Мой парень джинн

Глава 35. По следу

Верховный джинн перенес нас в комнату с высокими окнами и полками, снизу доверху заставленными книгами. Пахло старой бумагой и сырой штукатуркой.

– Где это мы? – спросила я. – В библиотеке?

– В усадьбе Долгая поляна, – ответил джинн.

– В усадьбе? – удивилась Альбина. – А я думала...

– Думала мечом помахать? – усмехнулся он.

– Что тут за секреты? – спросила я.

– Это длинная история, – начал джинн и указал нам на кресла.

Мы сели и приготовились слушать. Верховный сел за стол, помолчал, словно собираясь с мыслями, и начал свой рассказ. Он узнал на видео главу тайного ордена. Это его давний знакомый, колдун и чернокнижник, Владимир Молоствов, хозяин усадьбы. Он спрятал лицо под маской, но джинн узнал его по шраму на руке. В конце XIX века, после отставки от военной службы, Владимир три года путешествовал по Востоку. В одной из пещер он нашел яйцо и увез в Россию, узнав о его великой ценности. Я пытался помешать ему, но он был хитрее. Тогда и получил он тот шрам.

– Что за киндер-сюрприз? – спросила я, не понимая, к чему он клонит.

– В этом-то все и дело, – вздохнул джинн. – Это было яйцо Семаргла.

– Они еще существуют? – удивилась Альбина, испуганно оглядевшись вокруг. – Он тут?

– Последний живет здесь, – ответил он и подошел к окну, откуда открывался вид на ровную заснеженную поляну среди гор.

– Почему вы так уверены? – засомневалась я. – Разве можно скрыть такое?

– Есть несколько доказательств, что птица здесь, – настаивал джинн. – Во-первых, сразу после возвращения Владимира его усадьба начала процветать.

– Ну и что? – возразила я. – Это говорит только о том, что он хороший хозяин.

– А как ты объяснишь это? – спросил джинн и подвел меня к окну. – Видишь поляну? Идеальный круг, никогда не зарастающий, как ни старались его засадить.

– Неужели за сто с лишним лет так никто ничего и не нашел? – удивилась я.

– Джинны обыскивали усадьбу несколько раз, – сказал он и вздохнул. – Нужен свежий взгляд.

– Чем нам поможет сказочная птица? – спросила я. – Не лучше ли устроить засаду на колдуна?

– Найдем Семаргла – найдем хозяина, – бросил верховный и растаял в воздухе.

– Ну, не знаю, – засомневалась Альбина. – Если даже джинны ничего не нашли...

– А мы найдем! – возразила я, готовая на все.

На столе в круге света настольной лампы под зеленый абажуром появился лист бумаги с синей печатью. Это было официальное разрешение находиться в усадьбе с научной целью.

– И на этом спасибо, – подумала я, сняв с полки стопку увесистых фолиантов.

Мы с Альбиной начали перебирать книги. Искали записки, пометки на полях, даже переплеты прощупывали – искали тайники, но кроме нескольких старых счетов ничего не нашли. Мы так и уснули в креслах с книгами. Разбудил нас стук в дверь.

– Эй, мормышки, открывайте! – услышали мы хриплый мужской голос и открыли.

Перед нами стоял старик. На вид ему было давно за семьдесят. Лицо изрыто морщинами, седые волосы торчат в разные стороны из-под шапки, белая от инея борода как у Деда Мороза.

– Что вам, дедушка? – спросила я, пока подруга щурилась на него спросонок.

– Вот, поесть вам принес, – ответил он и протянул пакет.

– Откуда вы знаете про нас? – насторожилась Альбина.

– Вчера звонили из вашего нирситета, – ответил старик и откашлялся. – Заповедник наш на отшибе, до магазина далеко, да и снега ночью намело по пояс, вот я и думаю: надо девок приветить...

– Да вы заходите, – пригласила я его. – Как вас зовут?

– Васильичем кличут, – важно ответил он и вошел, смахнув снег с шапки. – Сторож я здешний.

Я достала из пакета пачку чая, нарезной батон, бутылку молока и лимонные карамельки. Альбина сразу развернула одну и сунула за щеку.

– Замерзли, небось? – спросил он, заметив, как мы кутаемся в куртки. – Сейчас будет повеселее!

Он пощупал чугунные батареи и подкрутил краник.

– Ну, мне пора! – спохватился он. – Ежели что, я в дальнем флигеле.

Старик ушел, а мы поставили чайник и прилипли к окну. За стеклом в белом безмолвии стояли стеной шишкинские леса, охраняя тайну усадьбы. Васильич мел дорожки, мерно махая метлой. За ним шел сибирский кот, распушив хвост.

Наскоро позавтракав, мы с Альбиной разделили полки и работали целый день, пока спина не заболела.

– Перерыв? – спросила я.

– Давай, – согласилась подруга, потягиваясь.

Мы оделись и пошли в парк. Липовая аллея привела нас к беседке. Отсюда, с горы открывалась перспектива на Волгу и окрестности. Белым пятном зияла среди лесов поляна, давшая название усадьбе. Начало темнеть. На другом берегу заблестели окнами деревеньки.

– Холодно, идем! – позвала Альбина и повернулась, чтобы уйти.

Снег заскрипел под ее сапожками, а я бросила последний взгляд на эту красоту – такого в городе не увидишь. Но тут из-за туч выглянула луна и все изменилось. Снег заблестел, словно серебро, а над поляной появилась светящаяся полусфера.

– Смотри! – окликнула я подругу. – Видишь?

– Что там? – недовольно спросила она, вернувшись. – Ну, луна, и что?

– Показалось, – прошептала я разочарованно.

– Это все недосып, – проворчала подруга, подхватила меня под руку, и мы вернулись в дом.

Поиски продолжились, но с каждой новой неудачей наша уверенность таяла.

– Все! – вздохнула Альбина, потирая глаза. – Я – спать!

Она ушла. Ступени старой лестницы жалобно заскрипели от ее шагов.

– Нет, я не сдамся так скоро! – подумала я и стукнула кулаком по полке.

Раздался щелчок и между ней и стеной появилась щель.

– Не хватало еще сломать здесь что-нибудь, – испугалась я и попыталась придвинуть полку, чтобы закрыть щель.

Но она становилась все больше.

– Да это тайник! – догадалась я, уперлась руками и отодвинула стеллаж.

За ним открылась еще одна крошечная комната. Сон мой как рукой сняло. Я зашла внутрь. В затхлом воздухе пахло плесенью. Я читала про потайные комнаты в усадьбах, но никогда не думала, что увижу все своими глазами.