Мой психотерапевт - мой бывший

Глава 12. Первое свидание: новые правила

Прошла неделя с того разговора в парке. Неделя коротких сообщений, осторожных звонков, медленного привыкания к новой реальности. Максим был терпелив — не давил, не требовал встреч, просто... был рядом. Писал "доброе утро" и "спокойной ночи", спрашивал, как дела, делился событиями своего дня. Постепенно, день за днём, стена недоверия в груди Алисы становилась тоньше.

Во вторник вечером он позвонил:

— Лис, у меня предложение. Не хочешь сходить куда-нибудь в выходные? На настоящее свидание?

Алиса улыбнулась, слыша волнение в его голосе.

— А куда ты хочешь пойти?

— Помнишь, мы всегда мечтали сходить в Планетарий? Но всё откладывали, потому что билеты дорогие для студентов. Теперь я могу это исправить.

Алиса засмеялась. Да, она помнила. Они часто говорили о звёздах, мечтали когда-нибудь посмотреть на них не с крыши общежития, а в настоящем планетарии.

— Хорошо, — согласилась она. — Но после планетария я выбираю, куда пойдём.

— Договорились.

***

В субботу Алиса потратила больше времени на сборы, чем хотелось признать. Перебрала половину гардероба, прежде чем остановилась на тёмно-синем платье и удобных ботинках. Лёгкий макияж, волосы распущены — Макс всегда говорил, что любит её волосы.

Встречались у метро "Баррикадная". Максим ждал с букетом белых роз — скромным, изящным.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, подавая цветы.

— Ты тоже, — ответила Алиса, и это была правда. В джинсах и свитере он выглядел моложе, расслабленнее, чем в рабочих костюмах.

Планетарий встретил их куполом звёздного неба и тихой музыкой. Они сидели в удобных креслах, задрав головы к искусственному космосу, и Алиса чувствовала себя снова двадцатитрёхлетней студенткой, влюблённой в умного парня с психфака.

— Красиво, — прошептала она.

— Да, — согласился Максим, но смотрел не на звёзды, а на неё.

После планетария Алиса повела его в небольшую галерею современного искусства недалеко от центра.

— Помнишь, ты всегда говорил, что не понимаешь современное искусство? — сказала она, покупая билеты. — Время исправить этот пробел.

Они бродили по залам, рассматривая картины, инсталляции, арт-объекты. Максим честно пытался понимать, задавал вопросы, слушал объяснения Алисы. В какой-то момент остановились перед абстрактной картиной — всполохи красного и чёрного на белом фоне.

— А это что символизирует? — спросил он с лёгкой иронией.

— Боль, — серьёзно ответила Алиса. — Разрушение. Но видишь эти жёлтые мазки в углу? Это надежда. Художник показывает, что даже в самой тёмной боли есть место для света.

Максим долго смотрел на картину, потом на неё.

— Как наша история?

— Как наша история.

Вечером они сидели в небольшом ресторанчике неподалёку от галереи. Заказали вино, пасту, говорили обо всём и ни о чём. Алиса рассказывала о работе фрилансером, о новых заказах, о желании вернуться к серьёзной журналистике. Максим — о своих пациентах (без подробностей, конечно), о планах, о том, что думает открыть частную практику.

— А что с тем пациентом, который боялся летать на самолётах? — спросила Алиса, помня одну из историй, которой он делился.

— Мы проработали страх. Он недавно слетал в отпуск в Турцию. Прислал открытку с пляжа, — Максим улыбнулся. — Это лучшая награда в моей профессии — видеть, как люди преодолевают себя.

— Как я сейчас?

Он посмотрел на неё внимательно.

— Ты не преодолеваешь себя, Лис. Ты возвращаешься к себе настоящей. К той, которой не давал быть страх.

За ужином они говорили и о тяжёлом. О том, что случилось пять лет назад, о ошибках, о том, что должно быть по-другому теперь.

— Я ходил к психологу, — признался Максим. — После нашего разрыва. Два года терапии. Проработал травму детства, отношения с отцом, страх близости. Понял многое о себе.

— Помогло?

— Да. Но полностью исцелило только увидев тебя снова. Понимание, что я не потерял тебя навсегда. Что у нас есть второй шанс.

Алиса взяла его руку через стол.

— Макс, я должна сказать. Я тоже изменилась. Я больше не та девочка, которая будет молчать о своих потребностях. Если мне что-то не нравится — я скажу. Если мне больно — скажу. Если мне нужна поддержка — попрошу. Ты готов к этому?

— Готов, — уверенно ответил он. — Более того, я этого хочу. Хочу знать настоящую тебя. Без масок, без страха быть "неудобной".

***

Домой он проводил её на такси. Остановились у подъезда, стояли, не желая расставаться.

— Это было прекрасное свидание, — сказала Алиса. — Спасибо.

— Первое из многих, надеюсь?

— Надеюсь, — она улыбнулась. — Но помни, что мы договорились. Медленно.

— Медленно, — кивнул он. — Хочешь, увидимся завтра? Просто прогуляемся, поговорим.

Алиса задумалась. Хотела ли она видеть его каждый день? Да. Но стоило ли?

— Нет, — сказала она. — Увидимся в среду. Мне нужно время переварить сегодняшний день.

Максим выглядел чуть разочарованным, но кивнул.

— Конечно. В среду так в среду.

Он поцеловал её в щёку — целомудренно, нежно.

— Спокойной ночи, Лис.

— Спокойной ночи, Макс.

Поднимаясь в лифте, Алиса думала о том, как сильно всё изменилось. Пять лет назад после свидания она летала от счастья, строила планы на будущее, мечтала о свадьбе. Теперь она была осторожнее. Взвешивала каждый шаг. И это было правильно.

В квартире она поставила розы в вазу, заварила чай, села писать в дневник.