Мой пленённый Инкуб

Глава 1.1. Крепость без рассвета

Демон полз к двери часовни, оставляя на каменных плитах густой чёрный след.

Равена Солт наступила ему на спину и вдавила в пол так, чтобы костяные наросты между лопатками хрустнули под каблуком. Тварь дёрнулась, скребя когтями по выбитым рунам, но серебряный круг уже сомкнулся вокруг неё плотным холодным светом. В разбитые окна летел снег, свечи у алтаря горели синими языками, а за спиной Равены лежали трое послушников, которые слишком поздно поняли, что молитва без печати Ордена держит демона только до первого настоящего голода.

Она перевела дыхание, проверила край круга и сильнее надавила на позвоночник твари.

— Назад в разлом, — произнесла Равена, удерживая клинок над основанием чужого черепа.

Демон вывернул шею под невозможным углом. Его лицо ещё сохраняло человеческие черты, но кожа под глазами расползалась тонкими трещинами, а рот растянулся шире, чем позволяли кости. От него пахло мокрой золой, старой кровью и страхом тех, кого он успел коснуться до её прихода.

— Ты режешь мелочь, охотница, — прошипела тварь, прижимаясь щекой к холодному полу. — Настоящий голод сидит в Ноктверне и ждёт новую руку на замке.

Равена удержала взгляд на его лице ровно столько, сколько требовалось, чтобы отличить предсмертную ложь от случайного бреда. Демоны цеплялись за имена, обрывки чужих воспоминаний, недосказанные пророчества и голоса мёртвых. Они знали, что охотника можно ранить не только когтем. Достаточно заставить его подумать в момент удара.

Клинок в её руке повернулся остриём вниз.

— Ты плохо выбрал последнюю приманку.

Она ударила точно под основание черепа. Серебро вошло глубоко, руны на лезвии вспыхнули белым, и тело демона выгнулось с такой силой, что плиты под ним дали трещины. Из раскрытого рта вырвался пар, похожий на крик без звука. Через несколько мгновений плоть осыпалась чёрной пылью, оставив после себя пятно на камне и тонкий запах сгоревшей кожи.

Равена убрала ногу, дождалась, пока серебряный круг погаснет, и провела клинком над пеплом, проверяя остаточную силу. Свет рун остался ровным. Разлом закрылся. Тварь ушла туда, откуда вылезла, а часовня стала ещё одним местом, где люди потом поставят новые свечи и будут делать вид, что вера спасла их от худшего.

Она вытерла клинок о край плаща убитого послушника, хотя ткань уже пропиталась кровью. Правая перчатка была порвана, запястье саднило от ожога защитной руны, под ребром тянула свежая царапина. Равена наклонилась к последнему выжившему, приложила пальцы к его шее и закрыла ему глаза, когда пульса под кожей не нашла.

У двери часовни стояли двое охотников Ордена.

Они появились тихо, как люди, которых учили не мешать бою и не приходить на помощь без приказа. Чёрные плащи промокли от снега, серебряные маски скрывали лица. Один держал под уздцы её коня. Второй сжимал тубус с печатью внутренней инквизиции. Красный воск был расколот по краю, будто приказ вскрывали в спешке и запечатали повторно.

Равена посмотрела на знак Слепого Венца, затем на посланника.

— Крипта ещё не проверена, — Равена убрала клинок в ножны и перехватила ремень на груди, чтобы ослабить давление на рану. — Южный склон тоже. Если разлом дал вторую трещину, к рассвету сюда придут падальщики.

Охотник снял маску. Под ней оказалось молодое лицо с посеревшими от холода губами. Он держался прямо, но пальцы на тубусе сжались сильнее, когда взгляд Равены остановился на его руках.

— Магистр Аркент Восс требует вашего немедленного возвращения в главный зал Ордена, охотница Солт.

— Восс знает, что зачистка не закончена, — Равена шагнула к нему, и чёрная пыль с её сапога легла на снег тёмным пятном.

— Магистр получил отчёт о закрытии разлома, — посланник протянул тубус обеими руками. — Остаточную проверку передадут второй группе. Ваше новое назначение вступает в силу сегодня.

Равена не взяла приказ сразу. Новое назначение после ночной зачистки пахло хуже демонической гари. Охотника снимали с разлома только тогда, когда угроза становилась крупнее тела, которое он только что уничтожил.

— Куда?

Молодой охотник сглотнул. Его взгляд на мгновение ушёл к тёмному пятну у алтаря, где ещё оставался пепел демона.

— Ноктверн.

Слово легло между ними тяжело и точно. Равена почувствовала, как ожог на запястье заныл под порванной перчаткой. Несколько минут назад низшая тварь с расколотым черепом произнесла то же имя перед смертью.

Она взяла тубус, сломала печать большим пальцем и развернула приказ. Строки были короткими, сухими, с подписью Восса внизу. Её отзывали с действующей охоты и назначали временной смотрительницей крепости Ноктверн до особого распоряжения внутренней инквизиции.

— Кто умер? — Равена сложила приказ и посмотрела на посланника.

Молодой охотник выпрямился, будто вопрос ударил сильнее ветра.

— Последний смотритель.

— Причина?

— В официальном отчёте указан приступ безумия, — охотник опустил взгляд на тубус в её руке. — Его нашли на седьмой день службы.

Равена ждала продолжения. Молчание посланника было слишком длинным для человека, который принёс обычный приказ.

— Официальный отчёт я прочитаю у Восса, — она шагнула ближе, и снег под её сапогом хрустнул. — Сейчас скажи то, ради чего тебя прислали лично.

Охотник провёл языком по сухим губам.

— Он вскрыл себе горло в комнате наблюдения. На стене оставил фразу.

Равена не отвела взгляда.

— Какую?

Посланник посмотрел за её плечо, туда, где на плитах ещё чернел след уничтоженной твари.

— «Он не касался меня».

Снег забивался в выбитые окна часовни, свечи у алтаря гасли одна за другой, хотя ветер до них не доставал. Равена убрала приказ под нагрудный ремень и повернулась к коню.

— Передай второй группе, что крипту нужно зачистить до рассвета, — она взяла поводья у второго охотника и проверила крепление сумки с амулетами. — Если они оставят хотя бы один нижний ход, я сама напишу рапорт Воссу.