Мой принц крови

Глава 4-3

***

– Могла бы и не опаздывать. – Недовольно скривился Редвард, когда я подошла к месту встречи дежурных. – У тебя не свидание!

– Я и не опаздывала, – пожала плечами, – еще пять минут до первого звонка.

Первым звонком назывался сигнал, который давался студентам, чтобы они начали сборы для того, чтобы покинуть административные и образовательные территорию академии: полигоны, библиотека, столовая, аудитории и лаборатории, деканат и кураторские кабинеты.

За первым, следовал второй звонок, за ним уже третий – последний. После него в коридорах не должно было остаться никого, кроме тех, у кого есть на то разрешение.

Например, те студенты, которые задерживались по велению преподавателей. Сюда входила отработка наказаний, подготовка к каким-либо мероприятиям, иными словами, все то, на что у студентов было разрешение на нахождение не в общежитии, закреплённое в студенческой эмблеме.

У дежурных эмблема во время дежурства горела синим цветом, мы еще три часа после третьего звонка патрулируем этажи, и при обнаружении нарушающих режим, обязаны ставить в известность руководство и, конечно, сопроводить в общежитие.

– Какой у нас этаж?

– Четвертый, – ответила я, и прикоснулась к эмблеме, тем самым активируя карту академии.

Мы оба стали изучать мерцающие точки, которые обозначали студентов, персонал академии, преподавателей. Первые были зелёными точками, преподаватели, как и дежурные – синими, персонал – серый.

Вообще, наша академия занимала огромную территорию, мало того, практически все здания были между собой соединены коридорами и все они имели ровно шесть этажей. За исключением преподавательского общежития.

Из студенческого общежития в учебные здания вели два таких коридора: на втором и четвертом этажах.

Поэтому зимой нам не приходилось бежать по морозу в учебные корпуса, мы бежали по вот таким коридорам, но был минус, если не вставать пораньше, можно было попасть в давку, потому что мерзавчики никогда не просыпались и не выходили вовремя.

– Давай начнем с правого крыла? – предложила ему.

Как раз к тому времени как мы до него доберемся прозвенит последний сигнал.

– Мне все равно, – отозвался Ред, – и не приближайся ко мне! Иди по другой стороне стены!

Я прикусила губу, чтобы не фыркнуть на манер Выдры. Начинается...

– Ты громко дышишь! – спустя пару минут нашего шествия по коридору, заявил Ред, – хватит сопеть!

– Это не я, – нахмурилась, вглядываясь в карту, судя по тому, что я на ней видела, буквально через пару метров будет парочка дежурных.

И, кажется, я догадывалась кто именно, как и догадывалась, чем она занята. И все бы ничего, но именно сейчас в коридорах будет огромная толпа студентов, как раз второй сигнал прозвучал...

– О! Орв, да раздевай ты ее полностью! – выкрикнул Ред, первым обнаружив парочку «влюбленных». – А ничего у нее ножки!

Я не была удивлена происходящим, как и тем, что они выбрали именно это окно. Разве внутри зрела глухая ярость. Орвад же специально именно здесь пристал к Дайрине с поцелуями, специально именно здесь платье задрал, да так, что ноги девушки выставлены на всеобщее обозрение. И пусть дальше поцелуев они не зашли, но сама картина выглядела отвратительно.

Хуже того, они же дежурные, именно те, кто должен ловить вот таких же, целующихся по углам студентов (увы, такое постоянно случалось).

А быстро она отработала свое наказание, заработанное за ужином!

– Дайрина! – окликнула я девушку, которая и не думала отлипать от белобрысого. – У вас есть личные комнаты, коридор для подобного не предназначен. Вы на дежурстве.

– А тебе завидно? – усмехнулся Ред.

Раскрасневшаяся, запыхавшаяся девушка, наконец оторвалась от Орвада и вздернув подбородок, посмотрела прямо на меня.

– Тебе-то какая разница?

– Никакой, ты дежурная, а не местная достопримечательность, чтобы выставлять себя напоказ!

– Мое тело – мое дело. И от дежурства мы не отказываемся.

– Редвард, идем. – Я не стала больше ничего отвечать Дайрине. Ее дело, хочет позориться перед всей академией, да ради всех богов.

Луна свидетель, если в голове гуляет ветер, ни одно слово до сознания не дойдет – с треском вылетит!

Мимо нас потянулись первые студенты, и ладно бы просто шли своей дорогой, но каждый считал, что просто обязан прокомментировать парочку у окна. Кто-то свистел, кто-то отвешивал сальные шуточки. Меня передергивало каждый раз, будто они звучали в мой адрес.

Дайрина, дура! Она же репутацию всех стипендиатов сейчас марала! И это обстоятельство злило куда сильнее, чем оскорбления в мой адрес.