилось, его заволокло туманом.

Это детское воспоминание снова уснуло где-то в глубине Кириной памяти.

Да, она всегда была такой. Ответственная. Самоотверженная. Преданная.

Артём бросился по лестнице наверх, искать самые свежие воспоминания. Искать такое, из которого он мог бы достать до Киры настоящей.

Выше, ещё выше… Мимо её смеха, и слёз, и маленьких семейных радостей, и первых огорчений, и первых побед, и ещё сотен мелочей, из которых складывается жизнь человека.

Быстрее, ещё быстрее… Перепрыгивая через ступеньки, только осторожно, только бы не соскользнуть вниз и не потерять драгоценное время!.. Нарастающая тревога гнала его вперёд.

Из самых больших, самых ярких зеркал наверху лестницы на него смотрел он сам. Но он сейчас не хотел себя видеть. Только не её глазами. Не хотел вновь переживать её обиды, не хотел слышать тех грубых слов, что говорил. Он создаст для неё новые воспоминания, намного лучше прежних. Осталось лишь найти…

Возле одного из зеркал он всё же не мог не остановиться. Этого он не помнил – это досталось целиком Кире. Ожидание у окна, и холодный пол, и высокомерный взгляд наглой рыжей девицы, и безмолвный крик…

Он разбил бы это зеркало вдребезги, если бы не боялся навредить этим Кире.

Но где же, где же…

- Стой, где стоишь. Как ты здесь оказался?

Артём медленно обернулся и увидел парящую в метре над лестницей хрупкую фигурку, укутанную в серебристую искрящуюся шубку. Девочка будто лежала прямо в воздухе на невидимой перине, подперев рукой пухлую щёку. Молочно-белая толстая коса завязана синим бантом, посреди лба сверкает снежинка. Она могла бы показаться милой, если бы не убийственно-холодный взгляд синих глаз, да острое ледяное копье, которое по мановению её указательного пальца подлетело к нему и замерло в паре сантиметров от горла.