Мой парень джинн

Глава 17. Ловушка для джинна

Лунный свет тихо лился в пещеру через отверстие в куполе. Отсюда, снизу, звездное небо казалось таким далеким, что становилось страшно. Не верилось, что наши приключения закончились и скоро сбудется мое последнее желание.

Ровно в полночь один за другим появились тринадцать джиннов во главе с нашим старым знакомым.

– Зачем ты пришел? – удивился он, увидев Тагира. – Признать свое поражение?

Джинны переглянулись и захихикали, но улыбки исчезли с их лиц, когда Тагир достал из рюкзака рубин, скипетр и посох.

– Я выполнил условие, – сказал он, аккуратно положив артефакты к ногам верховного джинна.

– Не может быть... – прошептал тот.

– Это подделка! – загудели джинны. – Никому не под силу достать их, да еще за такой срок!

– Нет, они настоящие, – возразил самый старый из них, прикоснувшись к ключам. – Он доказал свою силу и достоин прощения.

Джинны притихли, ожидая что скажет на это верховный джинн.

– Условие выполнено, – объявил он к моей радости и неудовольствию Совета. – Нет причин для отказа в исполнении желания.

Наш знакомый взмахнул рукой и три ключа зависли в воздухе. Потом они закружились в огненном вихре и соединились вместе. Рубин Вишну стал кольцом, скипетр Нармера – воротником, а посох Аида – стержнем ключа. Получился «Бант жизни» или «Ключ жизни», как называли этот символ древние египтяне.

Еще один взмах руки верховного джинна привел лунный свет в движение и на скале засияли врата. Мне захотелось хоть одним глазком посмотреть, что там, на той стороне. Я стояла, затаив дыхание.

– Возьми ключ и открой врата! – приказал верховный джинн.

Тагир посмотрел на меня, словно прощаясь.

– Иди, – кивнула я и подтолкнула его вперед.

Он сделал несколько шагов, но вернулся, чтобы обнять меня. Сердце мое разрывалось, а глаза наполнились слезами, словно я отрывала от себя кусочек.

– Прощай, – прошептала я, взяв себя в руки, и отступила назад.

У меня мурашки по спине побежали, когда он подошел к вратам. Вот он вставил ключ в замочную скважину. Повернул. Что-то щелкнуло. В воздухе распространились сладкие цветочные ароматы. Я смотрела на Тагира во все глаза, стараясь запомнить каждую его черту. Еще миг, и... Ворота не поддавались. Совсем.

– Что не так?! – спросил Тагир.

Джинны молчали, тревожно переглядываясь.

– Все просто, – объяснил старейшина. – Их желания изменились.

– Как это – изменились? – недоумевал Тагир.

– Что такого могло произойти за две недели? – удивилась я.

– Любовь, – улыбнулся верховный джинн.

– Любовь? – переспросил Тагир.

– Так вот что так жжет в груди, – подумала я, вытирая слезы.

– Девушка хотела освободить джинна, но теперь не хочет отпускать, – объяснил всем старейшина. – А джинн не хочет уходить.

– Откуда вы знаете? – удивился Тагир.

– Это видно всем, кроме вас, – улыбнулся он.

– Что же нам теперь делать? – спросил один из джиннов, поглаживая бороду.

– Ничего, – ответил верховный джинн. – Они сами разберутся.

После этого джинны исчезли, растворившись в воздухе. Тагир подошел ко мне и наградил жарким поцелуем, от которого закружилась голова и подкосились ноги. Языки пламени окутали нас и огненный торнадо вырвался на поверхность.

Прохладный ночной ветерок принес йодистый запах водорослей с залива, к которому примешивался запах паленой шерсти.

– Только не это! – сказала я, принюхиваясь.

Луна спряталась за тучи и из темноты вышла Альбина. Она поднесла к губам охотничью свирель и раздались звуки красивой завораживающей мелодии.

– Бежим! – крикнула я и дернула Тагира за руку, но было поздно – он стоял, словно приклеенный с остекленевшим взглядом.

Альбина достала из мешка черный кристалл и нараспев произнесла заклинание:

Огонь – в дым, дым – в камень!

Джинна в ловушку поймала,

В камень мертвых заковала.

Ключ, замок, язык!

После этих слов Джинн обратился в дым, который тонкой струйкой затянуло в камень. А я ничем не могла помешать охотнице. Альбина положила кристалл в мешок, закинула его на плечо и пошла, не оборачиваясь. Я опомнилась и догнала ее у машины.

– Отпусти его! – твердо сказала я, удерживая дверцу.

– Ты смеешь мне приказывать? – удивилась она.

Ее глаза сверкнули красным светом в ночи. Это была уже не моя подруга, а чудовище со звериным оскалом.

– Прошу, отпусти, – прошептала я. – Ради нашей бывшей дружбы...

– Из ловушки нет дороги назад, – призналась она и добавила с усмешкой: – Но ради нашей дружбы могу его обменять.

Она достала кристалл и подбросила в руке. Черный камень блеснул ровными гранями в лунном свете.

– На что? Я все отдам!

– Не выпущу за все золото мира, – прорычала Альбина. – Разве что...

– Что?

– Поменяйся с ним местами, – предложила она.

Я себя знаю – я не смогла бы жить, зная, что никогда больше не увижу его и согласилась, не думая. Выражение лица подруги изменилось. Она что, испугалась?

– Ты согласна провести всю жизнь в заточении? – удивилась она. – И все ради какого-то джинна?

– Да.

– Ты понимаешь, на что соглашаешься?

Я кивнула. На самом деле я надеялась, что Тагир найдет способ освободить меня.

– С одной собачкой справились, справимся и с этой, – подумала я.

– Хочу предупредить, – продолжила запугивать меня Альбина. – Его магические способности исчезнут, и он станет обычным человеком.

– Зато свободным, – ответила я.

– Вы забудете обо всем, даже о своей любви, – усмехнулась Альбина.

– Пусть... – прошептала я.

Мне не было все равно, но я верила, что такая любовь, как наша, не проходит бесследно. После моих слов лицо Альбины исказилось от злости, а черный кристалл в ее руке рассыпался в песок. В глазах у меня потемнело, а земля ушла из-под ног.

Следующее, что я увидела – розовые облака в рамке иллюминатора. Они напоминали торт с раскаленным солнечным диском восходящего солнца вместо вишенки. Стюардессы разносили обеды, катая тележки. От ароматов еды кружилась голова. Я потянулась и зевнула. В кресле слева от меня сидел Тагир. Джинсы, футболка и кроссовки. Что может быть проще? Но по тому, как они сидят, сразу было понятно, что куплены не на стипендию. Добавим к этому сногсшибательный парфюм, солнечные очки известного бренда, золотые побрякушки и получим портрет привыкшего к роскоши арабского принца.