Мой плохой мальчишка

Глава 1

Захар

Слышу, как за стеной переговариваются мать и отчим. О чём-то интересном, судя по их взбудораженным голосам. Ага, интересном… Ловлю своё имя и замираю, навострив уши.

Чего ждать? Новой взбучки? Ну как бы, да. Есть за что.

Голоса стихают, хлопает дверь, раздаются шаги в сторону моей комнаты. Напрягаюсь, но привычно скрываю внешние проявления. Хватаю телефон, делаю вид, что с увлечением скроллю ленту.

Дверь распахивается, и в комнату входит мама.

Фух… Не Платоша, живём.

– Завтра утром за тобой приедет отец.

– Прямо с утра? Нельзя к обеду, чтобы выспаться успел? – привычно ёрничаю.

Разваливаюсь на кресле, закинув одну ногу на подлокотник, и демонстративно не отрываю взгляд от телефона, типа мне по фигу.

Мать пугает тем, что отправит жить в село на перевоспитание к блудному папаше уже несколько лет. Но до сих пор так и не отправила.

– Это не шутка, Захар... – начинает, и голос срывается, а через секунду переходит в крик. – Сядь нормально! Сколько можно уже надо мной издеваться? Зачем подрался с сыном директора? Они написали заявление в полицию, а ты и так на учёте!

Закатываю глаза и корчу презрительную гримасу. Не собираюсь я объяснять, что лицемерный ушлёпок, сыночек нашей школьной директрисы, намеренно выводил меня на эмоции, чтобы добавить проблем. Даже не сомневаюсь – по заказу своей мамашки!

Да и зачем говорить? Можно подумать, и так не понятно! Знает ведь не хуже меня. Вот это больше всего бесит!

– А заброшки? Объясни мне, зачем ты лезешь в разрушенные здания? Тот мальчик из вашей школы, на которого обрушилась часть стены, навсегда остался инвалидом! Тебе мало его примера? Хочешь повторить? Или чтобы вообще прибило? – голос матери набирает обороты, лицо покрывается красными пятнами.

– Да лучше бы прибило, наконец! Отмучаюсь! Все только вздохнут с облегчением! – не выдерживаю и с психом швыряю телефон на кровать.

– Покричи мне ещё! Совсем распоясался! Я с тобой не справляюсь! Мне надоело позориться! Сил моих больше нет! Сколько можно выслушивать от директора, классного руководителя, от инспектора детской комнаты полиции? Пусть отец тобой занимается! – орёт, отчаянно жестикулируя.

Сжимаю зубы так, что челюсть немеет. Сердце бомбит на пределе возможностей, походу, решив протаранить грудину и выпрыгнуть. Дыхалка сбоит, в лёгких избыток углекислоты, потому что от злости не получается ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Как достали! Школа, мать! И особенно сноб отчим, презрительно воротящий нос, когда вхожу в комнату, ежедневно с видом аристократа читающий мне нравоучения.

Задолбали претензии, которым нет конца! Что бы я ни сделал – не так, нехорошо, мог бы и лучше! Каждое действие – косяк, каждое движение – не в ту сторону! И главное, во всём только я один виноват! За собой, блин, никто не смотрит!

Мать закашливается и замолкает. Но я-то знаю, это не конец, сейчас продолжится.

Вскакиваю с кресла, отворачиваюсь, скрещиваю руки на груди, дышу через силу, медленно и отрывисто. Затыкаюсь, потому что пока могу смолчать. Пока — ключевое слово.

– Короче, сегодня я созванивалась с директором терновской школы, они возьмут тебя, потому что есть места. Да, остался месяц до каникул, но ты в десятом, поэтому никаких проблем не возникнет. Повезло, что не в одиннадцатом, иначе вообще не представляю, как бы выкручивались за несколько недель до ЕГЭ. Ритка, сволочь, согласилась забрать заявление, только если тебя не будет в школе, – продолжает мать.

Бесит. Типа я виноват, а она страдалица невинная! Защищает неуравновешенного сына от справедливого возмездия! Благодетельница, блин!

– Ага. Есть мнение, что связываться с чужими мужьями – не лучшая идея. Но не все об этом знают, походу. Да, мам? Вдруг сумей ты соблюсти это нехитрое правило, мне бы удалось спокойно окончить школу?

Да, в курсе, что не стоит давить на больное. Но блин, не могу, привычно пру до конца, чтобы наверняка до скандала, на разрыв.

– Ах ты, хамло малолетнее, неблагодарная скотина! Да как ты смеешь? – голос матери переходит в ультразвук.

Задыхается, хватается за сердце и начинает всхлипывать.

При виде её расстроенного лица щемит в грудине, а горло царапает паучьими лапками, но упрямо вздёргиваю подбородок. Подхожу к кровати, хватаю телефон и заваливаюсь на покрывало, бездумно глядя на погасший экран.

Почему во всём винят меня? Ведь проблемы начались три года назад, когда мать увела из семьи мужа директрисы. Не знаю, каким образом они схлестнулись, но мерзкий Платон Анатольевич, переехал жить к нам и развёлся с женой. С тех пор для меня начался ад: как дома, так и в школе.

Из хорошиста и приличного мальчика живо скатился в двойки и попал на учёт из-за продуманных подстав и провокаций. Но всем, блин, плевать! По хрену! Они о себе пекутся. Так, ещё пытаются убедить – типа я плохой, и сам устраиваю эти проблемы!

Мать разворачивается и уходит, хлопнув дверью. Слышу в коридоре её всхлипывания, бубнёж мерзкого Платоши. Сейчас явится, выедать маленькой ложечкой мой мозг.

Вылезти через балкон? Хорошая идея, не раз уже так делал, чтобы избежать неприятного общения. Второй этаж вообще не проблема. Но стоит мне подорваться с кровати, как дверь распахивается.

На пороге оба. Ехидно лыбящийся отчим и недовольно поджимающая губы мать.

– Твои документы я забрала. Илье позвонила, он обещал приехать завтра утром. Так что собирай вещи. В этом доме ты не останешься. Пусть отец воспитывает, столько лет отлынивал от своих обязанностей! Хватит. Платона слушать не желаешь, он, видите ли, не родной! Ну вот пусть родной и вставит мозги на место, а у меня уже нет сил!

Понимаю, что не шутит. Но никакого сожаления по этому поводу не испытываю. По фигу. Да, отца я тоже не особо жалую. Бросил нас и смылся в село, на свежий воздух, блин! Устал бедолага от всего. Но всё же ненавижу меньше, чем урода Платошу. Да и школа вымотала, капец как! Хожу туда, как на каторгу, тупо отбываю наказание. Нескончаемые проблемы достали. Может, просто смыться из города, действительно, лучший выход?