Мой призрак

Глава 5

С трудом перебирая ногами, я буквально вполз по лестнице, цепляясь за каждую ступеньку. Вбежав в комнату, где меня уже ждали друзья, первым делом захлопнул дверь и подпёр её массивным стулом. Затем, не теряя ни секунды, бросился проверять окно – чтобы она не смогла пробраться к нам через него.

– Если останемся живы после сегодняшнего, больше ни ногой к тебе в гости! – дрожа всем телом, выдавил Дима, забиваясь в самый дальний угол кровати. Его зубы выбивали нервную дробь, а руки тряслись мелкой дрожью.

Миша, бледный как полотно, молча кивнул в знак согласия. После короткой паузы он хрипло произнёс:

– Если жизнь дорога, перебирайся отсюда подобру-поздорову. Это место… оно нехорошее.

В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь нашим прерывистым дыханием и тиканьем старых часов на стене.

Наши сердца колотились так отчаянно, что, казалось, готовы были выпрыгнуть из груди. Но даже сквозь этот бешеный стук мы отчётливо услышали мерный перестук каблуков по лестнице и тот самый леденящий душу плач, от которого кровь стыла в жилах.

Внезапно к этим зловещим звукам добавился новый – характерный звук глотков. Мы с Мишей одновременно повернулись к Диме и увидели, как он, не отрываясь, пьёт из бутылки, а рядом с ним на полу стоит пакет с алкоголем.

– Я умирать трезвым не собираюсь! – рявкнул он, поймав наши удивлённые взгляды.

В этот момент я особенно остро почувствовал, как же мне повезло с друзьями – даже в такой жуткой ситуации они умудряются сохранять свой неповторимый характер.

Когда в дверь раздался первый глухой стук, мы с Мишей машинально схватили бутылки и начали жадно глотать обжигающую жидкость.

«Может, хоть так наберёмся храбрости», – мелькнула мысль, но алкоголь, вопреки ожиданиям, не придал мужества – наоборот, сердце заколотилось ещё чаще.

Девушка, поняв бесполезность попыток прорваться через дверь, сменила тактику. Через минуту она уже смотрела на нас через оконное стекло, и от этого взгляда кровь стыла в жилах. В какой-то момент я, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, начал рассказывать друзьям о своей первой встрече с ней. Другого момента поделиться своими страхами просто не представилось.

Пластиковое окно, к счастью, выдержало яростные удары, но от этого нам не стало легче. Напротив, осознание того, что мы заперты в этой комнате с единственным выходом, который сейчас находился под пристальным взглядом нашей преследовательницы, лишь усилило чувство безысходности. Время словно остановилось, а воздух стал густым и тяжёлым, пропитанным страхом и напряжением.

Глубокой ночью, когда за окном царила кромешная тьма, а стрелки часов застыли где-то на середине циферблата, мы сидели в комнате, погруженные в тяжёлую тишину. Бутылки с алкоголем стояли на полу рядом с нами. Эта жуткая ситуация требовала решительных действий.

Я выпил всё до последней капли – алкоголь немного притупил страх, придав решимости. Встав, я посмотрел на друзей.

– Простите меня за то, что подверг вас такой опасности, – произнёс я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Как хозяин этого дома, я должен выйти и разобраться с происходящим. Если что-то пойдёт не так… знайте – вы лучшие друзья, которые у меня когда-либо были.

Не дожидаясь ни слова поддержки, я стремительно выскользнул из комнаты. Дом был погружён в непроницаемую тьму, и лишь тусклый свет от работающего телевизора на первом этаже разрезал чернильную черноту. Спускаясь по лестнице, я старался не дышать – каждая половица могла выдать моё присутствие.

Она сидела на диване, словно статуя, и когда предательский скрип раздался под моей ногой, тут же обернулась. Её взгляд, холодный и пронзительный, словно игла, впился в меня. В этот момент я понял – медлить нельзя.

Она встала с дивана и двинулась в мою сторону. Нож медленно поднимался со стола, поворачиваясь ко мне блестящим лезвием. Время словно замедлило свой бег.

Я зажмурил глаза и сделал единственное, что пришло в голову – схватил её и крепко обнял, прижимая к себе. Это движение спасло мне жизнь – лезвие замерло в каком-то сантиметре от моего лица.

Внезапно вспыхнул свет, и мои друзья с криками выбежали из комнаты, готовые броситься на помощь. Но помощь уже не требовалась – я каким-то чудом справился сам.

«Извините меня!» — прошептала Оксана, и её невесомое тело вдруг обмякло, а глаза медленно закрылись. Я едва успел подхватить её, чтобы она не упала на пол. Взяв на руки, я осторожно отнёс её в кровать.

Когда я нёс её, то отчётливо осознал — она весила не больше килограмма.

Друзья помогли мне навести порядок в доме, но оставаться здесь они категорически отказались. Но и садиться за руль в таком состоянии было нельзя. Поэтому я проводил их в тепляк, где измученные и напуганные парни мгновенно погрузились в глубокий сон.

На следующее утро друзья засобирались домой. Я поехал с ними — нужно было закупить продукты и приобрести новый аккумулятор, куда делся старый, я так и не выяснил. Такси довезло меня обратно, и едва переступив порог, я принялся готовить обед, то и дело прихлёбывая морс. Удивительно, но голова не болела — видимо, организм решил проявить милосердие.

Приготовив супчик, я через силу заставил себя съесть тарелку. К моему удивлению, стало действительно легче. После еды я сел за ноутбук, пытаясь найти хоть какую-то информацию о тех, кто ушёл из жизни, но не может покинуть мир живых. Нашёл я немного, но то, что удалось отыскать, казалось правдоподобным. В одной из статей говорилось…

«Души несчастных, чьи тела погребены в вечной тьме, навеки обречены скитаться среди живых. Если в течение первых девяти дней после смерти не упокоить тело в земле, то бестелесные странники навеки останутся в мире смертных, блуждая в бесконечной тоске и отчаянии».

Что касается того, почему призраки могут вести себя как обычные люди, я нашёл сведения, которые казались скорее фантастикой, нежели правдой.

«Оказывается, иногда миры живых и мёртвых могут пересекаться, сливаясь в единое целое. Такое явление часто провоцируется душой умершего человека, привязанной к месту своей гибели. В этом месте призрак способен существовать словно живой человек.