Мой персональный кактус

Три часа дня

Я немного удивилась, когда увидела рядом с Альфредо Падрино. В белой футболке, джинсах, в резиновых наколенниках и с кожаным поясом с карманами для инструментов он уже не выглядел величественным воином-ацтеком, но открытая улыбка его осталась прежней, и при моем приближении он стянул с рук перчатки, чтобы обнять меня совсем как-то по родственному.

— Я этого упрямца не сумел отговорить, — начал он с жалобы, суть которой я пока не уловила.

Потому перевела взгляд на Альфредо — в джинсах и футболке, даже побритый, он совсем не выглядел отпахавшим смену газонокосильщиком, но его крестный тоже был слишком бодр для человека, только что слезшего с крыши двухэтажного домика. А это было именно так, потому что его бригада продолжала укладывать черепицу, не разгибая спин.

— Если будет слишком холодно или пойдет дождь, обещаешь поехать к бабуле, обещаешь? — спрашивал он крестника больше приказным, чем вопросительным тоном.

Альфредо кивал. Я пока еще не могла догадаться, что же такое он замыслил. Однако цветное полосатое мексиканское одеяло в его руках мне сразу не понравилось.

— В это время даже в Мексике уже не поспишь ночью в гамаке…

В каком таком гамаке? Это одеяло не гамак же?!

— Я никогда не был в Мексике, — буркнул Альфредо, и Падрино поддакнул тихо «И слава богу!» — Но в Калифорнии можно спать на природе круглый год. Дождя не будет, — добавил Альфредо как-то слишком уверенно.

После того, как эта неделя побила все рекорды по ноябрьскому дождю, глупо верить прогнозам.

— Ну, да, ну, да, — покачал головой Падрино. — Будем молиться, чтобы дождя не было. Мне надо закончить эту крышу за сегодня — из-за дождей мы выбились из графика, а я не собираюсь пропускать воскресную мессу. Ну давайте, давайте, проваливайте уже…

Он повернулся ко мне и поднял руку. Я с улыбкой ударила его по ладони, но он тут же сжал пальцы в кулак.

— Ну, где же твой кулак? Альфредо не научил тебя прощаться по-мексикански?

Я покачала головой, и наши кулаки тотчас встретились на уровне глаз. Потом Падрино повернулся к Альфредо, который как-то без особого энтузиазма распрощался с крестным на мексиканский манер.

Мы направились к машине, и Альфредо попросил открыть багажник, чтобы убрать одеяло. В его руке остался пакет с чем-то, наверное, очень вкусным.

— Если твои родители надумают ставить солнечные панели, то Падрино и это делает. Крыша, я посмотрел, у вас практически новая.

Нет, крыша как раз у моих давно поехала… Только даже кулак Падрино не поставит ее на место.

— Как ты тут оказался? Я думала, ты до сих пор с Пабло.

Мы уже сели в машину. Альфредо — за руль, но прежде чем завести мотор, он раскрыл на моих коленях пакет.

— Там тетины тортильи с шоколадным моле и сушеные абрикосы. Их Алехандро привез. У них фруктовые сады, тоже семейный бизнес.

— Так это не сын твоего дяди? — промямлила я, пытаясь справиться с огромным абрикосом, который Альфредо запихнул мне в рот.

— Это сын моей тети. Он уж точно понимает в деревьях больше Эдуардо, но Эдуардо подстрижет их, как надо, через месяц, так что не волнуйся.

О деревьях я волновалась в последнюю очередь. Вот как бы отец не сказал Алехандро какую-нибудь гадость, обнаружив мой побег.

— Ты так меня скоро со всей семьей перезнакомишь, — буркнула я, обреченно уставясь на дорогу.

— А ты против? Бери тортилью. Только моле может показаться немного острым, но ты выживешь. После грибов уже ничего не страшно, верно?

Я поймала его улыбку и ответила такой же.

— Ага, это было ужасно, — я откусила кусочек от скрученной лепешки. Не так страшно, тамалес были острее. — Извини за родителей. Они ужаснее грибов. И мне ужасно стыдно за то, что тебе пришлось вмешивать в наши дела кузена.

Альфредо хохотнул и сделал музыку чуть громче.

— Это была его идея. Мой примо еще тот выдумщик. Я бы просто за тобой приехал и забрал. Я ацтек, я могу только силой брать свое. А он по отцу толтек, они были похитрее нас. Главное, не состоять в родстве с майя — эти коротышки только работать умеют, как роботы, а вот соображать — с этим у них туговато, но выносливости их можно позавидовать, потому Падрино редко берет кого-то, кроме майя, в свои бригады. В общем-то так всегда и было — мы приказываем, они выполняют. Время мало что поменяло, не находишь?

Я могла искать сейчас только воду, а не ответы на каверзные вопросы, но вода никак не находилась. Пришлось набить рот курагой! А когда в итоге я потушила в нем пожар, Альфредо уже подпевал песне. Меня тоже события последних дней «пробрали до костей», и я не очень-то понимала, что чувствую сейчас к Альфредо. Надо бы для начала полюбопытствовать, куда мы едем. Особенно после того, как он попросил написать родителям, что мы в гостях у его бабушки и вернемся только завтра вечером. Этот ацтек совсем заврался!

Я даже не стала проверять ответ мамы. Вернись я вечером, мне бы влетело, но все же не так сильно, как влетит завтра…

— А куда мы на самом деле едем? Ты где-то что-то снял?

Альфредо даже не скосил на меня глаз.

— Я взял у Падрино гамак и теплое одеяло. Думаю, нам больше ничего и не потребуется.

Я не хотела включать воображение по поводу предстоящей ночки. Все с ним не по-человечески получается. Падрино прав, на дворе как бы не лето… У меня кожа, в отличие от индейской, не дубленая. А Альфредо еще и едой решил запастись в мексиканской лавке! Значит, бабуля совсем отменилась?

— Ты чего-нибудь хочешь? — спросил он и сунул мне в руки пачку крекеров.

Я пожала плечами. Тогда он принялся набирать в пакет кукурузу, со знанием дела осматривая початки.

— Это для бабушки? — с надеждой спросила я, потому что сожрать свежей такое количество кукурузы за одну ночь мы не сможем.

— Нет, но это и не нам. Тебе взять бананы?

Он сунул подмышку спелую ветку и направился к кассе. Я положила на ленту крекеры и под неприветливым взглядом кассирши отступила за спину Альфредо. Чем я ей так не понравилась? Увела из клана лучшего парня?