Мой парень джинн

Глава 37. Эликсир ненависти

Я лежала и смотрела в высокий потолок. Свет фонаря выхватывал из темноты остатки лепнины и розетки вокруг пыльных ламп.

– Неужели это был сон? – думала я. – Как наяву.

От окна потянуло холодом, и я поправила тоненькое больничное одеяло, сбившееся к ногам.

– Видно, опять похолодало, – подумала я, глядя на еловые лапы в снегу, перечеркнутые решеткой.

Вдруг я заметила неясный силуэт. Сначала я приняла его за тень, но он становился плотнее и начал передвигаться. В палате становилось все холоднее. Мое дыхание превращалось в пар. Тем временем тень приобрела узнаваемые черты. Это была женщина. Высокая прическа, длинное платье с глухим воротником-стойкой и рукавами до пола. Она была словно соткана из воздуха и не шла, а плыла по воздуху, не касаясь ногами земли.

– Я что, еще не проснулась? – подумала я и крепко зажмурилась.

Услышав тихий шепот, я открыла глаза. Женщина не только не исчезла, а нависла надо мной. Она уставилась на меня пустыми глазницами и что-то говорила, но ничего нельзя было разобрать. Моя кожа покрылась мурашками. Не столько от холода, сколько от ужаса – это моя первая встреча с призраком. Я тихонько позвала Альбину, не сводя глаз с гостьи, но она не откликалась. Тогда я окликнула ее погромче. Результат был тот же.

– Что вам нужно? – спросила я у призрака, собрав волю в кулак и стараясь унять дрожь.

– Беги! – услышала я, наконец, что она пыталась сказать.

В этот миг в ночной тишине раздался страшный треск, словно за стеной разбирали паркет. Лицо призрачной дамы исказила гримаса ужаса, и она медленно растаяла в воздухе.

Я выдохнула с облегчением, но звуки из коридора, подбирающиеся к нашей палате, не давали мне покоя. Замок двери щелкнул, словно выстрел. Я села в кровати и попыталась разбудить подругу, но она спала мертвым сном, не реагируя ни на что.

Дверь со скрипом отворилась и в палату вошел доктор.

– Хорошо, что вы пришли! – обрадовалась я.

– Что вас так напугало, барышня? – спросил он и подошел ближе.

– Странный какой-то, – подумала я. – Кто сейчас так говорит? Да еще картавит.

И халаты такие уже лет сто никто не носит – белый, с лацканами и двойным рядом пуговиц. Да еще на костюм с галстуком. Только врача-щеголя тут не хватало. Лучше уж вчерашний вампир с джибитсами.

– Ну те-с, поглядим, – продолжил он и раскрыл тетрадь, которую принес с собой.

– Вы разве не слышали шум в коридоре? – спросила я.

– Что-с? – удивился он, оторвавшись от своих записей.

– Шум, говорю, не слышали? – переспросила я.

– Извините-с, не слышал, барышня, – ответил он, достал из кармана карандаш и начал что-то писать.

– Нет, ничего, – пролепетала я.

– Слуховые галлюцинации продолжаются, – сказал он. – Придется повторить процедуру, барышня.

– Какие галлюцинации, какую процедуру? – испугалась я.

Он ничего не ответил и вышел. За дверями снова раздался треск, но потом все стихло. Сон как рукой сняло. Теперь точно не уснуть.

– Почему это происходит со мной? – думала я, прислушиваясь. – В чем я провинилась?

Только я успокоилась, как передо мной снова возникла призрачная дама. На этот раз длинные рукава ее платья были завязаны за спиной, пряди волос падали на лицо, искаженное болью, а изо рта торчал кляп.

– Я не хочу! – закричала я, глядя на результаты лечения «доктора».

Призрачная дама разжала руку и на пол упало что-то с глухим стуком. После этого она исчезла. Я чуть руку не вывернула, но дотянулась и схватила предмет, что оставила гостья. Это была шпилька для волос.

Много раз я видела в фильмах как преступники открывали замки, используя эту дамскую штучку, но все оказалось не так просто. Я уже почти сдалась, но в коридоре вновь раздался скрип и страх придал мне силы. Освободившись, я кинулась к Альбине и начала ее тормошить. Не сразу, но она проснулась.

– С ума сошла? – спросила она. – Голову оторвешь!

– Бежим! – кричала я, ковыряясь в замке ее наручника.

Мы неслись по коридору, не чуя под собой ног, а за нами росла волна из паркетных досок, пытаясь накрыть нас с головой. Как только мы добежали до лестницы, все стихло. Обернувшись, мы не поверили своим глазам. Паркет лежал на полу, как и положено, крашеные стены поблескивали в свете ламп, словно ничего и не было.

– Что это было? – шепотом спросила Альбина.

– Не знаю, – ответила я. – Но лучше убраться отсюда, пока нас не хватились.

Мы спустились по мраморной лестнице в вестибюль и пробрались мимо спящей сестры. Еще немного, и мы были бы на свободе.

– Решили прогуляться? – услышала я мужской голос позади и сердце мое упало.

Колдун и пара крепких санитаров вернули нас в палату. Мы молча лежали, прикованные к кроватям. В небе за окном появилась розовая полоска.

– Вот и все, – подумала я. – Конец моей мечте.

Когда совсем рассвело, медсестра принесла завтрак. Больничная овсянка не лезла мне в горло.

– Все равно, что кормить перед казнью, – подумала я и отодвинула тарелку.

Пришли санитары и провели нас лабиринтами пустынных коридоров в просторный зал с амфитеатром. Стройные колонны держали арки сводов. В высокие окна виден был парк и берег реки.

Все было готово к эксперименту. Нас усадили в кресла на кривых ножках у всех на виду, приковав наручниками к ручкам.

– Как подопытных кроликов, – подумала я и обвела взглядом аудиторию.

Зал, полный адептов ордена в черных мантиях и масках загудел, но как только вышел их кумир, стих. Колдун встал за кафедру и произнес торжественную речь. Зал рукоплескал стоя.

– Пришло время закончить наш эксперимент, – произнес он и махнул рукой.

Санитары вывели Тагира и Хасана. Я думала, у меня сердце выскочит из груди при виде любимого. Тагир был бледен, на голове повязка. Их посадили рядом с нами. Они были так слабы, что наручники не потребовались.

– Прости, любимая, – прошептал Тагир и коснулся моей руки.